Часть 2: Вихри Страстей
Серия 4: Отцовский Гнев и Земельные Интриги
Сцена 1: Дом Волковых. Утро.
Артур Сергеевич Волков разбивал яйцо о край сковороды с такой силой, что
желток вздрогнул. Газета "Приазовье" лежала рядом, открытая на
заметке о "буйстве молодежи у ветлечебницы". Фотография красного
внедорожника и силуэта гигантского медведя была нечеткой, но подпись –
"Сын известного предпринимателя устроил шоу" – кричала громче любого
заголовка.
– "Цирк", – проскрипел
Артур Сергеевич, бросая скорлупу в ведро так, будто это была граната. –
На весь город! У ветпункта! Ангелина, ты представляешь? Наш ребенок –
участница этого… балагана!
Ангелина Алексеевна, мешая тесто для оладий, вздохнула. Глаза ее были усталыми.
– Артур, успокойся. Света не виновата. Она же отказала ему, как ты хотел. Это он дурак и сорванец.
-Не виновата? – Волков-старший резко повернулся, с лопаткой в руке как с
жезлом полководца. – А что она делала, что он к ней липнет? Почему не
отшила сразу, четко, по-военному? Нет! Довела до публичного скандала! И
этот… Колесников! Поцелуи у калитки! Сплетни! Ангелина! Да, репутация подмокла...
Света, стоявшая в дверях кухни, бледная как стена, сжала кулаки. Унижение и гнев душили ее.
-Пап, я не "доводила"! Я ничего не просила! Андрей сам приехал! Я
отказала ему сразу! А Вадим… – она запнулась, вспомнив застенчивую
улыбку и учебник. – С Вадимом все чисто. Сплетни – это Сергей…
-Не оправдывайся! – рявкнул отец. Его взгляд, острый как штык, впился в
дочь. – Ты выбрала путь – стать ветеринаром. Значит, голова должна быть занята учебой и работой, а не… кавалерами! Особенно такими! Соколов –
безответственный ветреник! Колесников… – он презрительно фыркнул, –
…тихий, нерешительный. Никакой перспективы! А этот Морозов… – Артур
Сергеевич замолчал, его брови сдвинулись. Илья Морозов, координатор
сети, появлялся в городе недавно, но уже обращал на себя внимание.
Слишком гладкий, слишком деловой. Слишком взрослый для Светы. – Тебе 19,
Светлана! Не распыляйся! Определись! Или учеба, или… цирк!
Он резко отвернулся, яростно переворачивая яичницу. Разговор был окончен. Приговор вынесен. Света, проглотив комок обиды, выбежала из кухни. Ангелина Алексеевна бросила мужу укоризненный взгляд, но промолчала. Она знала: когда Артур Сергеевич в таком состоянии, спорить бесполезно.
Сцена 2: Кабинет Ильи Морозова. Час спустя.
Кондиционер боролся с июльской духотой. Илья изучал топографическую карту участка у лимана, помеченного красным крестиком. Идеальное место для магазина "Едим Вкусно!": близко к трассе, к жилым массивам. Но данные из
Земельного комитета (любезно предоставленные Вадимом Колесниковым после
неловкой истории с пирожками) вызывали тревогу. Часть земли – охранная
зона. И крошечный домик старика Матвея Федоровича .
Стук в дверь.
– Войдите.
В кабинет впорхнула Алия Рахманова. Сегодня она была в образе юной
бизнес-леди: строгий костюм-двойка, волосы убраны, минимум макияжа. Но
глаза выдавали некоторое напряжение, голос чуть дрожал.
-Илья, добрый день! – Она постаралась сохранять уверенный, чуть игривый тон. – Спасибо, что нашли время. – Она села напротив, положив на стол папку с логотипом фирмы отца "РА-Строй Инвест".
– Алия, – кивнул Илья, откладывая карту. – Чем могу быть полезен?
-Папа поручил мне обсудить наши… потенциальные точки соприкосновения, –
начала она, открывая папку. – У нас есть земля. У вас – сеть и
потребность в локации. – Она вынудила лист. – Вот этот участок у лимана…
он в нашем портфеле. Чистый, без обременений. Идеально под ваш формат.
Илья взял документ. Лицо его было непроницаемым. "Чистый"? Земельный комитет говорил иное.
-Интересно, – произнес он нейтрально. – А что с вот этим сектором? – Он
ткнул пальцем в красный крестик на своей карте, совпадавший с частью
участка Алии. – По нашим данным, там охранная зона и частное владение.
