Эдуард Николаевич Мудрик, наречённый в честь французского политического небосклона Эдуарда Эррио, появился на свет 18 июля 1939 года в тихом Старобельске. Детство его прошло в тени подмосковных Мытищ, на земле, пропитанной эхом выстрелов стрельбища "Динамо". Там, где отец, Николай Петрович, ответственный секретарь Московского областного совета "Динамо", в прошлом – прославленный легкоатлет, обрёл свой кров.
Эдуард вспоминал, как мальчишки, словно охотники за сокровищами, рылись в земле, собирая отголоски сражений – гильзы и пули, оставленные после тренировок. Сдавая их в металлолом, они добывали звонкую монету, но истинным кладом было другое – возможность наблюдать за грацией и мощью футболистов "Динамо". Впитывать их мастерство, общаться с небожителями и учиться у них на изумрудном поле, чья трава, словно трофей, была привезена из самой Англии после триумфального турне 1945 года. Именно там, в сердце стадиона, и зародилась мечта Эдуарда – стать одним из них, футболистом.
Но отец, словно строгий страж, не разделял этой грезы, считая футбол лишь мимолетной прихотью. Николай Петрович, уверенный в атлетическом предназначении сына, направил его стопы в секцию лёгкой атлетики, к известному тренеру Ивану Степанчонку. Эдуард, с усердием скульптора, лепил из себя десятиборца, достигая впечатляющих результатов. В шестнадцать лет он покорил первенство Московской области в беге на 110 метров с барьерами. И даже позже, когда он уже примерял форму дубля "Динамо", по просьбе тренера Якушина, он блистал на динамовских соревнованиях, пронзая стометровку за 11,2 секунды.
1956 год стал тем самым перекрестком, где судьба Эдуарда Мудрика сделала крутой поворот. Во время легкоатлетических соревнований в Костино, где он был лишь зрителем, возникла неожиданная брешь в футбольной обороне. Команде завода из Калининграда отчаянно требовался игрок, и они, словно заговорщики, уговорили Мудрика сыграть, облачив его в фиктивное имя – Степушкин, рабочий завода. В тот день "Степушкин" явил миру свой талант, забив восемь голов в четырех триумфальных матчах. Команда завоевала кубок, а Мудрика провозгласили лучшим игроком турнира. Но в момент вручения заслуженной награды маскарад был сорван, и юный футболист остался ни с чем, с горьким привкусом разочарования на губах.
Мудрик живо помнил и первую, случайную встречу с самим Львом Яшиным, задолго до того, как судьба связала их в одной команде. Во время тренировки "Динамо", юный Мудрик, пытаясь вернуть мяч в игру, неловко запустил его прямо в затылок легендарному вратарю. Сердце ухнуло в пятки, ужас сковал движения. Но Яшин, заметив смятение мальчишки, одарил его лишь теплой, ободряющей улыбкой и, не обращая внимания, продолжил тренировку. Эта улыбка, словно солнечный луч, навсегда запечатлелась в памяти Мудрика, став символом величия и человечности.
После триумфа в Костино, где талант Мудрика расцвел во всей красе, его пригласили отстаивать честь области на всесоюзном турнире. Вскоре последовало приглашение в Коломну, где на позиции центрального нападающего юный форвард продемонстрировал свой бомбардирский талант, забив пять ошеломительных голов. На этом матче присутствовали проницательные родственники С.С. Ильина, администратора "Динамо". Впечатленные игрой Мудрика, они немедленно сообщили об этом чудесном таланте Ильину, а тот, в свою очередь, донес весть до главного тренера "Динамо" Михаила Якушина. Так, благодаря цепочке счастливых случайностей и зоркому взгляду, тренеры "Динамо" разглядели потенциал Мудрика и пригласили его в молодежную команду, открыв перед ним двери в большой футбол.
Окончив школу, Эдуард Мудрик поступил в институт физкультуры. Теоретические экзамены покорились ему без труда, но на футбольной специализации его ждала неожиданная преграда – сам знаменитый вратарь Хомич не оценил его навыки, не увидел в нем потенциала. Не сломленный неудачей, Эдуард переключил свое внимание на легкую атлетику, где его талант расцвел с новой силой. Он с легкостью выполнил все нормативы, демонстрируя выдающиеся результаты. Совмещать учебу и спорт оказалось непростой задачей. Молодая семья, жизнь в Новогорске, ранние подъемы в пять утра, чтобы успеть на первую пару, а после занятий – стремительная поездка на тренировку в «Динамо». Жизнь била ключом, испытывая его на прочность, но Мудрик упорно двигался к своей цели, закаляя характер в горниле трудностей.
