Фото: на главную
Бенджамин Хопкинс. Фото: «Республика»/Михаил Никитин
Англичанин Бенджамин Хопкинс, два года живущий в Петрозаводске, мечтает по-настоящему чувствовать себя здесь как дома. Он заботится и о том, чтобы его трое детей, воспитывающихся на стыке двух культур, чувствовали себя уверенно и знали свои корни. Для этого, говорят англичане, нужна целая деревня.
Бенджамин Хопкинс – петрозаводчанин. Он говорит, что решение жить здесь, а не в родном Шеффилде в Англии было сознательно принято им и его женой Татьяной. По их мнению, здесь удобнее воспитывать детей (в семье их трое) и оставаться ближе к корням. В студии «Сампо ТВ 360°» Бенджамин рассказывает о разнице в восприятии себя и мира англичанами и русскими. Мы говорим про то, чем английский юмор отличается от русского, про испытания детей насморком и ранним укладыванием в постель, про песни, по которым не выучить русский язык, про глобализацию и пьяных в кино, про мечты, наконец.
— Меня зовут Бенджамин или Бен. Мне больше нравится представляться Бенджамином. Я из Шеффилда, города в самой середине Англии. Население Шеффилда -500 тыс. человек. Это зелёный провинциальный город, где есть всё, что надо для полноценной жизни. Он очень похож на Петрозаводск.
Все свое детство я провел в Шеффилде. Когда окончил школу, год жил в Чили, потом вернулся, учился в Лондоне, где и начал изучать русский язык. Выбор язык был случайным. На третьем курсе я на год приехал практиковаться в языке в Петрозаводск. Так получилось, что я познакомился с Татьяной, она стала моей женой. Мы жили и в Питере, и в Шеффилде, и в Петрозаводске. Сейчас мы окончательно решили, что будем жить здесь.
— В общей сложности получается, что вы живете в России около 10 лет?
— В первый раз я приехал в Россию в 2012 году. После третьего курса мне надо было доучиться в Лондоне, это был один год. Получается, с 2014 года я, в принципе, живу в России. У нас были эксперименты: восемь месяцев мы провели в Англии, но вернулись обратно. Сейчас в Петрозаводске живем уже два года.
— На кого вы учились в Лондоне?
— Это был факультет политических и социальных наук. У меня было чуть-чуть экономики, чуть-чуть международных отношений, чуть-чуть политологии. В Петрозаводске я тоже учился на факультете политических и социальных наук.
Недавно я посмотрел, чем занимаются мои одногруппники. В основном они работают в международных организациях: кто-то в Брюсселе, кто-то в Лондоне. Кто-то стал активистом, кто-то работает в благотворительных организациях. В основном они занимаются социальными вопросами. Но у меня оказалась другая судьба.
— У вас оказалась судьба педагога и блогера?
— После свадьбы моя жена должна была еще год учиться, а я уже завершил образование. Мне нужно было кем-то здесь работать, и я стал учителем английского в языковой школе на Красной. Я помню, было тяжело, потому что я работал с подростками, это сложный возраст. Но мне это нравилось. Нравилось придумывать какие-то интересные способы, чтобы и развлечь детей, и донести материал. Кроме того, я ещё работал переводчиком-журналистом для одного сайта. В конце концов, я понял, что мне больше нравится учить, чем писать и переводить. И поэтому, когда мы переехали в Питер, я перестал работать на этот сайт. Много лет я работал учителем и онлайн, и оффлайн в языковых школах и в одном институте в Питере. Свой блог я открыл, когда начался ковид. С этого времени моя главная деятельность — блог, курсы и уроки онлайн.
— Я знаю, что с самого начала преподавания вы отказались от использования готовых материалов, а стали придумывать свои. Почему?
— Я такой человек – для меня важен творческий процесс. Поэтому я не использую готовые материалы, даже если эти материалы хорошие. Даже свои старые материалы я не могу использовать. Каждый раз, когда у меня новый курс, я все переделываю, хочу как-то по-другому объяснять. От этого я получаю, видимо, удовольствие и вдохновение.
Мне нравится, что то, чем я занимаюсь, реально нужно людям. Когда ты учитель, ты можешь быть и актером, и писателем, и создателем, можешь снимать видео и, в принципе, еще много, чем заниматься. Ты не делаешь одно и то же каждый день, и от тебя зависит, как пойдет день. Зарабатывать, вроде, надо, но для меня главное — быть нужным и что-то интересное создавать. Если можно было бы это делать бесплатно, я бы делал.