Алия махнула рукой, легкая тень промелькнула в глазах.
-Пустяки! Старичок один живет, домик развалюха. Папа давно хочет его
выкупить, но тот уперся рогом. А охранная зона… – она снисходительно
улыбнулась, – …вопрос правильных согласований. У нас есть связи. Главное
– взаимовыгодное партнерство. Папа готов предложить вам очень выгодные
условия… особенно, – она наклонилась чуть вперед, голос стал томным, –
…если мы будем работать близко.
Илья откинулся на спинку кресла. Игра была прозрачна. Юная амазонка пыталась использовать его, чтобы досадить Светлане и родителям одновременно.
Опасная смесь.
– "Близко" – понятие растяжимое, Алия, – сказал он
спокойно. – Я ценю предложение. Но мне нужны гарантии юридической
чистоты. И решение вопроса с этим… старичком. Без давления. По закону.
Алия надула губки, разочарование мелькнуло на лице.
-Закон? В нашем городе, Илья? – Она усмехнулась. – Закон – это то, что
диктуют сильные. А сила… – она посмотрела на него оценивающе, – …у нас с
вами. Вместе. Подумайте. Очень выгодно.
Она встала, оставив документ на столе.
-Жду вашего звонка. И… будьте осторожнее с некоторыми "тихонями". Они
только кажутся безобидными. – Намек на Свету был прозрачен. Алия вышла,
оставив за собой шлейф дорогих духов и ощущение надвигающейся беды.
Илья подошел к окну. Внизу, у входа в Земельный комитет, он увидел Светлану
Волкову. Она что-то горячо говорила Вадиму Колесникову. Вадим разводил
руками, его лицо выражало растерянность и вину. "Цирк", –
вспомнил Илья слова Артура Сергеевича (до него тоже дошли сплетни). Но
глядя на Свету – такую живую, искреннюю, даже в гневе – он думал совсем о
другом. Она была как глоток чистого воздуха в этом удушливом мире
интриг и выгоды. И он чувствовал, как опасная симпатия к ней пускает
корни где-то глубоко внутри.
Сцена 3: Кафе "Волна". Вечер.
Света била ложкой по остаткам мороженого в стакане. Перед ней сидел Вадим, смотревший в стол.
-...и я просто не мог отказать, Света! – оправдывался он. – Кира
сказала, что это критически важно для ее курсовой, что она не понимает
этот раздел сопромата… А я… я разбираюсь в грунтах, это близко. Я думал,
на 15 минут. А она все тянула и тянула…
-А когда я пришла с пирожками, ты даже не встал! – вырвалось у Светы. –
Ты сидел с ней, голова к голове! А этот Морозов… он смотрел на меня как
на дурочку!
– Света, прости! – Вадим схватил ее руку. Она выдернула. – Я растерялся! Кира меня как будто загипнотизировала… Она так умно говорит, так уверенно… А ты… ты пришла, и я обрадовался, но… я не знал, как вырваться! Илья Морозов… он просто воспользовался моментом!
-Воспользовался? – Света фыркнула. – Он пожалел меня! Пригласил чай пить,
чтобы я не ревела у вас на пороге! И знаешь что? С ним было… спокойно.
Он не лезет, не оправдывается. Просто разговаривает.
Вадим побледнел.
– Ты… ты ему нравишься? Этот старик…
-Ему 35, Вадим, не 70! – огрызнулась Света. – И он ведет себя как
взрослый человек. В отличие от некоторых! – Она встала. – Мне пора.
Работа завтра. И учеба. Папа прав – мне надо определяться. Без "цирка".
Она вышла из кафе, оставив Вадима одного с его виной и растущей ревностью к
"этому старику" Морозову. Он не видел, как из-за угла кафе за ними
наблюдала Кира. Удовлетворенная улыбка тронула ее губы. Первая часть
плана сработала. Вадим был смущен, Света – обижена. Теперь нужно
закрепить успех.
Сцена 4: Заброшенная пристань на лимане. Сумерки.
Артур Сергеевич Волков и "Дед" Матвей сидели на старых ящиках, удочки мирно покачивались над темной водой. Пахло рыбой, тиной и вечерней прохладой.
-...так и сказал, Артурша? "Определись!" – хрипло рассмеялся Матвей,
попыхивая самокруткой. – А девка-то твоя… золото! Сердце чистое. Жалко
ей в твои казарменные рамки лезть.
