Что сказали суду, о чем попросили 22 июля в последнем слове бывшие заместители брянского губернатора по внутренней политике и образованию Татьяна Кулешова и Елена Егорова.
Во вторник, 22 июля, в Володарском районном суде города Брянска были заслушаны последние слова Татьяны Кулешовой и Елены Егоровой – до начала марта 2023 года они занимали должности заместителей губернатора Брянской области. Губернатора Александра Богомаза. Кулешова ведала внутренней политикой и контролировала медиа, Егорова занималась сферой образования.
Но двух ярких дам обвинили в коррупции, а именно в получении взяток на общую сумму 4,4 млн рублей за приоритетное право поставить компьютеры для образовательных учреждений региона и для других ведомств – устройства для обеззараживания воздуха.
В качестве предполагаемой взяткодательницы выступила питерская бизнесвумен Валентина Автушенко. Сподобить на необходимые коррупционные действия Кулешову и Егорову она пыталась якобы через их общую знакомую – еще одну брянскую чиновниц, рангом пониже – Евгению Матвееву. С последним словом Автушенко и Матвеева должны выступить послезавтра, 24 июля, рассказали в Объединенной пресс-службе судов общей юрисдикции Брянской области.
Подробно об этом громком уголовном деле “Брянский ворчун” рассказывал в начале марта 2025 года, когда только начался суд – с интересными деталями можно ознакомиться, прочитав нашу заметку по этой вот ссылке.
Судебный процесс, заметим, начался ровно через два года после ареста Кулешовой и Егоровой. Как они провели это время в мрачных застенках нескольких следственных изоляторов? Об этом бывшие заместительницы губернатора Богомаза как раз и рассказали в озвученном сегодня каждой из них последнем слове. Но о своих моральных страданиях и других мучениях в темнице они говорили по минимуму. Больше – о другом.
Мы решили не пересказывать последние слова высокопоставленных подсудимых, а процитировать их. Почти полностью: если Кулешова, будучи в прошлом школьным учителем истории, старалась говорить из стеклянной “клетки” по-профессиональному громко и четко, то Егорова запиналась и вещала куда тише, но и сказанное ею удалось разобрать в значительной мере.
Кулешова:
– Моя мать сейчас в очень тяжёлом положении. Она страдает, переживает, ей 81 год. Жизнь и так разрушена, всё разрушено. Ну, всё уничтожено, всё. То, что пришлось пережить, это просто не передать словами.
Я не плачу и не буду плакать, их, слёз-то, уже и не осталось. Но я хочу ещё уделить время, мечтаю уделить время своим внукам… дочку младшую выдать замуж (смотрит через боковую прозрачную стенку “клетки” в сторону, улыбается – Прим. “БВ”). И самое главное – быть возле мамы. Ну, а то, что, что случилось, оно уже случилось, оно произошло. Сильнее казнить, чем нас казнили вот этими двумя с половиной годами “проживания” в следственном изоляторе, не получится.
Я уже говорила об этом – о том, в каких нечеловеческих условиях мы находились: с сорока человеками в камере, с туалетом за шторкой и с душем за шторкой, ну и со всеми остальными прелестями того, что там было. Но мы как-то это прожили, пережили. Видимо, ещё предстоит что-то пережить, но это уже так…
Пожалуйста, пусть приговор (прерывается и пристально смотрит на судью – Прим. “БВ”), если это в вашей силе, будет не убийством, ну, по крайней мере, не уничтожит моих родных. Мне-то уже что?.. А родные ещё будут мучиться. Главное – мама, ее сберечь
Егорова:
– Ваша честь, я бы хотела отметить, что моя позиция остаётся неизменной. Я по-прежнему не признаю своей вины в инкриминируемых преступлениях. И хочу сказать, что все мои действия были направлены только на поставку означенного оборудования, и оно было поставлено. И всё было выполнено как необходимо.Тяжело действительно то, что происходит с нами сейчас параллельно – с нашими родственниками и близкими людьми. Это намного тяжелее, чем то, что проходим мы.Поэтому я бы хотела, конечно же, попросить, справедливого решения, справедливого относительно тех фактов, которые были установлены во время заседаний суда и в то же время с отметкой, с анализом тех домыслов и домысливания со стороны обвинения, которые есть в этом деле, а также совершенного в отношении нас оговора, который, к сожалению, даже в стенах суда не был произведён лично, а только через адвокатов. Спасибо.
Видео и фото Объединенной пресс-службы судов общей юрисдикции Брянской области, пресс-службы Басманного суда г. Москвы