(мини-роман)
Глава 1
— Просите, моя милая Киара. Но я вынуждена отказаться от заказа. — Невысокая дородная дама в богато расшитом платье длиною в пол и в шляпе с широкими полями опустила на прилавок небольшой шелковый мешочек. Соприкоснувшись с деревянной поверхностью, его содержимое тихонько брякнуло.
— Но почему? — я перевела взгляд с посетительницы на мешок и обратно. — Предзаказ уже сделан, работа над коллекцией статуэток идет полным ходом. Мы укладываемся в сроки... — в моей душе взметнулся ураган из разнородных чувств.
Но женщина напротив даже бровью не повела.
— Простите, дорогуша... Я понимаю, вам нужны деньги... Судя по ассортименту вашей лавочки… — женщина прошлась взглядом по полкам с товаром, — вы, должно быть, не имеете возможности получать приличный доход и совсем не избалованы клиентами...
Я стиснула зубы, но недовольства не показала.
— Но я не могу себе позволить купить коллекцию, с ваших слов, эксклюзивную... при том что еще вчера я видела ее в лавке Маргоса.
От удивления я вздернула брови.
— Как? — тихо выдохнула, напрочь лишившись дара речи.
Дама пожала плечами и состроила снисходительный вид.
— Я не виню вас... Торговцы в наши дни прибегают и не к таким уловкам... — прибавила она, а я наконец оттаяла и, подавившись застрявшим в горле криком возмущения, надрывно закашлялась.
— Вот небольшая компенсация за понесенные убытки... — женщина ткнула пальцем в мешочек на столе. — Вы мне нравитесь, Киара. И я сделаю вид, что нашей сделки не было вовсе. Но и в лавку к вам я больше не вернусь. Прощайте.
Дама развернулась и направилась к выходу, где все это время ее ожидал слуга. Он открыл ей дверь, и самодовольная аристократка важным шагом выплыла из лавки на улицу.
Колокольчик напоследок жалобно звякнул — дверь захлопнулась — и в помещении повисла тугая тишина, разбиваемся лишь мерным тиканьем настенных часов.
Первые несколько мгновений я не могла сдвинуться места. Я просто застыла. Голова усиленно пыталась переварить то, что произошло.
И как бы я ни крутила эту ситуацию, так или этак, все сводилось к одному единственному выводу — нанятый мной мастер сжульничал. Он взял у меня эксклюзивный заказ, но продал его кому-то еще. Все мои эскизы, над которыми я корпела днями и ночами, чтобы получить уникальную, ни с чем не сравнимую коллекцию статуэток, попали в чужие руки. Либо мастер продал мои наброски, либо продал уже готовую работу. С какой стороны ни глянь, он обманул! И я могла бы призвать его к ответу, но... в мире людей все очень непросто. Особенно если ты — эльф.
Я не говорю, что нам, эльфам, люди не рады и что я не смогу защитить права только из-за своей расы. Я хорошо изучила человеческие законы, живя бок о бок с людьми, и знаю, как постоять за себя. Вот только мастер, которого я выбрала, известен в столице, у него хорошая репутация. И чтобы доказать его вину, нужно нанять опытного и умелого правовика. А у меня нет на это денег. Все мои сбережения ушли на обустройство в людском городе вблизи столицы, покупку лавки и заказ товара ручной работы высокого качества.
Я не сомневалась, что мое дело взлетит: каждая деталь была проверена мной вдоль и поперек.
Но, как известно, загад не бывает богат.
Да, я все проверила, но не учла, что буквально через два месяца, как открылась моя лавка, некий торговец решил сделать то же самое, и у него было гораздо больше ресурсов. Его лавка была больше моей, раза так в два, плюс более дорого декорирована. А еще он, похоже, ввалил нехилую сумму в рекламу: о нем писали даже в столичной газете. И что хуже всего — он расположил лавку совсем рядом, на соседней улице!