Артур Сергеевич хмуро молчал, наблюдая за поплавком.
-Порядок, Матвей, должен быть. Нельзя по жизни ветром болтаться.
Особенно сейчас. – Он кивнул в сторону темнеющей глади лимана. – Слышал?
"Гроза" эту землю метит. Твою землю. Нашу землю.
Матвей плюнул в воду.
-Гроза он! Шельма кривоглазая. Приходил, сулил золотые горы за мой
клочок. "Переселим, дед, в хоромы!" Ага, переселят… в ящик под сосной. Я
ему сказал: пока я жив, мой домик тут стоит. А земля… она не моя, не
твоя. Она Божья. И лимана этого касаться нельзя. Птица гнездится, рыба
мечет икру…
– Он не отступит, – мрачно сказал Артур Сергеевич. – У него связи. Деньги. Ты для него – заноза.
Из темноты материализовались две тени. Широкоплечие, в спортивных
костюмах. "Гроза" – Григорий Сторожев – шел впереди. Его лицо,
изборожденное шрамами и жизнью, не выражало эмоций. За ним – верный
"Тузик", молчаливый громила.
– Волков! Матвей! – крикнул "Гроза" метров за десять. – Мирно рыбалочку мутите? Хорошо!
Артур Сергеевич встал, приняв стойку "смирно". Матвей лишь крякнул.
– Григорий. Чего надо?
- Дело есть, Артур Сергеевич. Важное. – "Гроза" остановился, засунув руки
в карманы дорогих штанов. – Земля у лимана. Тот клочок, где Матвеич
ютится. Нужен он мне. Очень. Под проект. – Он кивнул в сторону темноты,
где якобы был грандиозный замысел. – Ты человек уважаемый. Ветеран. Твое
слово здесь вес имеет. Уговори старика. Цену назовет – заплачу. И тебе…
– он многозначительно улыбнулся, – …найдем местечко теплое.
Консультантом. Охранять порядок.
Артур Сергеевич выпрямился.
-Матвей сказал тебе "нет". Его слово – закон для меня. Земля – охранная
зона. Домик – его крепость. Уезжай, Григорий. Не нарушай наш покой.
Лицо "Грозы" потемнело. Улыбка исчезла.
-Крепость? – Он усмехнулся. – Щепочка гнилая. Охранная зона? Бумажка. Я
тебе, Волков, по-хорошему предлагаю. Не хочешь по-хорошему… – Он не
договорил. "Тузик" сделал шаг вперед, его кулаки сжались.
-Уезжай, Григорий, – повторил Артур Сергеевич, голос стал стальным. Его
рука непроизвольно сжалась в кулак. Бывший подполковник все еще был
крепок. – Пока цел.
"Гроза" помолчал, изучая Волкова. Потом резко развернулся.
– Ладно. Услышал. Помни этот разговор, Артур Сергеевич. И ты, Матвей. – Он плюнул к их ногам. – Скоро еще поговорим. По-другому.
Они растворились в темноте так же внезапно, как появились. Над лиманом повисло тяжелое молчание.
– Видал, Артурша? – хрипло проговорил Матвей. – Шельма. Без стыда, без совести. Только деньги.
Артур Сергеевич снова сел на ящик, взяв удочку. Его лицо в сумерках было каменным.
-Помню, Матвей. Помню. – Он посмотрел на темную воду. Ветер с моря
крепчал, предвещая бурю. Первая стычка произошла. Линия фронта была
обозначена.
Серия 5: Поездка в Краснодар и Неожиданные Союзники
Сцена 1: Автобус Краснодар - Приморско-Ахтарск. День.
Света прижалась лбом к прохладному стеклу. Пейзажи за окном – бескрайние
кубанские поля, подсолнухи, как солдаты на параде, посёлки – мелькали, не
оставляя следа в ее сознании. Поездка в Краснодар с Ниной Петровной за
вакцинами и на мини-семинар для ветпомощников оставила тяжелый осадок.
Семинар был скучным, вакцины – тяжелыми, а Нина Петровна всю дорогу
ворчала на "городскую суету и дороговизну". Но это было не главное.
Главное случилось час назад, на автовокзале. Они ждали автобус, когда мимо
прошла Кира Дорофеева. Высокая, уверенная, с дорогой кожаной сумкой
через плечо. Увидев Свету, она замедлила шаг, ее лицо скривилось в
брезгливой гримасе.
