Он всё также массировать плечи, не переставая касаться её губами - лёгкие поцелуи в висок, в шею, как будто успокаивал сердце : "успокойся, всё будет хорошо". В этом молчании, полном заботы, было больше любви, чем в сотне громких признаний.
Наконец, Маша не выдержала. Она резко потянулась за телефоном и набрала номер воспитателя.
Максим тихо хмыкнул, убрал руки и, не говоря ни слова, опустился рядом на корточки. Он смотрел на Машу снизу вверх, изучая её лицо - хмурое, уставшее, с напряжённой линией бровей и взглядом, мечущимся по кухне, словно от этого зависела их с сыном судьба. Маша чувствовала его взгляд и ей было неловко от этого. Она знала, что, возможно, перегибает.
Что её реакция чрезмерна, но она ничего не могла с собой поделать. Ей было стыдно - за то, как дрожал голос, как грызла ногти, как колотилось сердце. Но она была благодарна мужчине за то, что он не осуждал. Ни слова. Ни тени упрёка. Только тепло его рук и мягких губ всё ещё ощущалось на коже.
После продолжительных бездушных гудков, наконец послышался голос воспитателя и Маша выпрямилась на стуле.
- Алло? - она прижала телефон крепче, сжимая его до побелевших костяшек. - Алло, вы меня слышите?
- Да, Мария. Тут что-то со связью, - наконец отозвался воспитатель. - С нами всё в порядке. Навигатор показывает, что осталось минут сорок и мы на месте.
Что-то внутри Маши отпустило. Не до конца, но отпустило.
- С вами точно всё в порядке? Может нам стоит приехать?
- Нет-нет, что вы, - голос воспитателя стал бодрее. - Правда, всё хорошо. Денис, - он окликнул мальчика и, в следующую секунду, в трубке послышался детский голос.
- Кнопка? - выдохнула Маша. Её сердце сжалось.
- Да, мамочка? - отозвался ребёнок. Его голос был сонным.
- С вами всё хорошо?
- Угу...Жду, когда приедем, чтобы лечь. Всё хорошо, правда. Только спать хочется.
Маша зажмурилась, вжавшись в спинку стула, губы сжались в тонкую линию, пряча улыбку и слёзы одновременно. Как бы она хотела сейчас подарить Дениске тепло мягкой кровати. Прочитать ему на ночь сказку или спеть незамысловатую колыбельную, после которой сын быстро засыпал.
Ребёнок сам настоял, чтобы поехать в это путешествие и, впервые в жизни, ночевать не где-то, где тепло и уютно, а в палатках, с различными насекомыми. Машу пробила дрожь и она махнула головой, избавляясь от неприятных мыслей.
- Хорошо. Тогда я позвоню утром. Ладно?
- Ладно, - зевнул ребёнок. - Передаю трубку воспитателю.
Разговор завершился. Воспитатель коротко попрощался, подтвердил, что всё действительно в порядке и пожелал спокойной ночи. Маша отключила телефон, не сразу положив его на стол. Потом медленно вздохнула и опустила руку.
- Мне срочно нужно выпить.
Она не шутила. Это было искренне, тихо и совсем безнадёжно. Как попытка сбросить с плеч груз, что давил целый вечер. Максим не ответил сразу. Просто наблюдал. Его взгляд был спокойным, будто он читал Машу, как книгу, не пропуская не единой строчки. Затем он медленно поднялся с корточек, сел на стул напротив и чуть улыбнулся.
- У меня есть сорокалетний виски. Подарок от пациента.
Маша подняла одну бровь, приоткрыв глаза и впервые за долгое время уголки её губ дрогнули.
- Не знала, что твои пациенты пьют такие напитки.
- Не они, а их родители, - пожал плечами Максим, всё так же спокойно, не отводя взгляда. - В благодарность за то, что вылечил их ребёнка. - Он слегка наклонился вперёд, взгляд его стал внимательнее. - Ну так что, достаю?
Маша колебалась лишь секунду. Потом, губы её дрогнули и она тихо кивнула.
- Доставай. Мне правда нужно немного...отпустить всё это.
Максим встал и подошёл к шкафчику. Оттуда он достал бутылку - тяжёлую, в подарочной упаковке. Он не открывал её целый год. Ждал особенного случая. И кажется, этот случай наступил. Именно сегодня.
- Ты когда-нибудь пила виски? - спросил он, наливая янтарную жидкость в два прозрачных бокала. Свет проходил сквозь напиток, окрашивая его золотом.
Маша взяла стакан осторожно, будто боялась расплескать. Поднесла к носу и вдохнула аромат. Она ожидала чего-то резкого, но взамен получила тонкий запах шоколада с горечью дубовой бочки.
- Никогда, - она посмотрела на мужчину. - Есть советы для новичка?
Максим тихо усмехнулся и постучал пальцем по стеклу.
- Главное, не пить на голодный желудок. Даже педиатр это знает, - он кивнул на себя с мягкой улыбкой. - И так как мы недавно поужинали - можно расслабиться. От одного бокала точно ничего не будет.
Но на одном бокале они не остановились. Виски оказался другим, совсем не таким его представляла Маша. Она думала, что тот будет резким на вкус и его невозможно будет пить, но напиток поразил его своей неоднозначностью. Он был нежным и тихим. Он не обжигал, не бил в грудь. Он грел - сладким, мягким вкусом, словно тающим шоколадом на языке.
Маша пила медленно, смакуя. С каждым глотком тревога отступала, а взгляд всё чаще задерживался на лице Максима. Она не думала о времени, не думала о том, что будет дальше. Только о том, как хорошо было здесь, с ним. Как приятно - просто молчать и знать, что тебя понимают.