— Вы больше 10 лет живете в России. Есть ли существенная разница в восприятии мира между людьми здесь и в Англии?
— Я считаю, что есть разница. Из-за глобализации, можно сказать, среди некоторых людей разница стала меньше. Разница между человеком, который живет в Москве и человеком из Лондона или Вашингтона, например, может быть очень маленькой. Заметнее будет разница между человеком, который живет в маленьком городке на севере Англии и тем, который живет в Кондопоге, потому что эти люди живут в своем регионе, среди своих людей, они не путешествуют все время, не общаются часто с людьми из разных мест. Чем лучше образование у человека, скорее всего, тем больше у него будет общего с образованными людьми из других стран. Суперобразованный человек из Англии и суперобразованный человек из России хорошо поймут друг друга.
Но мне нравятся эти разницы. Я не хочу жить в мире, в котором все в принципе одинаковые. И мне нравится, когда люди живут в гармонии со своей локальной средой. Из-за этого я не хочу жить в мегаполисе, где люди уже оторваны от своих корней, от деревни, можно сказать. От навыков, которые нужны, чтобы жить в своей среде.
Мне нравится, что люди, которые живут в Карелии, умеют охотиться, ходят на рыбалку и знают все грибы в лесу. Это очень здорово. В Англии эта связь с корнями утрачивается, потому что люди не живут в деревнях, не живут на земле, как их предки, много поколений. Связь с землей, я считаю, очень важна для души. И мы это потеряли в Англии.
— Есть ведь и городские традиции в Англии!
— Все болеют за свою местную футбольную команду и собираются на стадионе по субботам. Раньше все ходили в пабы, но теперь эти пабы стали закрываться, и люди просто покупают пиво в супермаркете и пьют дома. И это как-то тоже грустно, потому что потерялось вот еще одно место, где люди могли собраться, где была определенная культура, можно сказать.
— Как у вас обстоят дела с охотой, рыбалкой и грибами?
— У меня, так вышло, здесь нет мужской компании. Да, меня периодически зовут ловить рыбу, но после фильма «Особенности национальной рыбалки» мне, если честно, страшновато связываться с этим делом. Когда мои дети станут постарше, можно будет попробовать освоить процесс.
— А есть еще фильм «Особенности национальной охоты».
— Да, на охоте тоже не был еще. Я люблю собирать грибы. Прекрасное ощущение испытываешь, когда находишь красивый белый гриб. Чистить грибы особо не люблю.
— Еще у людей, которые живут близко к земле, есть развлечение под названием дача. У вас нет идей завести дачу?
— О, хотелось бы, да. Но пока мы как-то должны наладить свою городскую жизнь. Пока я считаю, что своя дача — это хорошо, но когда она не твоя, то это, может быть, еще лучше, потому что есть очень много вопросов, которые надо решать. Когда ты приезжаешь, например, к бабушке на дачу, и там есть дедушка, который занимается всеми этими вопросами, — это идеально. Я чувствую, что пока не готов взять на себя ответственность еще за один дом.
— А я уже нарисовала себе в голове ваш дом с английским газоном.
— Для меня газон – это очень важно. Мне огород особо не нужен, но должен быть именно газон, на котором можно играть в футбол, ходить по нему со своей газонокосилкой. Да, это то, что я понимаю. Но здесь трава так быстро растет, потому что солнце светит 20 часов в день! Мы несколько лет назад снимали дом на лето, и я понял, да, это действительно большая работа – косить траву.
— А какие-то привычки из английской жизни можете себе позволить?
— Нет, не особо. Моя жизнь здесь достаточно далека все-таки от английской жизни. На самом деле, у меня не было взросления на родине -я жил там постоянно только до 18 лет. Сложно сказать, как я бы жил, если бы остался в Англии. В последнее время в Петрозаводске начали появляться и другие британцы. Мы еще не собирались, но я думаю, что, если соберемся, то найдем какие-то, общие моменты. Если мы будем даже просто сидеть и пить пиво, это уже будет что-то, похоже на английское сообщество.
— Вам знаком мем про британских ученых? Как он появился?