– Света? Что ты здесь делаешь? – спросила она, оглядывая ее скромную одежду и пакеты с вакцинами.
– Работа, – коротко ответила Света. – С Ниной Петровной. Вакцины везем.
-Ах да, твои "хвостатые пациенты", – усмехнулась Кира. – Ну как, "опыт"
набираешь? Надеюсь, в этот раз хватит знаний поступить? А то ветеринарка
– не физмат, конечно, но и там нужно думать. – Ее слова были
отточенными кинжалами.
Нина Петровна фыркнула, но промолчала. Света сжала пакеты так, что пальцы побелели.
Она хотела что-то крикнуть, но слова застряли в горле. Кира уже шла
дальше, ее каблуки четко стучали по плитке, олицетворяя превосходство.
Унижение жгло Свету изнутри.
Сцена 2: Улица Красная, Краснодар. Параллельно.
Кира шла быстрым шагом, наслаждаясь городским ритмом. Унизить Свету было… приятно. Как маленькая месть за ее природное обаяние, за внимание
Вадима. Но чувство удовлетворения быстро сменилось досадой. Вадим после
их "сопромата" вел себя странно: отстраненно, вежливо, но без прежней
теплоты. И этот Морозов… почему он тогда посмотрел на нее, Киру, с
таким… презрением? Она зашла в модное кафе, заказала кофе. Ей нужно было
успокоиться, собраться. Завтра важная консультация у профессора.
Сцена 3: Автобусная остановка на окраине Краснодара. Чуть позже.
Автобус сломался. Посреди нигде. Водитель копался в двигателе, ругаясь. Нина
Петровна ворчала на "современное г…о вместо машин". Света сидела на
чемодане, готовая расплакаться от усталости и безысходности. Солнце
палило немилосердно. Вдруг рядом притормозил знакомый серый внедорожник.
Окно опустилось.
– Свет? Нина Петровна? Проблемы? – За рулем был Илья Морозов. Его лицо выражало искреннее удивление.
– Машина сдохла, – буркнула Нина Петровна. – Ждем "чудо" или трактор.
– Садитесь, – предложил Илья, открывая заднюю дверь. – Куда путь держите? Приморск? Подвезу. Мне как раз в ту сторону.
Света хотела отказаться, но Нина Петровна уже тащила чемодан к машине.
– Не гнушаетесь, Илья Васильевич? А то мы тут до ночи проторчим.
Через полчаса они мчались по трассе. Нина Петровна, утомленная, задремала на заднем сиденье. Света сидела рядом с Ильей, глядя на мелькающие поля. В
салоне пахло кожей, кофе и его легким одеколоном.
– Спасибо, – тихо сказала Света. – Вы нас очень выручили.
-Не за что, – улыбнулся Илья. – Удача. Я в Краснодаре был по делам –
новый контракт с поставщиком. Удалось подписать. – Он помолчал. – А вы?
Семинар полезный?
Света пожала плечами.
– Наверное. Но больше запомнилась встреча с Кирой на вокзале. – Она невольно высказалась, рассказав о колком замечании Киры.
Илья хмыкнул.
-Киру Дорофееву я видел. Умная, амбициозная. Но… жесткая. Чувство
превосходства – опасная штука. Оно ослепляет. – Он посмотрел на Свету. –
А вы… вы другие. Искренние. В вашей работе это главное. Животные
чувствуют фальшь.
Они разговорились.
О работе, о городе, о сложностях маленькой жизни в большом мире интриг и
денег. Илья рассказал о предложении Алии, о своих сомнениях, о старике
Матвее и угрозах "Грозы". Света, в свою очередь, выплеснула накопившееся
– о давлении отца, о непонимании подруг, о своей мечте стать
ветеринаром, несмотря ни на что. Говорили откровенно, как старые
знакомые, которых свела судьба на разбитой дороге. Илья слушал
внимательно, его вопросы были точными, а комментарии – мудрыми, без
нравоучений. Света ловила себя на мысли, что ей с ним… легко. И страшно.
Потому что он был слишком взрослый, слишком успешный, слишком… другой.
Сцена 4: Особняк Рахмановых. Вечер.
