Автор Сергей Солодовник
Да, есть непризнавшие Абхазию страны, был такой пост. И пришёл вопрос: «А что это означает?»
Чисто юридически, если страна не признана в полном объёме, термин такой есть – де-юре, то и посольства быть не может.
А вот если представительство зарегистрировано в местных органах власти, то это равнозначно признанию де-факто.
Это та самая тема, за которую уже десятилетия борется администрация Тайваня. И когда какая-нибудь Литва «вдруг» открывает представительство Тайваня – Пекин реагирует быстро и жёстко.
В случае с Абхазией, которую можно сравнить с Тайванем, на месте КНР находится Грузия. Которой крайне не нравятся представительства Абхазии, поскольку и в грузинской конституции, и в тамошней стратегии внешней политики прописано чётко и однозначно: Абхазия есть часть суверенной и неделимой территории Грузинской республики.
Однако, Тбилиси ничего не может совершить такого, чтобы изменить существующий порядок вещей в Великобритании, Германии и Австрии. И даже в Болгарии и в Греции.
А сосед в лице Эрдогана на ноты протеста может сочувственно поцокать языком и предложить использовать бумагу по назначению иному.
Что можно сделать, имея такие каналы связи и общения без общего признания государства?
Можно качнуться в сторону обретения полной независимости от России. Часть оппозиции перед недавними президентскими выборами в Абхазии предлагала именно такую стратегию.
Однако избиратели осознали, что этот вариант означает – стать исполнителем антироссийских мероприятий на уровне марионетки. Сценарий Карабаха там – прямо перед глазами.
А вот вместе с Россией использовать такие каналы может стать острой необходимостью. В критических случаях – при разрыве дипотношений Москвы со странами Запада.
Автор в Телеграм
#Абхазия, #геополитика