Моей единственной надеждой переплюнуть его была уникальность продукции. И все как будто бы начало получаться. Но и тут случился облом.
Что делать дальше, я не знала. Закрываться не вариант. Но и продолжать теперь было в разы сложнее. Нынешних сбережений едва хватало на еду. Оплатить новую партию заказа было не на что. Бодаться с мастером-обманщиком — и подавно.
Просить помощи у родных... Нет!
Они и так не одобрили моей затеи перебраться к людям и стать, как они выразились, «торгашкой». По их мнению, это было недостойным занятием для эльфийки высокой крови, какой я являлась.
Они живо утянут меня обратно на родину.
Но кто сказал, что эльфы обязательно должны обитать в лесу и жить по законам предков?!
Я имею право сама строить свою судьбу! И я это сделаю!
Приободрившись, я стукнула кулаком по столу.
Тяжело вздохнула и медленно прошлась вдоль своего магазинчика. Оглядела ассортимент. И снова вздохнула.
Приблизилась к окну и подняла глаза к небу: к этому времени ясная синева погожего дня уже успела размыться пурпурными разливами заката.
На город постепенно опускался вечер.
И я могла с уверенностью сказать, что никто из посетителей сегодня уже больше не придет.
Я взяла веник на длинном черенке и принялась подметать в сущности чистый пол.
Сегодня по нему ходили от силы шесть человек. Парочка зевак «я только посмотрю» и трое реальных покупателей, но и их пожелания были более чем скромны.
Все мои надежды возлагались на одного-единственного человека — крупную заказчицу из столицы. Но увы, не свезло.
Я стиснула пальцами черенок веника и резко остановилась. Закрыла глаза.
«Если бы только случилось какое-нибудь чудо…» — подумала я.
Какое конкретно чудо, я не обозначила.
Но даже это пожелание вызвало у меня насмешку над собой и собственной наивностью.
«Какое тебе чудо, Киара! Всего нужно достигать собственным трудом! — я насмешливо мотнула головой и растянула губы в улыбке. — Ишь чего удумала, чуда ей подавай!»
И в этот момент что-то грохотнуло о дверь.
Я высунулась наружу, пошарила взглядом.
Пустота.
На улице было тихо и безлюдно.
На город стремительно наползала ранняя южная ночь.
Я пожала плечами и хотела было закрыть дверь.
Но что-то остановило меня — какое-то странное чувство.
Вместо того, чтобы вернуться в лавку, я вышла на улицу и прошлась по крылечку, завернула в малюсенький переулок рядом с домом; там к этому времени уже скопились густые ночные тени, и мало что можно было разглядеть.
За каким-то лядом я прошла в его глубь, пытаясь найти не пойми что.
Вдоль стены здания стояли коробки с мусором и деревянные ящики из под овощей и фруктов: в соседнем здании на первом этаже располагался продуктовый магазинчик, и продавец частенько оставлял всякие отбросы в переулке между нашими домами. Мои увещевания и ругань жильцов дома на него действовали плохо. Мусор хоть и подчищался, но время от времени возвращался вновь.
Я прошла почти до самого конца переулка но не нашла ничего сколь-нибудь примечательного.
Пожала плечами и направилась назад.
Короткое мерцание где-то между ящиков заставило меня вздрогнуть и замереть.
Я повременила с возвращением в лавку: любопытство заставило меня сунуться в мусорку и пошерудить рукой.
Двигать ящики было сложно — уж слишком тяжелыми они оказались. Пришлось наощупь разыскивать нечто, что я даже не могла охарактеризовать.
И тут моя ладонь коснулась чего-то гладкого, пальцы нащупали круглую поверхность. Но это нечто оказалось не таким уж и маленьким и довольно увесистым, так что пришлись прибегнуть к помощи второй руки.
Чтобы достать неизвестный предмет, мне пришлось почти наполовину засунуться в мусорку. Но это того стоило!