Алия лихорадочно обновляла мессенджер. Никакого ответа от Ильи! Его машину видели в городе, но он не отвечал на ее сообщения. Злость душила ее. И тут пришло сообщение от подруги-сплетницы: "Аля, привет! Видела
твоего Илью Морозова. Он в Краснодаре был. Только что высадил у
ветпункта Светку Волкову и старую ветеринаршу. Выезжали вместе
откуда-то. Мило общались))"
Алия вскрикнула от ярости и швырнула телефон об стену. Экран треснул. Она!
Опять она! Эта серая мышка Светлана! Как она смеет?! Алия металась по
роскошной гостиной, сметая дорогие безделушки со столов. Планы, связи,
выгода – все померкло перед жгучей ненавистью. Она подбежала к разбитому
телефону, вынула сим-карту, вставила в старый аппарат и набрала номер
Светы. Голос ее дрожал от бешенства:
-Довольна, Светлана?! Отбила еще одного?! Илюшу Морозова теперь
осваиваешь?! Ну держись! Ты у меня заплачешь! Я тебе всю твою жалкую
жизнь испорчу! И твою ветклинику, и твоего папочку-военного! Запомни
это! – Она бросила трубку, задыхаясь от рыданий и злобы. Разум затмила
черная ярость. Илья Морозов был забыт. Теперь была только месть.
Сцена 5: Дом Волковых. Поздний вечер.
Света зашла в дом, еще находясь под впечатлением от разговора с Ильей. Мать встретила ее тревожным шепотом:
- Светик, осторожнее. Отец… он в ярости. Кто-то ему рассказал, что ты
приехала с Морозовым. И что Алия Рахманова тебе угрожала по телефону. Он
как услышал… чуть телефон не сломал. Сидит в кабинете, молчит. Как
скала.
Сердце Светы упало. Поездка, которая казалась глотком свежего воздуха, обернулась новой бурей. Она медленно подошла к двери кабинета. Дверь была приоткрыта. Артур Сергеевич сидел за столом, спиной к двери. Перед ним лежала открытая папка с какими-то старыми армейскими фото. Но он не смотрел на них. Он смотрел в стену. Его спина была напряжена, как тетива лука. В комнате висело гнетущее молчание, густое, как смола. Света не решилась войти. Буря назревала. И на этот раз она чувствовала – будет страшной.
Серия 6: День Рождения и Разбитые Ожидания
Сцена 1: Дом Волковых. День.
Гирлянды,шары, запах жареного мяса и маминых пирогов. День рождения Светы. Ангелина Алексеевна старалась создать праздник, несмотря на грозовое
настроение мужа, который с утра заперся в кабинете, демонстративно чистя
свое охотничье ружье. Света натянуто улыбалась, принимая скромные
подарки от Тони (духи) и родителей (новый набор инструментов для
ветпомощника). Вадим пришел с красивым горшком с цветущей фиалкой ("Она
неприхотливая, как ты", – смущенно сказал он). Кира появилась с дорогой
книгой по биологии ("Чтобы знаний хватило", – сказала она с холодной
вежливостью). Алия… не пришла. Но ее отсутствие висело в воздухе тяжелее
присутствия.
И тут громыхал мотор.
На улице остановился красный внедорожник Андрея. Он выскочил, неся
огромную корзину дорогих фруктов и бутылку шампанского.
– С Днем Рождения, именинница! – крикнул он, входя без стука. – Прости, что без приглашения, но такой день пропустить нельзя! – Его взгляд сразу нашел
Свету, игнорируя остальных.
Вадим помрачнел. Кира презрительно поджала губы. Артур Сергеевич вышел из
кабинета, увидел Андрея, и его лицо стало каменным. Ангелина Алексеевна
поспешила всех рассадить за стол, пытаясь сгладить напряжение.
Сцена 2: Праздничный стол.
Атмосфера была натянутой. Тоня робко пыталась шутить. Кира вела умные беседы с Вадимом, ловко переключая его внимание на себя всякий раз, когда он заговаривал со Светой. Андрей наливал всем шампанское, громко смеялся,
рассказывал анекдоты, явно пытаясь произвести впечатление на Свету и
разозлить Вадима. Артур Сергеевич молчал, как грозовая туча, изредка
бросая на Андрея ледяные взгляды.
Вдруг в дверях появилась Алия. Без подарка. В черном платье, с белым, как
мел, лицом. Ее глаза горели холодным огнем. Она медленно прошла к столу,
ее взгляд скользнул по Свете, потом по Андрею, потом остановился на
пустом стуле рядом с Кирой.
