На рассвете, ровно в пять утра, первые солнечные лучи проникали в окна небольшой квартиры на седьмом этаже. Лидия проснулась, несколько мгновений разглядывая трещины на потолке. Сегодня был тот день, который она ждала с тревогой и решимостью. Она чувствовала это так же ясно, как помнила свое имя.
Рядом, уткнувшись в подушку, посапывал Григорий. Одеяло сползло, обнажив его некогда мускулистое, а теперь оплывшее тело. Лидия мельком взглянула на его лицо — даже во сне оно казалось хмурым, будто он вечно был чем-то недоволен, словно мир обязан ему больше, чем давал.
Осторожно, чтобы не разбудить мужа, Лидия поднялась и направилась в ванную. Последние медицинские обследования не оставляли надежды: болезнь неумолимо прогрессировала. Врачи давали ей от силы три-четыре месяца. Лидия, которой едва исполнилось сорок три, не была готова к такому финалу. Ее дочь, Алина, только начала учиться в университете, и впереди было столько несбывшихся планов. Но жизнь распорядилась иначе.
Включив воду, Лидия посмотрела в зеркало. Лицо осунулось, кожа побледнела, под глазами залегли темные круги. Когда-то ее называли красавицей: высокая, с ясными зелеными глазами и густыми каштановыми волосами. Теперь от прежней Лидии осталась лишь бледная тень.
— Опять воду зря тратишь, — раздался за спиной грубый голос Григория. Он стоял в дверях, в мятой футболке и старых шортах, с пятном от вчерашнего супа на груди.
— Доброе утро, — тихо ответила Лидия, не оборачиваясь.
— Доброе, как же, — проворчал он. — Чай завари, я в душ.
Лидия кивнула и вышла на кухню. Она включила чайник, достала две кружки. Двадцать лет совместной жизни превратили их брак в череду привычных действий, где любовь давно сменилась равнодушием. Если бы не Алина, они бы разошлись еще раньше.
Несколько лет назад, когда Алина училась в старших классах, Лидия начала откладывать деньги со своей зарплаты администратора. Незаметно, по чуть-чуть. Она мечтала накопить на первый взнос для отдельной квартиры дочери. Их маленькая двушка, унаследованная от деда, была тесной: Алина занимала одну комнату, а Лидия с Григорием спали в гостиной на старом диване. Лидия хотела, чтобы у дочери было свое пространство.
Григорий ничего не знал о ее сбережениях. Он думал, что жена тратит деньги на себя — на платья или украшения. На самом деле Лидия годами носила одну и ту же одежду, экономя на всем.
— Где мой чай? — Григорий появился на кухне, вытирая голову полотенцем.
— Сейчас, — Лидия поставила перед ним кружку с крепким чаем и тарелку с сырниками.
— Мне сегодня в больницу, — сказала она, глядя в окно. — Возьму выходной.
— Опять к врачам? — Григорий нахмурился, откусив сырник. — Сколько можно? Денег не напасешься.
Лидия промолчала. Как объяснить, что время истекает? Что лечение уже не поможет, а деньги она брала из своих тайных накоплений, не касаясь семейного бюджета?
Григорий допил чай, бросил кружку в раковину и начал одеваться.
— Я сегодня задержусь. У Сереги юбилей, отмечаем в офисе.
— Хорошо, — ответила Лидия. — Еда в холодильнике.
Он ушел, хлопнув дверью. Лидия осталась одна. Она села за стол, закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. В голове билась одна мысль: «Надо успеть. Всё должно быть правильно».
В десять утра Лидия вошла в офис нотариуса. Павел Иванович, пожилой мужчина с аккуратной бородой и в строгом костюме, приветливо кивнул.
— Лидия Николаевна, присаживайтесь. Документы принесли?
Лидия достала из сумки паспорт и свидетельство о собственности на квартиру.
— Всё здесь.
Павел Иванович внимательно просмотрел бумаги.
— Значит, завещание на вашу дочь, Алину Григорьевну Соколову?
— Да, — Лидия сцепила пальцы. — И дарственная на сбережения.
— Назови сумму и счет, — попросил нотариус.
— Один миллион двести тысяч рублей, — Лидия передала листок с реквизитами.
Через час документы были готовы. Лидия подписала их, стараясь унять дрожь в руках.
— Лидия Николаевна, — Павел Иванович снял очки, — простите за вопрос, но... всё ли в порядке? Вы выглядите неважно.
— Всё нормально, — Лидия улыбнулась. — Просто забочусь о дочери.
Нотариус кивнул, но в его взгляде читалась тревога.
— Документы будут готовы сегодня. Оригиналы у вас, копии у меня. Завещание вступит в силу... ну, вы понимаете.
— Да, — Лидия встала. — Спасибо.