— Эта история началась, мне кажется, в XIX веке. Тогда у английской аристократии и у людей менее аристократичных, но образованных (например, у священников) было много свободного времени. Они тратили его на изучение разных тем. Кто-то углублялся в тему насекомых, а кто-то изучал то, как вода течет по разным поверхностям. Короче, британцы любят углубиться в вопросы, которые им интересны. И, в принципе, я точно такой же. Я понимаю, что мои интересы иногда точно не совпадают с теми проблемами, которые интересуют массы. И вот в Англии люди продолжают в университетах изучать иногда очень странные темы. Им повезло, что пока общество может это содержать. Но это, скорее всего, не навсегда, потому что Великобритания уже не такая богатая страна, как была раньше.
— Вы ощущаете разницу между английским и русским юмором?
— Да, хотя я не эксперт в этой теме. Могу сказать, что я не очень понимаю, почему в российских фильмах, например, очень часто показывают пьяных, над которыми все смеются. У нас в кино особо не показывают пьяных людей. Мистер Бин, он очень популярен, может изображать пьяного и делать это смешно. Но когда это не специальная шутка в кино, мне не очень понятно.
В Англии, особенно в моем родном Йоркшире, мы постоянно друг над другом подшучиваем. И чем ближе тебе человек, чем жестче будут шутки. Я не уверен, что такая тема есть в России. В Англии, если над тобой не шутят, то, скорее всего, тебя не очень любят. Такой знак любви: даже обидные шутки лучше, чем вообще без шуток.
— Перед Новым годом у нас пересматривают фильм «Ирония судьбы, или С легким паром». Что смотрят в Англии, например, перед Рождеством или Новым годом?
— Ну, «Один дома», например. А теперь «Гарри Поттера». Я вырос, можно сказать, с вместе с Гарри Поттером. Первая книга вышла, когда мне было 10-11 лет. Как Гарри. И каждый год потом Дж. К. Роулинг выпускала по книге. Когда мне было 13, я читал про Гарри в 13 лет и прочее. Теперь фильмы про Гарри Поттера — самые популярные. А до этого был в лидерах «Один дома».
— Ваши дети читают «Гарри Поттера»?
— Филипп, которому восемь лет, читает. Пока мы не разрешаем ему читать дальше четвертой книги, потому что там уже достаточно серьезные темы идут.
— Есть ли разница между традиционным воспитанием детей в Англии и здесь?
— Да, у меня были другие ожидания, можно сказать. Например, мне очень тяжело воспринимать, что в России детей не укладывают спать в семь часов вечера. В Англии все дети до 9-10 лет ложатся в кровать до восьми вечера. У родителей начинается свободное время. Здесь же с детьми проводят весь день до ночи, и мне это как-то трудно принять.
Здесь вообще очень много вкладываются в детей. Если ребенок заболел, то мама должна сидеть с ребенком. А у нас, если ребенок приболел, его все равно отправляют в школу. По телевизору показывают рекламу государственной кампании про то, что, если у ребенка есть сопли, надо отправлять его в школу. Побаливает живот? — В школу! И они показывают: вот ребенок улыбается во дворе школы. Утром у него были сопли, а посмотрите сейчас – у него все хорошо! Дети должны быть в школе, чтобы родители могли работать.
В России с тремя детьми нужно забыть о личной жизни. В Англии мы проще относимся к детям. Даже есть такое представление, что дети должны быть удобными.
По своим детям я вижу, что у них нет никакого страха перед взрослыми. Когда я был ребёнком, мы знали, что взрослые – главные. Здесь, мне кажется, наоборот: дети главные. Из-за этого бывает сложно быть родителем в России. Здесь ты должен забыть про свои дела и заниматься ребёнком, образованием ребёнка, его кружками, вот этим всем. Все-все делается ради детей, надо жить ради детей.
В Англии взрослые живут ради себя, а дети как-нибудь растут. В моей семье четверо детей, я – старший. У моих родителей всегда были свои интересы. Нас укладывали спать рано и не лечили без конца. Хотя мои родители сами врачи, единственным лекарством для нас был парацетамол. Парацетамол и все, живи дальше. И вроде все было нормально, все выросли.
— Спартанское воспитание.
— Да-да, есть такое. В Англии есть традиция отправлять детей в школу-пансионат. Это престижно, очень дорого, это могут позволить себе только богатые семьи. Здесь бы показалось жестокостью отправлять 8-летнего ребенка в школу на 8-10 недель, в течение которых он не видится с родителями. И там, кстати, были спартанские условия. Кто смотрел сериал про английскую королеву, видел, как Чарльзу (сейчас он Карл) было плохо. Но все должны это проходить, потому что детство в чем-то должно быть испытанием.