Несмотря на юный возраст, Эдуард Мудрик уже с 17 лет был женат и воспитывал сына. Свадьба проходила втайне от родителей, которые узнали о ней лишь спустя время. Молодожены снимали скромное жилье, а средства к существованию добывали благодаря повышенной стипендии Эдуарда и его заработкам от игры на аккордеоне на различных мероприятиях.
После того как тайный брак был раскрыт, семьи не стали упрекать молодых супругов, несмотря на строгие семейные устои. В 1958 году у Эдуарда родился сын.
В 1957 году Мудрик в составе дубля «Динамо» стал победителем юношеского первенства СССР. С 1958 года он играл в юношеской, а с 1959 года – в молодежной сборных СССР. В августе 1958 года Эдуард был официально принят на работу массажистом в «Динамо», что позволило ему получать заработную плату и существенно помочь своей семье. Сам Мудрик утверждал, что в тот период материальные блага не были для него приоритетом.
Наконец, в 1959 году молодому футболисту предоставили шанс проявить себя в основном составе «Динамо». Дебют Мудрика состоялся 6 июля 1959 года в матче против московского «Торпедо» (1:2), где он играл на позиции защитника. Опытный Константин Крижевский, бывший игрок сборной СССР, взял на себя роль наставника для молодого игрока и направлял его во всех вопросах. Эдуард Николаевич вспоминал, как однажды после завтрака он быстро вернулся в номер и Крижевский спросил его: «Что было на завтрак?» - «Сосиски, масло». – «И все съел?» - «Да» - «А бутсы чем чистить будешь?» После этого Мудрик всегда оставлял половину порции масла.
В "Динамо" Мудрик быстро прижился. Якушин, старший тренер, любил давать прозвища, и Эдуард не стал исключением. Именно Якушин окрестил Мудрика "Мудрилой", и это прозвище закрепилось за футболистом на долгие годы.
В 1961 году Мудрик окончил ГЦОЛИФК. В том же году московский "Спартак" пытался переманить его к себе.
Николай Петрович Старостин долго уговаривал Эдуарда перейти в "Спартак", но в конце концов махнул рукой и с горечью сказал футболисту: "Бесполезно, ты же настоящий динамовец". С 1962 года Мудрик прочно закрепился в составе московского "Динамо".
В 1963 году футбольный клуб "Динамо" (Москва) завоевал звание чемпиона СССР, что стало предпоследней победой команды в советском первенстве. Нападающий Эдуард Мудрик, ранее не отличавшийся результативностью, забил два гола в этом сезоне.
Одним из самых запомнившихся и сложных матчей сезона для Мудрика стала выездная игра против венгерского клуба "Ференцварош", состав которого был представлен игроками национальной сборной Венгрии. Матч состоялся 11 августа в Будапеште перед 70-тысячной толпой болельщиков.
Незадолго до этого, 25 июля 1963 года, венгерская сборная потерпела крупное поражение от сборной СССР (2:6) в Москве. По словам Мудрика, советские защитники Дикарев и Корнеев играли очень жестко, что спровоцировало желание венгров взять реванш.
Тренеры "Динамо" предупредили игроков о возможных провокациях со стороны соперников. В ходе матча наблюдалась агрессивная игра с обеих сторон, сопровождавшаяся оскорблениями и даже физическим насилием.
В середине второго тайма "Динамо" повело со счетом 3:1, после чего венгерский игрок Орос ударил Гусарова сзади в спину, что привело к массовой драке. Судья удалил обоих футболистов с поля.
Несмотря на агрессивное поведение соперников, "Динамо" одержало победу. По возвращении в Москву команда была подвергнута критике со стороны руководства Спорткомитета за недисциплинированную игру. Однако вмешательство министра культуры Фурцевой смягчило наказание, и футболистам была обещана премия за победу.
Впоследствии Президиум ЦС Союза спортивных обществ и организаций СССР указал тренерам на необходимость усиления дисциплины в команде, а ряду игроков было сделано предупреждение о возможных санкциях за грубую игру в будущем.