На улице она вдохнула свежий воздух. Небо было ясным, несмотря на городской султан машин. Лидия вдруг ощутила, как сильно любит эту жизнь, как не хочет ее покидать.
Телефон завибрировал. Сообщение от Алины: «Мам, привет! Я сдала зачет на пятерку! Вечером наберу, расскажу всё!»
Лидия улыбнулась, набирая ответ: «Молодец, доченька! Жду звонка».
Следующим пунктом была частная клиника в центре. Лидия потратила почти все сбережения на лечение, но рак легких обнаружили слишком поздно.
Врач, Елена Михайловна, женщина с мягким голосом и строгим взглядом, встретила ее в кабинете.
— Как вы, Лидия?
— Боли участились, — призналась Лидия, садясь. — Таблетки почти не помогают.
Елена Михайловна нахмурилась.
— Выпишу другое обезболивающее. И направлю на процедуры. Это облегчит состояние, но...
— Сколько мне осталось? — прямо спросила Лидия.
— Два-три месяца, — врач отвела взгляд. — Может, чуть больше.
Лидия кивнула. Ответ она знала.
— Григорий и Алина знают?
— Алина — нет. Она только начала учиться, не хочу ее расстраивать. Григорий... знает, что я больна, но не всю правду.
Елена Михайловна протянула рецепты.
— Вам нужна поддержка, Лидия. Не держите всё в себе.
— У меня есть подруга, Света. Она знает и помогает, — Лидия слабо улыбнулась. — Спасибо.
Из клиники Лидия пошла в аптеку, а затем решила пройтись пешком. День был теплым, и ей хотелось вдохнуть побольше воздуха.
Проходя мимо кофейни, она заметила Григория за столиком у окна. Он сидел с молодой женщиной в ярком платье. Они смеялись, держась за руки. Лидия остановилась, чувствуя укол в груди. Она подозревала, что у мужа кто-то есть, но видеть это своими глазами было больно. Впрочем, какая теперь разница? Скоро ее не станет, и Григорий будет волен жить как хочет.
Она развернулась и пошла домой. Дома Лидия позвонила Светлане, своей подруге со школьных лет.
— Света, привет. Ты свободна сегодня?
— Для тебя всегда, — ответила Светлана. — Что-то не так?
— Просто хочу поговорить. Григорий на корпоративе, я одна.
— Буду через час. Еду брать?
— Нет, с лекарствами нельзя, — Лидия вздохнула. — Просто приезжай.
Светлана приехала с контейнерами домашней еды — салатом и запеканкой. Они сели на кухне, и Лидия рассказала о визите к врачу и о Григории в кафе.
— Какой подлец! — Светлана хлопнула по столу. — Жена болеет, а он с другой!
— Пусть, — Лидия пожала плечами. — Мне недолго осталось. А Алина... я не хочу, чтобы она знала пока.
Светлана обняла подругу, и они просидели молча, разделяя тишину.
Вечером позвонила Алина. Ее голос, полный радости, заставил Лидию улыбнуться, несмотря на боль.
— Мам, в универе так классно! Преподы крутые, я даже записалась в театральный кружок!
— Это здорово, доченька, — Лидия старалась говорить бодро. — Расскажи про зачет.
Алина взахлеб делилась новостями, а Лидия слушала, запоминая каждое слово.
— А как вы с папой? — спросила Алина.
— Всё как обычно, — ответила Лидия. — Папа на работе. Приезжай на выходные, я приготовлю твои любимые котлеты.
— Обязательно, мам!
После разговора Лидия сидела у окна, глядя на закат. Как сказать дочери правду? Как объяснить, что скоро ее не станет?
Поздно вечером вернулся Григорий, слегка пьяный.
— Ты еще не спишь? — буркнул он, входя на кухню.
— Ждала тебя, — Лидия поставила чайник. — Чай?
— Давай, — Григорий плюхнулся на стул. — Устал.
— Алина звонила, — сказала Лидия. — Приедет в субботу.
— Хорошо, — Григорий кивнул. — Надо с ней поговорить. Зачем ей этот театр? Лучше бы на юриста пошла.
— Это ее выбор, — Лидия вздохнула.
— Выбор, — фыркнул Григорий. — А кто деньги зарабатывать будет?
Лидия промолчала. Спор был бессмысленным.
— Как ты? — вдруг спросил Григорий. — Была у врача?
Лидия удивилась. Он редко интересовался ее здоровьем.
— Была. Всё... по-прежнему.
— Не ври, — Григорий нахмурился. — Я звонил в больницу. Тебя там не было.
— Я была в частной клинике, — Лидия сжала кружку.
— Откуда деньги? — Григорий прищурился.
— Мои. Откладывала.
— Откладывала? — он повысил голос. — От меня скрывала?
— Да, — Лидия посмотрела ему в глаза. — На лечение. На Алину. На будущее.
— Какое будущее? — Григорий побледнел. — Что ты скрываешь?