Потому что я вынула нечто такое, о чем даже подумать не могла.
Сперва я даже решила, что ошиблась. И хотя мысли настойчиво трезвонили о том, что мои глаза и догадки не обманывают меня, я никак не хотела поверить увиденному.
Но стоило мне явить свою находку свету — когда я наконец вылезла из мусорки и оказалась внутри лавки, — как я окончательно и безоговорочно убедилась в своей правоте.
Моему взору предстал белый стекловидный шар, испещренный извилистыми голубыми прожилками, — гладкий, переливающийся и поблескивающий в лучах неяркого теплого света ламп. Размером с небольшой мяч.
Всякий несведущий мог бы принять его за обычную декоративную безделушку — украшение интерьера. Но я-то знала, что это не простой предмет.
В своих руках я держала ни что иное, как запечатанное сердце великана!
Но как?! Каким ветром его занесло сюда?! Подобные предметы были под запретом. Обладателя этой диковины ждут проблемы по кончики самых длинных ушей! Если только кто-нибудь узнает и доложит властям, меньше чем через час на моем пороге будут толпиться каратели, а свое название они получили не просто так, чтобы запугивать непослушных детей.
Я закусила губу и кинулась к входной двери, закрыла ее изнутри, следом быстренько задернула на окнах шторы.
И снова воззрилась на шар.
Надо было как можно скорее избавиться от него...
Отдавать его местным властям нельзя. Начнутся вопросы.
Люди обязательно станут подозревать меня, ведь я эльф. К тому же за какой-то надобностью живущий среди людей. А значит, априори вызываю подозрение.
Но и ехать в родной Эдельрон я не могла.
Появление там запретного объекта может навлечь на моих собратьев беду.
А мне меньше всего на свете хотелось подвергать свой дом опасности.
Но и здесь ему оставаться нельзя...
Я снова покрутила шар в ладонях.
И крепко стиснула его пальцами, чувствуя, как в душе распаляется поистине детский азарт.
Я отрицательно мотнула головой, отгоняя настойчивое желание.
Пользоваться силой сердца нельзя.
Но... может только одно безобидное желание? А? Всего одно-единственное! Обещаю!
Я не раз слышала, что великаны — добродушный народ, живущий за границей зримого мира. В их земли мало кто может попасть. Но однажды туда проникли злые существа и натворили бед.
Каким-то образом они украли у этих величественных существ сердца и использовали содержащуюся в них магическую силу. Сами же великаны окаменели и впали в забвение и будут пребывать в нем до тех пор, пока сердца не вернутся в их гигантскую плоть. А еще, насколько мне известно, сердце великана способно жить без своего хозяина долгое время, оно запечатывается, и внутри с виду обычного шара находится не только сила гиганта, но и его душа. И она обладает своей волей и способна исполнить желание того, в чьих руках окажется. Но может и отказать.
— Уважаемый гигант, — обратилась я к шару, — помогите мне, всего лишь раз. И я сделаю все, чтобы вернуть вам ваше сердце. Хорошо?
Ответа само собой не последовало. Внутри я чувствовала себя не то глупо, не то по-детски радостно, словно я маленькая девочка и загадываю свое самое сокровенное желание доброй фее.
Ребяческое чувство эйфории распаляло во мне неудержимую радость. Но трезвым и вполне здравым рассудком я понимала, что играю с огнем. Потому что не знаю, с какими последствиями могу столкнуться, что мне принесет мой наивный душевный порыв.
Тревога уже приступила подгрызать душу, но радость спихнула ее прочь и затмила мое сознание с концами.
И я пожелала:
— Пожалуйста, милый великан, пусть в моей лавке появятся невиданные никем прежде изящные статуэтки, малые и большие, которые будут настолько прекрасны, что не оставят равнодушным даже самого искушенного коллекционера.
Что ж… желание загадано.
Загадано с чистыми помыслами, с радостной душой и светлым сердцем.