С 1963 года известный тренер сборной СССР Константин Бесков начал привлекать к играм в национальной команде защитника московского "Динамо" Эдуарда Мудрика. Дебют Мудрика состоялся 10 ноября 1963 года в ответном матче 1/8 финала Кубка Европы-64 против сборной Италии. В этой встрече советская команда сыграла вничью с итальянцами (1:1), что позволило ей выйти в следующий этап турнира (первый матч завершился победой СССР со счетом 2:0). Важно отметить, что именно Мудрик начал результативную атаку советской команды, быстро разыграв штрафной и передав мяч Численко. Последний, пройдя по флангу, сделал передачу на Гусарова, который забил гол. Итальянская газета "Джорнале д’Италия" высоко оценила игру Мудрика, назвав его "игроком мощным, очень уверенным и корректным".
В том же году Мудрик принял участие в одном официальном и трех товарищеских матчах за сборную СССР. Кроме того, он привлекался к играм олимпийской сборной СССР в отборочном цикле к Олимпиаде.
По словам Эдуарда Мудрика, Константин Бесков был строгим, но вежливым тренером. Он никогда не повышал голос, но заслужил прозвище "барин". Существует история о том, как во время перерыва матча в раздевалку ворвался генерал и начал давать указания игрокам ЦСКА (команду, которую возглавлял Бесков). На вопрос Бескова: "А какой род войск вы представляете?" генерал ответил: "Танковые". Бесков холодно парировал: "Ну, вот и идите танками командуйте, а здесь я командир."
В 1964 году Мудрик принял участие в двух отборочных матчах к Олимпиаде против сборной ГДР. Советская команда проиграла немцам в дополнительном матче (1:4) и выбыла из турнира. Несмотря на это, Константин Бесков продолжал вызывать Мудрика в основную сборную СССР.
В начале 1964 года Бесков организовал длительное (40-дневное) турне по Мексике для подготовки к финальной части чемпионата Европы-64. Советская команда, составленная из игроков московских клубов, победила в международном турнире "Мехико-64", разгромив в последнем туре бразильский клуб "Сан-Пауло" (4:0), в составе которого играл двукратный чемпион мира Беллини.
В 1964 году Мудрик завершил выступления за сборную СССР, имея возможность принять участие в чемпионате мира 1966 года, но травма помешала его планам. В 1967 году карьера Мудрика прервалась из-за серьезной травмы, полученной во время матча против французского клуба "Олимпик" из Марселя. Сломанные кости предплечья потребовали срочного хирургического вмешательства. Недостаток валюты у руководителя делегации для оплаты лечения привел к обращению в советское посольство, которое, к сожалению, отказало в помощи.
Мудрик столкнулся с рядом трудностей после травмы: сутки с повязкой на руке, ожидание приема посла в Париже и последующая поездка в Брюссель. Лишь спустя десять дней он смог попасть к врачу в Москве.
Восстановившись от перелома, Мудрик ненадолго вернулся в дублирующий состав московского "Динамо", а затем снова стал игроком основного состава, приняв участие в девяти матчах и забив два гола с пенальти. Его последняя игра за московское "Динамо" состоялась 12 сентября против "Черноморца" и завершилась ничьей (1:1). В этой игре Мудрик забил автогол, неудачно подставив голову под прострел Иштвана Секеча.
Несмотря на случайность автогола, его товарищи по команде, в частности Валерий Маслов, выражали пессимизм относительно дальнейшей карьеры Мудрика, полагая, что главный тренер Бесков не простит ему эту ошибку. Прогнозы оправдались: Мудрик был исключен из состава команды, отправляющейся в турне по Южной Америке. Несмотря на отсутствие официальных объяснений со стороны Бескова, слухи о том, что Мудрик больше не нужен тренеру, быстро распространились. Вскоре он получил предложения от ряда известных тренеров: Пономарева, Севидова, Якушина и Иванова.
Размышляя о своём будущем, 28-летний Мудрик принял решение завершить карьеру футболиста и с 1 января 1969 года перешёл на должность заместителя начальника отдела спортивных игр Московского городского совета «Динамо». Мечтая стать выдающимся тренером, подобно Якушину, он столкнулся с поворотом судьбы, который определил его путь в качестве чиновника. По словам Мудрика, личные предпочтения в то время не учитывались, и он, будучи офицером, исполнял полученные приказы. Несмотря на это, он продолжал активно заниматься футболом, выступая за команду ветеранов.