Найти в Дзене
B&W Фотоблог

Свет, который не от мира сего

Юрий Холдин — фотограф, который снимал молитвой «Я не фотографирую — я вглядываюсь»
— Юрий Холдин Юрий Холдин (1954–2007) — не просто фотограф. Он стал голосом света, который нельзя услышать, но можно почувствовать. Он посвятил свою жизнь съёмке древнерусских фресок, особенно росписям Дионисия во Ферапонтовом монастыре. Его фотографии — это не документ, а откровение. Что он снимал? Холдин создавал серии снимков храмовых фресок, стараясь передать то, что неуловимо — фаворский свет. Это тот самый свет, который по православной традиции озарил Христа при Преображении на горе Фавор. Свет, у которого нет источника. Свет, который не освещает, а преображает. Холдин называл свой подход пневматической фотографией — от греческого πνεῦμα, дух. Это не просто техника. Это особое состояние: когда ты не захватываешь образ, а впускаешь в себя свет. Без вспышки. Без постановки. Только свет, тишина и камера. Почти. Он не снимал икону. Он создавал икону из света. Как и иконописец, Холдин работал в молит
Оглавление

Юрий Холдин — фотограф, который снимал молитвой

«Я не фотографирую — я вглядываюсь»

— Юрий Холдин

Кто такой Юрий Холдин?

Юрий Холдин (1954–2007) — не просто фотограф. Он стал голосом света, который нельзя услышать, но можно почувствовать.

Он посвятил свою жизнь съёмке древнерусских фресок, особенно росписям Дионисия во Ферапонтовом монастыре. Его фотографии — это не документ, а откровение.

Что он снимал?

Холдин создавал серии снимков храмовых фресок, стараясь передать то, что неуловимо — фаворский свет.

Это тот самый свет, который по православной традиции озарил Христа при Преображении на горе Фавор. Свет, у которого нет источника. Свет, который не освещает, а преображает.

Что такое «пневматическая фотография»?

Холдин называл свой подход пневматической фотографией — от греческого πνεῦμα, дух.

Это не просто техника. Это особое состояние: когда ты не захватываешь образ, а впускаешь в себя свет.

Без вспышки. Без постановки. Только свет, тишина и камера.

Его фотография — это икона?

Почти. Он не снимал икону. Он создавал икону из света.

Как и иконописец, Холдин работал в молитве, в тишине, в ожидании нужного света. Он не вмешивался — он ждал. И снимал тогда, когда появлялось Присутствие.

Почему это важно?

Сегодня, когда фотография стала моментом, фильтром, лайком — Холдин напоминает: фото может быть тишиной.

Оно может не кричать, не объяснять, не эпатировать — а просто стоять в углу и ждать, когда ты замолчишь и увидишь.

После его смерти

В 2014 году вышел альбом «Many are Called», посвящённый его работам. Это некоммерческое издание — скорее письмо от света к человеку.

Сейчас снимки Холдина используются в богословии, искусствоведении, духовной фотографии. Его работы — это школа внимательности.

Что остаётся?

Свет. В его кадрах. В тишине, которую они несут. В ощущении, что ты — не зритель, а соучастник чего-то древнего и настоящего.

«Всё уже есть. Надо только не мешать свету говорить самому.»

📌 Хочешь узнать больше?

Поищи фотоальбом
Many are Called или читай исследование «Taboric Light in Russian Visual Culture» — там многое о Холдине как о феномене. А главное — смотри внимательно. Свет всё ещё говорит.