( Часть вторая)
- Какой шикарный акцент! - Вовик, сам любивший завернуть в пять этажей поневоле заслушался.
Лёлик оторопело таращится, хлопая небесно-голубыми, как у молочного поросёнка глазами.
Перед бомжами красовался атлетического сложения мужик, голый пояс, в тюрбане, с роскошной серьгой в ухе, тонкими ухоженными усами. Лепота, да и только, если бы не ярко- голубой цвет кожи.
- Ты что, качок? - выдал Вовик, когда мужик замолчал, набирая воздуха для особо забористой словесной конструкции.
- Да какой он качок, тупорылый ты крокодил, качки синими не бывают, - взвился Лелик, -может, алкоголик?
- Сам ты алкоголик, евражка лысая, - у алкоголика такая роскошная серьга не задержится. Кстати, о серьге в правом ухе, может, он гей?
Тут мужик подавился матюками, хищно раздул ноздри и изрёк :
- Я не гей, я джинн. Гандафар ибн Али ибн Дауд ибн...
- Гоги, короче? - подытожил Вовик, - извини, от твоих " ибнов" уши в трубочку заворачиваются.
- Где моя бутылка?!
- Упс, - покраснел Лёлик , - неувязочка вышла, бутылку мы того, разбили, даже попробовать не успели.
- Позор, позор на мою голову! Я теперь бездомный, хуже последнего базарного нищего. О горе мне горе! Дурукули плешивые! Долгопяты пучеглазые!
Вовик и Лёлик с интересом вытаращились на синелицего красавца. То, что в " В мире животных" читают даже в бутылках, было несколько неожиданно.
- Так ты и вправду джинн? А наши три желания ?
- Я не джинн, я теперь бездомный бродяга без магической силы. В доме и стены помогают. А вы мой дом разбили!
- Мда, - почесал лысину Вовик, - нехорошо получилось
- А у меня идея! Пусть живёт здесь, - Лёлик жизнерадостно потряс недопитой бутылкой.
У джинна загорелись глаза. Он произнес что- то по- арабски , отдаленно напоминающее " едрить твою через кочерыжку" , резко уменьшился и нырнул.
Прошла минута, вторая. Вовик и Лёлик уже стали тревожиться. Наконец, из бутылки донёсся счастливый вздох и пьяные песни
( Продолжение следует )