В центре старинного Тобольска, бывшей столицы Сибири, напротив белокаменного кремля расположено еще одно белокаменное старое здание, от которого отходят каменные стены – как у замка. И это действительно замок, правда, не сказочный.
Этот замок носит название «Тюремный». И это место действительно является тюрьмой, причем, тюрьмой, имеющей славу тюрьмы самого строгого режима XX столетия в России. Сейчас тюрьма закрыта и в ней расположен музей, который носит название «Музей Сибирской каторги и ссылки». Прогулявшись по музею, по коридорам и камерам бывшей тюрьмы, можно представить, как здесь обитали те, кому не посчастливилось попасть в это мрачное место.
Побывали в этой тюрьме и многие известные люди: Чернышевский, Достоевский, Троцкий, Короленко. Писатель Короленко дважды побывал в этой тюрьме – в 1880 и в 1881 годах, и описал ее в своем рассказе «Яшка», на основании которого при организации музея воссоздавали его интерьер XIX века.
Если Владимир Галактионович Короленко побывал в тобольской тюрьме в качестве заключенного и на себе прочувствовал особенности тюремной жизни, то Дмитрий Иванович Менделеев, уроженец Тобольска и уважаемый гражданин города, побывал в Тобольском замке в качестве экскурсанта и сделал много фотографий, которые также очень помогли воссоздать интерьер заведения.
История создания Тюремного замка
Тобольск, основанный в конце XVIвека сразу после присоединения Сибири к России, сначала стал местом ссылки неугодных людей, а потом и местом, которое не миновал ни один каторжанин. В городе, расположенном на Сибирском тракте, находилась этапная тюрьма, где формировались партии заключенных для отправки дальше по месту назначения. В середине XIXвека эти тюрьмы были преобразованы в Тюремные замки, которые служили не только «перевалочными пунктами» для пересыльных, но в которых находились и заключенные, отбывающие срок.
Появление Тюремного замка связано с посещением Тобольска в 1837 году цесаревичем Александром Николаевичем, который обратил внимание на старость и неудобство существующего тюремного острога. Проект строительства Тюремного замка был утвержден в 1841 году, открытие тюрьмы произошло в 1855 году. Выбор места может показаться странным: прямо в центре Тобольска, на Красной площади, напротив кремля.
Вряд ли стоит искать в этом какой-то символизм. Просто место оказалось свободным. Еще в конце XVIII века разобрали часть кремлевских стен и обветшавшую Троицкую церковь, к слову, первое строение, построенное казаками, основавшими Тобольск. На этой освободившейся площадке и решено было построить Тюремный замок.
Тюремный комплекс состоял из пяти корпусов, окруженных толстыми стенами:
Штаб – это административное здание, рядом с которым расположены арочные входные ворота.
Смотровой корпус – в нем находились тюремная больница, аптека, мастерские и складские помещения.
Три корпуса для размещения заключенных, как следующих по этапу, так и отбывающих наказание в Тобольске.
Корпуса расположены так, что образуют небольшие закрытые внутренние дворики, где выгуливали заключенных.
Внутренние помещения тюрьмы
И хотя снаружи все здания комплекса (кроме одной наружной стены) имеют белый цвет, внутри тюремных помещений тускло и мрачно. Сейчас стены тюремного коридора свеже выкрашены, но Короленко описывает их так:
«Нас ввели в коридор одной из сибирских тюрем, длинный, узкий и мрачный. Одна стена его почти сплошь была занята высокими окнами, выходившими на небольшой квадратный дворик, где обыкновенно гуляли арестанты. Теперь, по случаю нашего прибытия, арестантов «загнали» в камеры. Вдоль другой стены виднелись на небольшом расстоянии друг от друга двери «одиночек». Двери были черны от времени и частых прикосновений и резко выделялись темными четырехугольниками на серой, грязной стене».
И дальше Короленко пишет:
«Над дверями висели дощечки с надписями: «За кражу», «За убийство», «За грабеж», «За бродяжничество», а в середине каждой двери виднелось квадратное отверстие со стеклышком, закрываемое снаружи деревянною заслонкой. Все заслонки были отодвинуты, и из-за стекол на нас смотрели любопытные, внимательные глаза заключенных».
В тюрьме были камеры общего режима и одиночные. Камеры общего режима были как небольшие, на 2-4 человека.
Так и на 12 человек.
В таких камерах стояли двух ярусные кровати, прикрученные к полу металлический стол с лавками, был умывальник и отхожее место. Существовало и отдельное помещение, служившее отхожим местом – ретирада, так оно называлось.
Для более опасных преступников были предназначены одиночные камеры. Короленко свою одиночную камеру описал так:
«Пять шагов в длину, три с половиной в ширину — вот размеры нового нашего жилища. Стекла в небольшом, в квадратный аршин, окне разбиты, и в него видна, на расстоянии двух сажен, серая тюремная стена. Углы камеры тонули в каком-то неопределенном полумраке. Карнизы оттенены траурною каймой многолетней пыли, стены серы, и, при внимательном взгляде, видны на них особые пятна — следы борьбы какого-нибудь страдальца с клопами и тараканами, — борьбы, быть может, многолетней, упорной. Я не мог освободиться от ощущения особого рода неприятного запаха, который, как мне казалось, несся от этих стен».
