Со стороны Валентина Савельева представлялась родным и друзьям безупречным воплощением материнства и супружеского долга. Никто даже представить себе не мог, кто таился под этой маской. А между тем, устранять мужей, чем-либо ей не угодивших, было для нее не просто делом, а извращенным наслаждением.
История ее мрачных деяний началась на малой родине, в Белебее. Там она и свела знакомство с первым избранником. Бракосочетание последовало почти мгновенно, а вскоре появились и дети. К 1981 году у Валентины подрастали четверо ребятишек; старшей дочери стукнуло 11. Тогда семейный очаг располагался в Амурской области. Супруг, трудившийся трактористом (сама же Валентина хлопотала на ферме дояркой), страстно мечтал вернуться к родителям в Уфу. Он не сомневался: на родной земле работа для обоих найдется без труда.
Мысли о переезде витали долго, а вот выбить все необходимые разрешения оказалось задачей куда более сложной. Но настал день, когда все бумаги наконец-то лежали в папке. В честь грядущего отбытия пара решила устроить прощальную вечеринку для приятелей и сослуживцев. Никто из гостей тогда и представить не мог, что празднуют они не просто начало новой жизни...
Застукала муженька
Вечер близился к завершению, когда Валентина внезапно осознала: мужа нет рядом уже давно. Начав поиски, она наткнулась на него в сарае... в тесных объятиях соседки. Предательство было очевидным, как день.
Жгучая обида захлестнула её, однако женщина не поддалась эмоциям. Ни криков, ни сцен. Так она себя не вела. С ледяным спокойствием Валентина вернулась к гостям и продолжила вести беседы, будто ничего не случилось. Но в тот миг, застав супруга с любовницей, в её сознании молнией сверкнула простая мысль: прощать такое нельзя.
Дождавшись, когда последний гость скроется за дверью, а опьяневший муж погрузится в тяжелый сон, она приступила к делу. Детей отослала на улицу. А сама, словно заправский палач, начала сооружать жуткое приспособление – самодельную виселицу.
Позже она хладнокровно рассказывала: «Медленно обмотала ему руки и ноги тряпьем, поверх стянула веревкой. В самый разгар вязания узлов вбежала 11-летняя дочь, умоляя: „Мама, остановись! Не делай этого!“ Я проигнорировала её мольбы. Взяла конец веревки, накинула петлю на шею и затянула мертвой хваткой. Савельев лишь открыл глаза... и испустил дух».
Находки
Дом, еще вчера наполненный детскими голосами и казавшийся крепостью семейного счастья, в мгновение ока превратился в пустыню. Столь стремительное исчезновение целой семьи не могло не насторожить местную милицию. Оперативники нагрянули в опустевшее жилище.
Внутри царил хаос от спешки, но один предмет резанул по глазам противоестественной чистотой: печь. Ее нутро сиявло, будто вылизанное начисто – зловещий контраст на фоне разбросанных вещей.
Сотрудники, сраженные этой странностью, тщательно провели осмотр. И их настойчивость увенчалась леденящей душу находкой: в куче золы, выброшенной прямиком во двор, они нашли частично сожженные останки. Предварительно опознали мужскую фалангу пальца... и несколько обугленных зубов.
Новая жизнь
Объявленная в розыск, Валентина ловко водила милицию за нос. Пока силы правопорядка прочесывали одни регионы, она вела свою затяжную игру в прятки, кочуя по бесчисленным родственникам. Везде звучала одна и та же душещипательная история: «Муж предательски сбежал, бросив на произвол судьбы с малышами». Жертвенная мать вызывала лишь сочувствие и готовность помочь. Под этим ложным флером она скиталась несколько лет, пока в 1983 году не осела у родного брата в Куйбышевском районе.
Именно там судьба свела её со второй жертвой — будущим супругом. Мужчина с распахнутой душой принял её ребятишек. Но вот семейная жизнь с самой Валентиной превратилась в адскую карусель: затишья внезапно сменялись яростными семейными бурями. Супруг не скупился на побои, но Валентина тоже была не промах.
Перелом наступил в ноябре 1984-го. На очередной попойке у соседей, разгоряченные спиртным, супруги вновь сцепились в ожесточенной перепалке. Вдруг Валентину пронзила ледяная мысль: «Хватит!» Словно в последнем жесте примирения, она протянула мужу стакан с водкой. Решение, холодное и бесповоротное, уже созрело в её душе.
Зловещий план
Опьяневший муж рухнул на пол и забылся тяжким сном. Этого момента Валентина ждала. Топор в её руках взметнулся и обрушился семь, а то и восемь раз... Прямо в голову. Жуткую картину материнского гнева застал 10-летний сын. Словно назойливую муху, мать выпроводила его из дома на холод. И, оставшись наедине с жертвой, продолжала притворять свой план в действие.
Некоторые части, она, словно по накатанной схеме, обратила в пепел в ненасытном жерле печи. Остатки она хладнокровно разделила на две части, Валентина взяла в "помощники" среднего сына. Вместе они поволокли одну половину на санках к коровнику. Отослав мальчишку подальше под благовидным предлогом, она швырнула свой кровавый груз в зловонную навозную яму.
Но вторая половина "поклажи" все еще требовала утилизации. Решение пришло внезапно, по дороге домой: ее взгляд упал на строящийся сельский клуб, где рабочие как раз настилали свежие половицы. Мозг вспыхнул циничной догадкой. Быстро вернувшись с оставшимися частями в мешке, она пролезла под черновой пол и задвинула страшный сверток в самый темный, дальний угол. Чтобы замести следы окончательно, она повторила этот маршрут еще дважды. Затем тщательно вымыла полы, словно готовясь к приему гостей, и... спокойно отправилась спать.
Исчезновение мужа не вызвало подозрений – все решили, что он просто уехал. А Валентина? С присущей ей стремительностью собрала пожитки и... перебралась жить к матери первого убитого супруга.
Погоня длилась семь долгих месяцев. Конец пути "черной вдовы" наступил в Амурской области. И на первом же допросе Савельева без тени сожаления выложила следователям всю правду о двух своих жутких "подвигах".
Но настоящую бурю возмущения вызвали не столько преступления, сколько реакция близких убийцы. Мать первого загубленного мужа долго отказывалась верить в чудовищную правду о невестке. «Эта мысль казалась мне кощунственной! — с горечью призналась женщина. — Ведь после его исчезновения Валентина с малышами приехала под мой кров, жила в моем доме... А теперь мне не осталось даже горсти праха, чтобы предать земле».
Общественность всколыхнуло и откровение дочери «черной вдовы». Оказалось, мать не просто выгнала девочку из амбара в ту страшную ночь – она наложила жуткое табу. Став невольной свидетельницей убийства отца, ребенок получил леденящий душу приказ: «Промолчи, а то будет то же самое и с тобой».
Финальную точку поставил Читинский суд: Валентине Савельевой вынесли приговор — 14 лет лишения свободы. Срок, который для многих прозвучал горькой усмешкой судьбы за две загубленные жизни и сломанные судьбы детей.