В наши дни имя саратовского художника Дмитрия Россова (1835-1888) известно лишь профессионалам. Однако именно его картины зачастую иллюстрируют жизнь городов, расположенных на берегах Волги. Мастер любил городской пейзаж и оставил богатое художественное наследие.
Россов окончил Императорскую Академию художеств в 1859 году со званием неклассного художника.
Сотрудничал с редакцией «Российской военной хроники», для которой предоставлял свои работы на военную тематику. 1857–1858 годах создал литографии для двух альбомов, посвященных Крымской войне: «Кавказцы» и «Севастопольский альбом». С 1863 жил и работал в Саратове, выполнял светские и церковные заказы. Имел мастерскую, в которой для получения дополнительных доходов исполнял и заказы на изготовление вывесок, занимался уличной рекламой.
В 1875 году Россов изобразил Камышин, оставив для потомков уникальный портрет города того времени. На картине мы видим знакомый горожанам вид прибрежной черты — той самой, где сегодня располагается набережная. Вдали — Троицкий собор, который возвышался на месте земляной стрелки (нынешнего камышинского островка). Его разобрали на кирпичи в 1936-1941 годах. Чуть ближе располагается Димитриевская церковь. Она находилась около Пушкинского училища, которое сохранилось до наших дней. Церковь также была разобрана на кирпичи.
Как видим, картина создана весной — во время разлива Волги. Именно поэтому вода поднялась и даже «затопила» торговые склады у реки. Это было обычным явлением в то время: склады строили как можно ближе к береговой линии для оперативности погрузочно-разгрузочных работ и меньшей платы за труд грузчикам. Весной склады подтапливало (товары, конечно же, на это время убирали). К лету Волга значительно мелела, и до воды, где к торговым пристаням причаливали баржи и другие суда, грузчикам приходилось проходить довольно значительное расстояние.
Кстати, мы видим одну из пристаней, до которой приходится идти по деревянным подмосткам. Также видим, суда того времени — косовые с «косым» парусом. Оои были разного размера, а на самых больших мачта состояла из двух частей. Из-за этой конструктивной особенности верхнюю часть мачты можно было положить горизонтально и сделать на палубе временный шатёр для защиты от солнца во время стоянки и ожидания погрузки, что и изобразил живописец.
Крайне любопытно, какая громадина изображена на Волге вдали. Но тут остаётся лишь простор для фантазии.