Начало
Близость перестала быть просто физическим соприкосновением. Она стала глубокой, пронзительной, наполненной до краёв теплом взаимопонимания и безоговорочным доверием. Она позволила ему войти в свое пространство, открыла дверь в свой сокровенный мир.
- Ты такая милая, - вырвалось у него, когда его пальцы коснулись нежной кожи у основания её шеи.
- Хочу , чтобы ты не исчез после этой ночи, - прошептала она в ответ, прижимаясь губами к его шее, - останься со мной навсегда.
В тишине сумерек не осталось места для сомнений - только обнаженная искренность и взаимное, пульсирующее желание быть вместе.
Она чувствовала каждое его прикосновение. Его руки скользили по её спине, плечам, шее с такой нежностью, что по коже бежали мурашки, зажигая целые созвездия ощущений. Его дыхание, сперва неровное, горячее у её виска, постепенно становилось глубже, ровнее, сливаясь с её собственным ритмом.
Он шептал ей слова - обрывистые, сбивчивые, но такие нужные. Они падали на её кожу горячими угольками, разгораясь внутри.
- Я не думал... что так бывает, - прошептал он, целуя ее ладонь. - Что так всё внутри может перевернуться.
Она отвечала ему не словами, а тихими, глубокими вздохами, лёгкими стонами удовольствия, позволив себе наконец раствориться в этом потоке чувства, отдаться ему без остатка. Забыть все, кроме этого момента.
— Не молчи... – попросил он вдруг, прикасаясь губами к ее уху. – Дай мне услышать твою радость...
Он отстранился чуть-чуть, чтобы видеть её лицо. В полумраке его глаза горели темным огнем, полным обожания и чего-то ещё - глубокой, почти благоговейной нежности. Он провел пальцем по её влажной от слезинок щеке.
Слезы - не печали, а чистой, ослепительной радости - снова навернулись ей на глаза, застилая мир сияющим туманом. Она улыбнулась сквозь них, и эта улыбка была самым искренним, самым прекрасным, что он когда-либо виде...
Они лежали рядом, сплетясь, как корни одного дерева, слушая тишину, которая теперь не была пугающей пустотой. Она стала их союзницей, теплым одеялом, укутывающим их новорожденный мир. За тонкими стенами вагончика жил поселок, спал под звёздами, но здесь, в этом маленьком пространстве, царила совершенная, хрупкая вселенная двоих.
- Ты слышишь? - спросил он через какое-то время, его голос был хриплым от эмоций.
-Тишину? - улыбнулась она, прижимаясь ближе.
- Нет, наше дыхание. Оно одно на двоих теперь.
Она рассмеялась тихо, счастливо:
- Значит, так и должно быть.
В этот момент мир казался безупречным - таким же нежным, трепетным и бесконечно прекрасным, как новая, только что родившаяся связь между ними. Вечер, начавшийся с тишины и невысказанного напряжения, стал началом чего-то глубокого наполненного до краёв теплом взаимного притяжения, общими страхами, которые теперь можно было делить пополам, и огромной, светлой надеждой, которая отныне принадлежала им обоим и связывала их неразрывной нитью.
А в вагончике, под покровом опустившейся ночи, звучали лишь их слившиеся воедино вздохи и шепот обещаний, данных небу и друг другу.
Продолжение