Никол Пашинян и Анна Акопян де-факто объявили о системном старте предвыборной телекомпании. Они представили телевизионный формат кампании «Учиться — это модно», который, предположительно, будет включать трансляцию записей их недавних лекций.
С самого начала я говорил, что цель этой кампании — вовсе не образование, а выборы в парламент. Когда целью действительно является образование, у кампании совершенно иной характер и логика.
Теперь так называемый лекционный формат переносится на телевидение, что де-факто станет предвыборной агитацией. Каков будет её эффект — сказать сложно. С учётом текущего рейтинга и проблем Никола Пашиняна, он воспримет даже минимальный результат как достижение. В этом смысле очевидно, что он действует последовательно и старается «выжать пиар даже из камня», используя любую возможность.
На этом фоне хочу обратить внимание на то, что происходит в так называемом лагере оппонентов. Помимо, разумеется, апокалиптических прогнозов и риторики, адресованных обществу. При этом я даже не ставлю под обсуждение, обоснован ли этот «апокалипсис» или нет, эффективен он или нет. Это должен быть ключевой вопрос, который действительно должен волновать политических соперников Пашиняна.
По моей субъективной оценке, это неэффективно. И говорю я об этом не впервые. Ещё после выборов 2021 года я отмечал: в Армении риторика апокалипсиса не может быть основой успешной работы с обществом. Если какая-либо политическая сила действительно стремится создать новую политическую реальность и сформировать иные общественные настроения, ей необходимо пересмотреть свою ключевую ставку в отношениях с обществом — на апокалипсис.
Создала ли хоть одна оппозиционная сила в Армении содержательную систему взаимоотношений с обществом, стратегический формат диалога, который можно было бы последовательно реализовать хотя бы в виде лекционных или телевизионных форматов? Нет. Всё сводится к постоянной работе с одной и той же аудиторией, при практически полном отсутствии тактики и стратегии по привлечению новой.
И кто-то всерьёз хочет убедить, что в Армении какая-либо политическая сила действительно стремится к существенным переменам? Что кто-то всерьёз задумывается об этом?
Извините, но за последние три десятилетия — а особенно за последние семь лет — мы видели слишком многое и слишком разное, чтобы ориентироваться лишь на риторику и измерять намерения одними словами.
Акоп Бадалян, аналитик
ИАЦ «VERELQ»