И немножечко, совсем капелюшечку, меркантильным желанием. Если скажу, что не хочу обогатиться, но более того — покрыть свои расходы и оплатить счета, я слукавлю. Ведь жить-то на что-то надо. Да и дело как-то развивать тоже.
И все же главным моим намерением было не столько нажиться, сколько помочь своему делу окрылиться.
Дать себе тот старт, который мог бы у меня получиться, если бы не предательство и обман.
А еще я хотела доказать своим родственникам, близким и дальним, что я могу сама вести дела. Что у меня получается жить самостоятельной обособленной жизнью. И неважно где, среди эльфов или в кругу людей, — я могу со всем справиться и ни за что не пропаду!
И тут я помрачнела, понимая, что не имею права так поступать.
Мне стало стыдно. Я пользуюсь безвыходным положением этого несчастного существа и ставлю ему условия: помощь в обмен на желание.
А все из-за чего? Из-за трусости и нежелания признавать свои неудачи.
— Это эгоистично и глупо… — проговорила, глядя на шар. — Я боюсь признаться родным, что облажалась, и прошу тебя… дорогой великан, помочь мне, при том что тебе самому нужна помощь, и гораздо больше, чем мне… Прости меня… Не нужно мне никаких статуэток… Я все равно помогу тебе, без всякого желания.
Я кивнула сама себе и улыбнулась.
На душе стало светлее. И теплее. Но вместе с чувством правильности от принятого мной решения я ощутила легкую грусть.
Настала пора взглянуть в глаза ситуации и признать: я потерпела неудачу. Продолжать упрямиться и притворяться — не самый разумный вариант. Признать поражение — не значит с ним смириться.
Я что-нибудь придумаю. Обязательно найду решение. А пока…
Я погасила в лавке свет и поднялась в свою спальню, которая находилась на втором этаже, прямо над моим магазином.
Переоделась, распустила длинную косу и опустилась на стул перед зеркалом. Внимательно посмотрела на себя.
Из отражения на меня глядела весьма симпатичная мордашка.
Большие зеленые глаза в обрамлении длинных темных ресниц, немного вздернутый миниатюрный носик, пухлые губки.
Золотистые волосы ниспадали на тонкие плечи волной.
На лоб выбились две непослушные завитушки. Нетерпеливо сдула этих нахалок в стороны и снова воззрилась на себя.
Ну да… худенькая миниатюрная девчонка с немного детским лицом. Такой я была всегда. Хоть ребенком, хоть взрослой совершеннолетней девицей.
Наверное, поэтому меня мало кто воспринимает всерьез.
Даже родственники.
У них на уме все одно: затащить обратно домой да поскорее выдать замуж.
Чего уж говорить про людей! Они-то и вовсе взрослеют и матереют рано. Гораздо раньше нас, эльфов.
Считай, схватывают эту жизнь на лету.
Вот и видят во мне юную наивную глупышку. Для них я словно не окрылившийся, но уже слишком уверенный в себе птенец.
Вероятно, мне нужно быть суровее? Серьезнее? Тогда, возможно, я буду казаться более взрослой и матерой? А?
Я нахмурила лоб и сдвинула к переносице брови.
Но вместо серьезной и взрослой стала выглядеть смешной.
Хмыкнув под нос, я махнула на эту глупую затею рукой.
Какая разница как я выгляжу. Главное — как я себя веду и какие решения принимаю.
Согласившись с этой мыслью, я кивнула сама себе и по-быстрому завершила свой вечерний туалет.
Приготовившись ко сну, я села на постель и поместила шар на прикроватную тумбочку.
— Завтра же отнесу тебя к тому, кто сможет нам помочь — подсказать, где находится твой дом и как туда попасть. Спокойной ночи, — я улыбнулась шару и улеглась в постель. Сон сморил, едва я сомкнула веки.