— Получается воспитывать детей с представлениями о двух культурах?
— Хорошо, что мы успели пожить в Англии какое-то время, потому что мне одному трудно передать английскую культуру своим детям. Сейчас, к сожалению, стало намного сложнее доехать до Англии и обратно, поэтому мы два года уже не были на моей родине.
Я даю детям все, что могу. Но мы живем в России, и главной стала культура этой страны. Дети должны понимать, откуда они, это важно для их самоопределения в будущем. Я, например, знаю, кто я. Я — англичанин из западного Шеффилда. Моя бабушка была ярким представителем своего социального класса. Она жила, как должна жить женщина, мама, бабушка английского среднего класса в Шеффилде. И поэтому у меня такие достаточно крепкие корни. И я хочу, чтобы у моих детей тоже были достаточно крепкие корни. Да, у моих детей папа — англичанин, они знают английский язык, у них есть родственники в Англии, но сами они отсюда.
— Мое поколение осваивало английский язык по композициям любимых групп. По каким песням можно выучить русский?
— Знаете, музыка – это не моя сильная сторона, и поэтому я знаю мало песен. Я изучал русский язык по сводкам новостей. В английском не так важно все время учить грамматику. Надо побольше просто находиться в среде. А с русским языком не так. Не зря у детей в России очень много уроков по грамматике с первого по девятый класс. У каждого русского слова есть много форм, а в английском table так и останется table. Оne table, two tables и всё. Red всегда будет red. Поэтому учить английский, скорее всего, лучше в среде: слушать музыку, смотреть фильмы, сериалы и так далее. И меньше времени заниматься по учебнику.
— Есть ли у вас мечта?
— В последние годы мы очень много переезжали. Я набрал много опыта и чувствую, что уже хватит. Я очень хочу себя чувствовать здесь как дома. Быть уверенным в том, кто я есть как человек, как отец и как учитель.
Раньше мои мечты были больше связаны с профессиональным развитием. Когда я начал вести свой блог вести, хотел набрать подписчиков и создать курсы. Потом я хотел построить огромную онлайн-школу, чтобы было много учеников. Сейчас у меня трое детей, и я понял, что для меня важнее построить хорошую семью и хорошую личную жизнь, чем всю свою силу вложить в проекты, в свою карьеру. Теперь, когда я думаю про будущее, я больше думаю, действительно, про дачу, про детей, про эту хорошую семейную обстановку, чем про работу. Но это я понял для себя, наверное, только в последние 2-3 года.
Тем, кто остался в своем родном городе, живет всю жизнь на одном месте, не надо это все строить с нуля. А мне надо строить, самому создавать среду для семьи. Я уехал далеко от своей семьи, и я не очень хочу, чтобы мои дети поступали бы так же. Я бы хотел, чтобы они все-таки остались поближе, чтобы у нас была вот эта крепкая, дружная, близкая семья. Для меня это важнее всего. Для меня жизнь — это не какие-то крутые поездки куда-то или какая-то крутая машина и так далее, даже не хобби. Жизнь — это то, как ты проводишь каждый день в отношениях со своими близкими людьми. Я хочу, чтобы это получалось у меня хорошо.
— Возможно, это ощущение появилось с рождением вашего третьего сына?
— Думаю, что да. В английском языке есть выражение: чтобы воспитать ребенка, нужна целая деревня. Когда я рос в Англии, у меня была такая деревня: соседи, родственники, церковь, друзья моих родителей. Сейчас и в Англии, и в России родителям приходится все делать самостоятельно. И это очень большая работа, которая должна ложиться не только на женщин. Да, именно с рождением Лёвы я понял, что, скорее всего, семья — это то, чем я больше всего хочу заниматься.
«Персона» — мультимедийный авторский проект журналиста Анны Гриневич и фотографа Михаила Никитина. Это возможность поговорить с человеком об идеях, которые могли бы изменить жизнь, о миропорядке и ощущениях от него. Возможно, эти разговоры помогут и нам что-то прояснить в картине мира. Все портреты героев снимаются на пленку, являясь не иллюстрацией к тексту, а самостоятельной частью истории.