– Место свободно? – спросила она неестественно спокойным голосом. Не дожидаясь ответа, села. – Продолжайте веселиться. Не из-за меня же
останавливаться.
Наступила мертвая тишина. Андрей неловко замолчал на полуслове. Вадим отодвинулся. Кира с интересом наблюдала. Света почувствовала, как по спине побежали мурашки.
– Алия, дорогая, – залепетала Ангелина Алексеевна, – садись, пожалуйста, вот пирожок…
-Спасибо, не хочу, – отрезала Алия. Она повернулась к Андрею. – Ну что,
Андрюша? Поздравляешь Светлану? Как трогательно. Особенно после того,
как ты мне вчера клялся в вечной любви и звал в Сочи на выходные.
Андрей побледнел.
– Аля, что ты несешь? Мы просто разговаривали…
-Разговаривали? – Алия засмеялась, резко и неприятно. – А поцелуи в
машине? Это тоже "просто разговаривали"? Или это у тебя новый вид
коммуникации? Как у Светланы с Вадимом у калитки? Или с Ильей Морозовым в машине из Краснодара? – Она бросила ядовитый взгляд на Свету. – Ты,
Света, прямо специалист по "разговорам"! На всех хватает!
– Алия, замолчи! – вскрикнула Света, вскакивая. – Ты пьяна? Или просто злая?
-Злая? – Алия тоже вскочила. – Да, злая! Злая на тебя, на этого подлеца!
– Она ткнула пальцем в Андрея. – На весь этот лицемерный мирок! Вы все
тут такие хорошие, правильные! А на самом деле… грязь!
Андрей вскочил, схватив Алию за руку.
– Аля, хватит! Ты себя не контролируешь! Пойдем, я отвезу тебя домой!
-Не смей меня трогать! – взвизгнула Алия, вырываясь. – Лжец! Подонок! Ты
ей все рассказал? Про наши "разговоры"? Про то, как ты за мной
ухаживал, пока она тебе отказывала? – Она зарыдала, но тут же перешла на
истерический смех. – Она тебе отказала, Андрей! Предпочла какого-то
клерка из Земельного! А ты… ты бегаешь за ней как щенок! Жалко!
Словно по сигналу, сработал детонатор. Андрей, униженный до глубины души,
закричал что-то нечленораздельное. Вадим попытался встать между ним и
Алией. Кира наблюдала с хищным интересом. Тоня плакала. Ангелина
Алексеевна умоляла всех успокоиться. Артур Сергеевич молча встал, его
лицо было страшным.
Света стояла посреди этого ада, чувствуя, как стены смыкаются. Ее день рождения. Ее дом. Ее друзья. Все превратилось в кошмар. Сквозь гул голосов она услышала только одно: "Илья Морозов… машина из Краснодара…". Значит,
отец знает. Значит, все знают.
-Хватит! – закричала она так громко, что все замолчали. – Все! Вон! Вон
отсюда все! – Она не видела лиц, только размытые пятна. Она выбежала из
дома, на улицу, в теплую летнюю ночь, полную запаха цветов и ненависти.
Сцена 3: Лиман. Поздний вечер.
Света сидела на старом причале, обхватив колени. Слезы текли по щекам
беззвучно. Позади остался крик отца: "Всем – немедленно убраться из
моего дома!". Позади – истерика Алии, ругань Андрея, виноватый взгляд
Вадима, холодные глаза Киры. Позади – ее сломанный праздник. И
репутация. Теперь весь город будет говорить о "дне рождения-скандале
Волковых".
Шаги по деревянным доскам. Тяжелые, уверенные. Она не обернулась.
– Можно? – спросил знакомый голос. Илья Морозов.
Света кивнула, не в силах говорить. Он сел рядом, на почтительном расстоянии. Молчал. Ждал.
-Почему? – выдохнула она наконец. – Почему они так? Что я им сделала? Я
просто… живу. Учусь. Работаю. Люблю животных. Почему это всех злит?
-Потому что ты – настоящая, Светлана, – тихо сказал Илья. – Ты не
играешь в их игры. Не гонишься за статусом, как Кира. Не покупаешь
любовь, как Алия. Не строишь из себя крутого, как Андрей. Не прячешься
за книжками, как Вадим. Ты просто… есть. И твоя искренность, твоя
чистота – как зеркало. В нем они видят свою фальшь, свои мелкие игры. И
это бесит. Пугает. Заставляет ненавидеть.