На фото выше голова заключенного выбрита наполовину. Так делали для того, чтобы, если вдруг заключенный или каторжник сбежит, он не смог затеряться среди других людей.
Здесь же, в одиночных камерах, содержались и сумасшедшие. Об одном из них, Тимошке, Короленко также пишет в своем рассказе.
«Я заглянул в оконце. Длинная узкая камера была еще мрачнее нашей, так как угловая стена примыкавшего здания закрывала в нее доступ свету. Вначале я не мог никого разглядеть среди этих темных стен, но вскоре увидел в углу, под самым окном, какую-то коленопреклоненную фигуру. Тимошка мерно покачивался, стоя на коленях перед какими-то болванчиками, неопределенно черневшими в углу. На окне лежало что-то вроде шапки. Мебели, как и в других одиночках, не было, только рядом с болванчиками стояла «парашка».
Карцер и другие меры наказания
Если заключенный в чем-либо провинился, то следовало наказание – его сажали в карцер. Это была маленькая узкая комната размером 1,5 метра на 3 метра. Из мебели деревянная лавка без матраса, которая на день закреплялась на стене – арестанту сидеть не полагалось. Стола тоже не было – только параша. На день узнику выдавали только 300 грамм хлеба и две кружки кипятка. В таких условиях провинившийся арестант мог находиться до 15 суток.
Разновидностей карцеров было несколько, в зависимости от тяжести наказания. Так, в «темном» не было ни окна, ни освещения, в «горбатом» был очень низкий потолок, поэтому выпрямиться в полный рост было невозможно, карцер «стакан» был настолько тесный, что в нем можно было только стоять. Был карцер «мокрый» - с водой по щиколотку, «холодный» - без отопления, «горячий» - к его стене примыкала печь, которая постоянно топилась, поэтому температура внутри достигала 60 градусов.
Эти помещения практически не проветривались, в них стояла жуткая вонь, водились разного рода насекомые и бегали крысы.
Если заключенный терял над собой контроль и впадал в бешенство, для его усмирения существовали специальные приспособления. Чтобы обездвижить разбушевавшегося арестанта, его к полу или стене прижимали рогатиной. Чтобы такой пригвожденный не мог ухватиться за ручку рогатины, в ее нижнюю часть вбивали гвозди. Обезвредив буйного таким образом, на тело ему надевали смирительную рубаху, в которой он мог находиться 3 часа, максимум 5.
Религиозность
Несмотря на строгость по отношению к заключенным, в Тобольской тюрьме с большим вниманием и даже заботой относились к душе осужденных. Она была единственным в России заведением такого рода, где изначально была построена православная церковь.
Но среди заключенных было много тех, кто придерживался других религий. Согласно имеющимся данным, в 1898 году в тюрьмах Западной Сибири православные составляли 74%, мусульмане – 12,9%, католики – 4,6%, лютеране – 2,5%, иудеи – 4 %, представители других религий – менее 2%.
Поэтому при тюрьме были организованы молельные комнаты для католиков и лютеран, для иудеев и мусульман.
Службы проводились раз в две недели, и заключенные с удовольствием их посещали, даже те, кто не особо верил. Это было для них не только способом приобщиться к Господу, но и развлечением, возможностью вырваться из темных, тесных, вонючих камер, а для тех, кто содержался в других корпусах, еще и дополнительной, пусть и небольшой, прогулкой.
Когда наступал религиозный праздник, то для заключенных готовилась еда, соответствующая требованиям религии, которой они придерживались. Конечно, это была забота не только о душе арестантов, но и надежда, что религия подтолкнет заключенных к исправлению.
Труд заключенных
Способом исправления заключенных служила также трудовая деятельность. При тюрьме было организовано несколько мастерских, в которых трудились арестанты. В основном это были столярные работы, изготавливали также изделия из пеньки. Часть продукции шла на нужды самой тюрьмы, часть на продажу, и также в мастерских изготавливали продукцию на заказ. Вырученные деньги позволяли не только пополнить тюремную казну, финансирование которой государством было очень скудным. Часть из заработанных денег шла самим заключенным.
Также заключенные использовались для разных хозяйственных работ: убирали в помещениях, чистили снег, возили воду. В тюремном дворе благодаря труду заключенных было всегда чисто и аккуратно, летом даже были цветники. Поленницы дров укладывали в центре двора, а не у стены, чтобы они не помогали заключенным перелезть через стену.
Побеги и бунты
Попытки побега из замка были, но они как правило заканчивались неудачно. Заключенные даже если могли выбраться во двор, но сориентироваться между лабиринтами зданий было непросто. И все-таки удачный побег был – в 1893 году смогли сбежать шесть человек.
Были и бунты заключенных, два крупных случились в 1907 и 1918 годах, они были жестко подавлены.
Тобольская тюрьма просуществовала до конца XX века. О ее советском периоде, в котором было много интересных и трагических эпизодов, в следующей статье.