Его необычно гладкий корпус поглощал свет прожекторов. Проржавевший люк легко поддался. Воздух ушел беззвучно. Внутри нас ждал шок: не лаборатория, а простая капсула. В ней – медный провод, унизанный кусочками консервных жестянок с дырочками, образующими сложный узор. К капсуле был прикреплен обрывок прогоркшей бумаги. Разведчики разобрали детскую надпись: "Папа. " Мы до сих пор ломаем голову над этим разорванным ожерельем из банок, сделанным парой, затерявшейся среди звезд. Папа не нашел их. Но "Диоскурида" – памятник их отчаянной Помолвке во тьме вакуума. Мы везем древний корпус на ремонтную орбиту Луны. Некоторые свадьбы опережают пространство и время.
Его необычно гладкий корпус поглощал свет прожекторов. Проржавевший люк легко поддался. Воздух ушел беззвучно. Внутри нас ждал шок: не лаборатория, а простая капсула. В ней – медный провод, унизанный кусочками консервных жестянок с дырочками, образующими сложный узор. К капсуле был прикреплен обрывок прогоркшей бумаги. Разведчики разобрали детскую надпись: "Папа. " Мы до сих пор ломаем голову над этим разорванным ожерельем из банок, сделанным парой, затерявшейся среди звезд. Папа не нашел их. Но "Диоскурида" – памятник их отчаянной Помолвке во тьме вакуума. Мы везем древний корпус на ремонтную орбиту Луны. Некоторые свадьбы опережают пространство и время.