Глава 2
И в эту ночь мне приснился странный сон. До жути реалистичный и — пугающий.
Во сне мне явился темный эльф с холодными серыми глазами и белыми короткими волосами. Я видела его будто со стороны, словно наблюдала за происходящим издали.
И он был не один. С ним были и другие — все до одного темные эльфы. Но он… он был главным. И, кажется, главарь темных кого-то искал. Потом неожиданно его лицо повернулось ко мне, и наши взоры встретились. Я вздрогнула и отшатнулась назад.
А его глаза хищно сощурились, и взгляд остро вонзился в мое лицо.
Я попятилась и бросилась бежать. Секунда! — и я проснулась.
Вскочила на постели. Тряхнула головой. Усиленно проморгалась, пытаясь скорее прийти в себя.
Во рту пересохло. Сердце стучало как ошалевшее.
Но стоило понять, что я в безопасности, как мое волнение тотчас же улеглось.
— Присниться же… — буркнула под нос, мысленно все еще переваривая до жути реалистичный кошмар.
Желая побыстрее забыть дурацкий сон, я быстро встала, оделась, привела себя в порядок. Наскоро позавтракала, спустилась в лавку.
И — обалдела!
Мои глаза против воли поползли на лоб.
А рот раскрылся в немом изумлении.
Везде — куда бы ни падал взор — стояли статуэтки. Все как одна из белого стекловидного камня с отливом нежного-голубого цвета.
Что это за минерал? Лунный камень или… опал? Или… что-то совершенно другое?
Но в сущности это было неважно. Ибо и сам камень, и изделия из него оказались немыслимо красивыми! Да что там — они были умопомрачительно прекрасными!
Изящные линии, плавные изгибы, мельчайшие, тончайшие детали, запечатленная в моменте грация фигур — все статуэтки были выполнены настолько искусно, что становилось ясно: едва ли их мог сотворить человек, и даже эльф — да ни один мастер не сумел бы создать подобное чудо только лишь своими руками и инструментами, без применения магических чар. Ведь уровень исполнения просто зашкаливал!
Да и сам камень… он был поистине сказочным!
Словно сотканный из мерцающей в свете утреннего солнца росы.
Он казался невероятно живым, и создавалось стойкое ощущение, что созданные из него фигуры вот-вот оживут и начнут двигаться — разбегуться, разлетятся кто куда.
Я сделала несколько осторожных шагов и пробежалась жадным взглядом по некоторым из них — ближайшим.
Поймала взором пару мифических фигур.
Первая — гарцующий единорог с развевающейся на ветру волнистой гривой. Каждая прядка, каждый мускул, и даже жилки на ногах были выгравированы с поразительной точностью. Этот конь был невероятно реалистичным! Как будто вот-вот сорвется с постамента и поскачет по комнате.
А вот чуть дальше — трехглавый лев, большой, грозный, внушающий трепет при одном лишь только взгляде. И такой же детализированный. Ни дать ни взять — живой!
А позади него — два извивающихся в полете феникса: почти каждое перышко на их пышных хвостах выгравировано с поразительной точностью формы и орнамента.
От обуявшего меня удвиления мой рот даже и не думал закрываться. Чуток придя в себя, я все ж его захлопнула и облизала пересохшие губы.
И повернула голову вправо — в противоположную сторону.
Там нашлись изображения уже реальных существ: прекрасная эльфийка с длинными развевающимися на ветру волосами, одетая в летящее платье, а следом за ней — две человеческие женщины, держащиеся за руки и весело танцующие босиком на траве. Совсем рядышком стояли статуэтки величественных и статных мужчин: некоторые в парадных одеждах, другие — в военной форме.
Я глубоко вздохнула и усиленно похлопала ресницами. Кажется, все это время я напрочь забыла моргать.
Дальше и дальше было много других статуэток — больших и малых — я даже не могла их все с ходу рассмотреть! Кто бы мог подумать, что в мою лавку способно вместиться так много!
