Герой Союза
Имя Эдуарда Стрельцова в середине XX века гремело на весь СССР. Настоящая футбольная звезда, русский Пеле, мечта каждого советского мальчишки. Ведь он, простой парень с окраины Москвы, сумел взобраться на вершину футбольного Олимпа. Его звали играть в лучшие клубы Европы, он должен был блистать на чемпионате мира, но в один день всё изменилось. Из всесоюзного героя Стрельцов превратился в мерзкого насильника и уголовника. Но действительно ли легендарный футболист совершил это мерзкое преступление или же стал жертвой своего времени?
Если оглянуться назад, то вопросов в деле Стрельцова по-прежнему остается едва ли не больше, чем ответов.
20-летний талантливый игрок, чье имя по сей день носит престижная премия «Стрелец» и стадион в Москве, внезапно получает срок и отправляется в самые страшные лагеря Союза.
Весной 1958 года ничто не предвещало такого развития событий. Близилось мировое первенство в Швеции, футболисты готовились.
25 мая друзья Стрельцова, футболисты Борис Татушин и Михаил Огоньков пригласили Эдика расслабиться и отвлечься на даче знакомого летчика Эдуарда Караханова.
Стрельцов согласился, хотя, по словам приятелей, был в плохом настроении в тот день и ехать никуда не хотел
«Он мне говорил, что у него было очень плохое настроение. Чувствовал: надо ехать домой. Но он обещал им, что дождётся. Одним словом, поехал без большой радости. Точно что-то чувствовал», - рассказывал друг футболист Александр Нилин.
Звездная болезнь
Согласно воспоминаниям друзей и знакомых, Стрельцов был любителем развеяться. Детство спортсмена нельзя назвать радужным, родители развелись, мать едва сводила концы с концами, иногда подроставшего Эдика даже было нечем накормить. Так что, когда для мальчишки открылись двери в мир футбола и советской богемы, он не упускал момента покутить. Многие говорили даже о звездной болезни футболиста.
Как бы то ни было, на дачу к Караханову приятели отправились. Отдыхали с ними и три симпатичные девушки - Инна, Тамара и Марина.
Молодые люди весело проводили время, пели песни, играли, выпивали.
Никто не отрицал, что между Стрельцовым и Мариной возникла взаимная симпатия: пара смеялась и держалась за руки.
На следующее утро футболист вернулся в расположение команды. На его лице отчетливо виднелась огромная царапина, а на расспросы Стрельцов отвечал - «Кошка».
«Вид у него был потрёпанный, помятый. У него ещё царапина была и на одном из пальцев кисти был откушен ноготь. Лёва Яшин ещё тогда спросил: «А что ты в таком виде? Почему царапина на лице?». А Эдик отвечает: «Лев Иванович, я накануне был у бабушки, там меня кошка поцарапала». Яшин тогда удивился: «Ничего себе кошка!» — вспоминао врач сборной Олег Белаковский.
А вскоре на пороге появились милиционеры. Оказалось, Марина и Тамара написали заявление об изнасиловании. Марина винила Стрельцова, а Тамара Огонькова.
Сомнительные показания
Все трое - Стрельцов, Татушин и Огоньков были задержаны как подозреваемые и доставлены на допрос.
Из показаний Марины: «На рассвете Стрельцов начал ко мне приставать. Я категорически отказалась. Эдуард ударил меня по лицу. Я была в шоковом состоянии, и он меня изнасиловал».
Обвинения стали шоком для всех, и для семьи футболиста, и для его коллег.
На суде пострадавшая давала довольно противоречивые показания. Сначала говорила, что футболист был с ней груб с самого начала, избил и изнасиловал. Потом она заявила, что помнит только, как Стрельцов толкнул ее на кровать, так как была слишком пьяна.
В целом, версий событий было несколько. Одни СМИ писали о скандале, что футболист давно знаком с потерпевшей и они были очень близки, другие говорили, что они познакомились лишь в роковой вечер.
Свидетели - хозяин дачи и его подруга Инна заявляли на допросах, что никакого сопротивления или неприязни со стороны Марины не заметили.
Из показаний самого Стрельцова:
«25 и 26 мая 1958 года мы были на даче в Правде. Никакого изнасилования я не совершал и ничего про это не знаю».
Из всей троицы милиционеры отпустили только Татушина, так как он уехал с дачи ещё ночью. Огонькова продолжали допрашивать, а Стрельцова арестовали.
Вскоре Тамара неожиданно отказалась от своих обвинений.
«Прошу считать моё заявление, поданное Вам 26.05.1958 г. об изнасиловании меня гражданином Огоньковым неправильным. В действительности изнасилования не было, а заявление я подала не подумав, за что прошу меня извинить».
Через два дня в милицию пришла и Марина, с новым заявлением.
«Прошу прекратить уголовное дело в отношении Стрельцова Эдуарда Анатольевича, так как я ему прощаю».
Однако следователи принимать его во внимание не стали, отрезав: «Это как мёртвому припарка. Уголовные дела об изнасилованиях прекращению за примирением сторон не подлежат».
На очных ставках вскрылись новые детали: Марина заверяла, что кричала и сопротивлялась, Стрельцов настаивал, что все было добровольно. Но тогда откуда царапина на лице?
Марина утверждала, что она отбивалась, а Эдуард начал её избивать, Стрельцов лишь частично подтвердил это, заявив о небольшом сопротивлении, но криков, по его словам и избиения, не было.
Девушки, находившиеся в тот вечер в доме, дали разные показания:
Инна:
«Услышав крик, я сначала растерялась, а потом решила, что Марина сама пошла со Стрельцовым. У меня сложилось впечатление, что Стрельцов Марине нравится. Она мне сказала, что он хороший».
Ирина:
«Сидя на террасе я никакого крика не слышала. Войдя в комнату, я сказала Караханову, что со Стрельцовым кто-то лежит на кровати. Мы легли в этой же комнате на полу, и тут я увидела, что Стрельцов с Мариной выполняют половой акт».
Вскоре появилась новая версия - утром в комнату зашел подвыпивший Караханов. Друзья Стрельцова допускали, что именно он мог воспользоваться положением Марины и надругаться.
Как бы то ни было, футболист получил 12 лет строгого режима и отправился в ГУЛАГ.
Падение на дно и возвращение
В последствии журналисты отметят, что в деле есть принаки сфабрикованности: было полно несостыковок, не были указаны даты допросов, всё было подписано разными чернилами, протоколы судебного заседания местами не соответствовали решению суда.
Все причастные к этому делу полагали, что Стрельцов стал жертвой показательной расправы над «зарвавшимися звездами».
От спортивных героев ожидали идеального поведения, но многие из них становились жертвами «звездной болезнью». Приказ сурово наказать «подлеца насильника» отдал сам Хрущев.
Перешел ли Стрельцов действительно кому-то «сильному» дорогу или стал жертвой системы, а может и в самом деле совершил непростительное злодеяние, доподлинно никто уже не узнает.
Из 12 лет в лагерях Стрельцов проведет семь и изменится, по словам знакомых, до неузнаваемости. Друзья помогут вернуться в футбол, а публика его встрети ликованием.
Несмотря на долгий перерыв, Стрельцов завоюет Кубок СССР, вернется в сборную и дважды удостоится титула титула лучшего футболиста Советского Союза.
Перед смертью Эдуард Анатольевич Стрельцов признается сыну, что так и не знает, за что получил срок.