Лидия вздохнула.
— У меня рак легких, Гриша. Четвертая стадия. Осталось три месяца.
Григорий замер, глядя в пустоту.
— И давно ты знаешь?
— Полгода.
— И молчала? — в его голосе появилась злость.
— Я говорила, что больна. Ты не слушал.
Григорий прошелся по кухне.
— И что теперь? Что делать?
— Мне — готовиться. Тебе — жить дальше.
— А деньги? — Григорий остановился. — Ты копила, да? Сколько?
— Было полтора миллиона. Остался миллион. Остальное ушло на лечение.
— Миллион?! — Григорий присвистнул. — И где он?
— Завещала Алине, — Лидия отвернулась. — Ей нужно учиться, жить.
— А я? — Григорий повысил голос. — Мне что делать?
— У тебя есть работа. И, кажется, уже есть другая женщина, — Лидия не сдержалась.
— Что? — Григорий покраснел. — Ты следила за мной?
— Видела случайно. В кофейне, с блондинкой.
— Это коллега! — рявкнул он. — Рабочие дела!
— Неважно, — Лидия встала. — Мне недолго осталось. Живи как хочешь.
Григорий схватил ее за руку.
— Погоди. Надо обсудить квартиру. Она твоя, да? От деда?
— И что? — Лидия посмотрела на него.
— Переоформи на меня, — Григорий говорил быстро. — Чтобы не было проблем с наследством.
— Проблем для кого? — Лидия выдернула руку. — Для тебя?
— Для всех! Для Алины тоже!
— Алина получит квартиру, — Лидия сжала губы. — Я оформила завещание.
— Без моего согласия?! — Григорий ударил по столу. — Я твой муж!
— Муж, который мне изменяет? — Лидия горько усмехнулась. — Который думает только о себе?
— Ты просто мстишь! — заорал Григорий.
— Уходи, — Лидия указала на дверь. — Собирай вещи и вон.
— Ты не можешь меня выгнать! — Григорий шагнул к ней.
— Могу. Это моя квартира. Уходи, или вызову полицию.
Григорий замер, затем бросился в спальню, собрал сумку и ушел, хлопнув дверью.
В субботу приехала Алина. Лидия приготовила котлеты и пирог. За обедом дочь рассказывала об университете, а Лидия слушала, запоминая каждую деталь.
— Где папа? — спросила Алина.
— Уехал по делам, — ответила Лидия.
— Мам, — Алина посмотрела серьезно. — Нам надо поговорить.
Лидия вздохнула.
— Мы с папой расстались. Он больше не живет здесь.
Алина кивнула.
— Я догадывалась. Вы давно не были близки.
— Прости, — Лидия коснулась руки дочери.
— Всё нормально, мам, — Алина улыбнулась. — Я взрослая.
Вечером в дверь позвонили. На пороге стоял Григорий с адвокатом.
— Лидия Николаевна, — начал адвокат, — я представляю Григория Петровича. Мы хотим обсудить раздел имущества.
— Какое имущество? — Алина вышла в коридор. — Пап, что ты творишь?
— Алина, это не твое дело, — Григорий нахмурился.
— Мама, о чем он? — Алина посмотрела на Лидию.
Лидия закрыла глаза.
— Алина, иди в комнату. Я разберусь.
— Нет! — Григорий шагнул вперед. — Она должна знать! Твоя мать умирает и оставила всё тебе! А меня — на улицу!
— Что?! — Алина побледнела. — Мам, это правда?
Лидия кивнула.
— У меня рак. Осталось недолго.
Алина заплакала.
— Почему ты молчала?
— Не хотела тебя расстраивать, — Лидия обняла дочь.
— Вы уходите, — Алина повернулась к отцу. — Оба. Или я вызову полицию.
Григорий и адвокат ушли. Алина осталась с матерью, обнимая ее.
Через два месяца Лидия уже не вставала. Алина взяла академический отпуск, переехала домой. Светлана помогала с уходом.
В один из осенних дней Лидия лежала у окна. Алина сидела рядом, держа ее за руку.
— Открой окно, — попросила Лидия.
Алина распахнула створки. В комнату ворвался осенний ветер.
— Алина, — Лидия слабо улыбнулась. — Обещай вернуться в университет. Живи своей жизнью.
— Обещаю, — Алина сжала ее руку.
— И не злись на отца. Он не злой, просто... слабый.
Алина промолчала.
— Я прожила хорошую жизнь, — прошептала Лидия. — У меня была ты. Это главное.
Она закрыла глаза. Алина сидела рядом, слушая ее дыхание.
Через час Лидия очнулась.
— Алина, — прошептала она с улыбкой. — Он так и не забрал квартиру.
Это были ее последние слова. Спокойные, с легкой иронией. Как и вся ее жизнь — честная и полная любви.