Света посмотрела на него. В лунном свете его лицо казалось усталым, но спокойным. Надежным.
– А вы? Вы тоже видите в этом зеркале свою фальшь? – спросила она прямо.
Илья усмехнулся.
-Вижу. Каждый день. Дела, контракты, выгода… Иногда забываешь, зачем все
это. – Он посмотрел на темную воду. – А потом встречаешь человека,
который лечит щенков и верит в добро. И вспоминаешь. Что есть вещи
важнее денег и карьеры. Что есть честь. Дружба. Простота.
Он повернулся к ней. Его глаза в полумраке светились странным теплом.
-Ты сильная, Светлана. Сильнее, чем думаешь. Не дай им сломать тебя.
Этот город… он тебя не заслуживает. Но ты ему нужна. Как свежий ветер с
моря.
Он протянул руку, не дотрагиваясь, просто жест поддержки. Света невольно положила свою ладонь ему на руку. Его пальцы сомкнулись вокруг ее руки, крепко, тепло, защищая. В этом прикосновении не было страсти, только понимание и глубокая человеческая солидарность. Она почувствовала, как дрожь уходит,сменяясь странным умиротворением. Они сидели так молча, слушая плеск воды и далекий крик чайки.
Сцена 4: Дом Волковых. В это же время.
Вадим,выйдя из охваченного скандалом дома, искал Свету. Он видел, как она
побежала к лиману. Его грызла вина, ревность, бессилие. Он подошел к
причалу как раз в тот момент, когда Илья Морозов брал руку Светы в свою.
Они сидели близко, их силуэты сливались в лунном свете в один темный
комок. Вадим замер. Боль, острая и жгучая, пронзила его. Он видел
доверие в позе Светы, защиту в жесте Морозова. Он понял все без слов. Он
потерял ее. Окончательно.
Не в силах смотреть, он резко развернулся и пошел прочь, в темноту. Прямо на
Киру, которая наблюдала за всем из тени деревьев. Ее лицо в свете луны
было торжествующим.
– Ну что, Вадим?
– тихо спросила она. – Убедился? Она давно делает выбор. В пользу денег
и статуса. Морозов – серьезный игрок. Не чета нам, провинциалам.
Вадим не ответил. Он просто прошел мимо, согнувшись, как будто нес
непосильную ношу. Кира посмотрела ему вслед, потом бросила последний
взгляд на причал, где сидели Света и Илья. Ее план сработал. Вадим был
сломлен. Теперь он ее. Но почему-то радости не было. Только пустота и
горький привкус победы.
Сцена 5: Дом Волковых. Позже.
Артур Сергеевич стоял у окна, глядя в темный сад. Гости разъехались. Ангелина
Алексеевна молча убирала осколки разбитой вазы (жертва истерики Алии).
Скандал был чудовищным. Репутация семьи, его репутация – растоптаны. И
все из-за дочери. Из-за ее "простоты" и "искренности", которая
привлекала таких, как Соколов и Морозов. Его телефон завибрировал.
Незнакомый номер.
– Волков? – хриплый голос был знакомым. "Гроза". – Понравился праздник? Шумно у вас было. Весь город слышал. – В трубке послышался низкий смех. – Вот и думай теперь, Артур Сергеевич, кто тебя уважать будет после такого
цирка? Ты мне нужен сильным. А ты… слабый. Дочь не контролируешь. Думай
над моим предложением. Пока не поздно. А то… следующий праздник может
стать для тебя… последним. – Связь прервалась.
Артур Сергеевич медленно опустил телефон. Его глаза, глядящие в темноту, где
где-то на лимане была его дочь с чужим мужчиной, стали ледяными. Слабым?
Его? "Гроза" ошибался. Страшно ошибался. Он защитит свой дом. Свой
порядок. Любой ценой. Он повернулся к жене:
– Ангелина, убери подальше фарфор. И серебро. Завтра… завтра будет не до него.
(Продолжение Части 2 - Серии 7 и 8 - в следующем сообщении,
чтобы не перегружать объемом. На подходе вандализм, угрозы, открытый
конфликт и пожар!)
❗️❗️❗️
Не забывайте подписаться и включить колокольчик 🔔,почему? Дзен
показывает новые статьи только 3,7% подписчиков, у которых не включены
уведомления
🎈🫶🏻Спасибо ,что дочитали до конца, лайк 👍 и комментарий отличный
способ поддержать канал и автора ❤️ или отправить донат 💰