Передо мной было столько сказочно чудесных фигур, что в глазах начинало рябить от этого немыслимого разнообразия форм и деталей.
Я была в таком диком восторге, что просто оглохла и онемела разом. У меня закончились все слова. Счастье распирало грудь, что даже дышать стало сложно.
О подобном щедром подарке судьбы я не могла и мечтать!
И тут в голове вспыхнула мысль, и я вспомнила о шаре.
Сорвалась с места и бросилась на второй этаж.
Приблизилась к прикроватной тумбочке.
Окаменелое сердце нашлось там же, где я его и оставила.
Я взяла его в руки и подняла перед собой.
— Спасибо тебе, добрая, светлая душа. Я никогда не забуду твоей заботы и щедрости… И с радостью помогу тебе: прямо сейчас отнесу тебя к тому, кто сможет подсказать мне, как вернуть тебя домой.
Я улыбнулась, чувствуя в душе благодарность и умопомрачительную радость.
Мне так сильно захотелось отплатить добром за добро, что я в тот же миг бросилась собираться в дорогу. И уже через полчаса была в полной «боевой» готовности.
Лавку само собой заперла. Предусмотрительно оставила занавески опущенными. На дверь повесила табличку «закрыто».
Уходя, бросила на свой маленький магазинчик печальный взгляд, надеясь, что никакому лихачу не взбредет в голову соваться в мою скромную лавчонку за наживой. Все в городе знали, что дело у меня идет ни шатко ни валко, ассортимент небольшой. И даже несмотря на то, что все изделия выполнены с любовью и по уникальным эскизам, похвастаться чем-то выдающимся я не могла. Ни материалы, ни уровень исполнения моей продукции не отличались изысканностью и высочайшим качеством. И доходы мои были мизерными. А последний заказ, исключительно ценный по всем фронтам, в который я вбухала почти все свои деньги и свободное время, накрылся медным тазом.
И я была уверена, что весть об этом уже успела разлететься по нашему маленькому городишке — уж с чьей подачи было неважно.
А потому рисковать ради моей лавочки свободой и головой решится разве что совсем отчаявшийся или безумец.
Тяжело вздохнув, словно прощаясь со своим самым ценным сокровищем, я поправила за спиной рюкзак, в который поместила замотанный в ткань круглый камень, а еще немного провизии, и отправилась вдоль по дороге на восток. Мне предстояло добраться до столицы. Именно там и жил мой друг, с которым мы познакомились около трех лет назад, когда я переехала жить к людям. Время от времени он помогал мне, не то советом по ведению дел, не то моральной поддержкой — всегда находил нужные слова, чтобы поднять мне настроение. Он был немолод и мудр, много знал, многое умел — за свой долгий век овладел мастерством в различных областях и охотно делился со мной своим опытом.
Вот только знакомство с ним было для меня под запретом.
Ведь этим другом являлся не кто иной, как темный эльф! Представитель народа, с которым мои собратья уже много десятков лет находились в напряженных, я бы даже сказала, недружественных, отношениях.
И хотя он уже давным-давно покинул свою страну — Ашенвир — и, так же как и я, жил среди людей, я все-таки вела себя крайне осторожно и общалась с ним редко и в тайне ото всех: и от людей, и уж тем более от своих родственников и друзей-эльфов.
Как раз к нему я и собиралась отнести свою невероятную находку — доверить эту загадочную и опасную тайну. Я не сомневалась: он не откажет и даже наоборот — будет рад лично разобраться в ситуации. И сможет дать дельный совет — подсказать, куда идти и что делать дальше.
В приподнятом настроении и с предвкушением в сердце почти без остановок я продолжала свой путь. Мне хотелось как можно скорее увидеться с другом и все ему рассказать.
Вот только дойти до столицы я не успела…
Продолжение читайте на сайте Литгород - https://litgorod.ru/books/view/50818