“Ну, а какие варианты? - в очередной раз устало спросила саму себя Аня и тут же ответила: - Никаких”.
- Тася! Не лезь в кусты, я тебя умоляю!
- Ма-ам!
- Не лезь, там могут быть клещи!
Хотя вряд ли… в садовом хозяйстве, конечно, бывает такая пакость, но муж говорил, что здесь клещей не водится (где-то вычитал, Аня не уточняла)… А, вообще - Аня - мама-параноик. Еще и девятимесячный Саша плохо ест в последнее время…
- Мама, малинка!
- Да, Тасечка, малинка, только надо помыть. Стой! - Но было поздно, четырехлетняя дочь уже сунула ягоду в рот. Аня вздохнула. Понадеемся, что малинка была экологически чистая…
Дача досталась Ане от родителей, ушедших четыре года назад один за другим. Тогда Тася только-только родилась, и обрушившееся горе едва не погребло под собой Аню. Ничего, выплыла. Игорь предлагал продать дачу - в отличие от небольшой родительской квартирки, которую они сдавали ради дополнительного дохода, дача была старая и требовала постоянного ухода. Аня решила оставить. Исправно оплачивала счета и налоги, просила соседей присмотреть. Сама приезжала редко: вначале маленькая дочка на руках, потом Аня снова забеременела, родился Сашка. Игорь работал столько, что временами семья его не видела. Аня хотела поскорее вернуться в офис, чтобы стало побольше денег, и осознавала: вряд ли мечта так скоро осуществится. Тася уже пошла в сад и периодически тащила оттуда всевозможные детские болячки. Может, хоть летом иммунитет укрепится.
Дачу Аня любила, но та требовала немедленного приложения усилий. Участок довольно сильно зарос; сосед Иван Филиппович по просьбе Ани регулярно косил траву, тем сельхозработы и ограничивались. Старые яблони весной активно цвели, обещая урожай к концу лета, малина разрослась, да и в доме нужно все было разобрать, выкинуть ненужное, а нужное перебрать и почистить. Весной Аня оценила фронт работ и поняла, что одной успеть все это, присматривая за маленькими детьми, нереально.
Денег нанять помощницу не было, и позвонили свекрови.
Отношения с Галиной Васильевной были не то что натянутые… Скорее, обе стороны держали нейтралитет - отнюдь не вооруженный, и все же странный какой-то. Галина Васильевна жила в другом городе в ста километрах, иногда приезжала навестить сына и его семью, обычно же в их жизнь не лезла, хотя и интересовалась, как и что. Ане всегда казалось, что свекровь ее немножко недолюбливает: та разговаривала вежливо, без особой теплоты. В своем городе Галина Васильевна жила активной жизнью: работала, ходила по театрам и музеям, ездила на велосипеде. Когда родилась Тася, Игорь спросил у матери, хочет ли она поучаствовать в уходе за внучкой. Свекровь отказалась. Аня тогда лишь пожала плечами: каждый человек имеет право на собственную жизнь, зачем навязывать чужую?
Внуков, тем не менее, Галина Васильевна любила, приезжая в гости привозила кучу подарков. Аня очень удивилась, когда свекровь согласилась взять длительный отпуск и пожить на даче все лето, помогая невестке.
У ворот просигналила машина.
- Тася, папочка приехал! И бабушка! Пойдем их встретим!
Галина Васильевна вышла из машины, окинула взглядом участок. Аня внутренне сжалась, ожидая, что свекровь сейчас подожмет губы и если не скажет, то подумает: “Какое убожество!”. Галина Васильевна же улыбнулась, рассматривая старый дом, и от этого у Ани внутри потеплело. “А вдруг уживемся…”
- Здравствуйте! Добро пожаловать к нам!
- Баба! Малинка!
- Хорошо тут у вас, - сказала Галина Васильевна. - Красивый дом.
- Спасибо, - зарделась Аня. - Пойдемте, я покажу вашу комнату! Она небольшая, но все же…
Окна спальни Галины Васильевны выходили в сад, прямо над клумбой, где пионы уже примерялись, как бы зацвести. Свекровь осмотрелась, коротко кивнула, и Аня оставила ее разбирать вещи, позвав, как закончит, пить чай. Игорь поцеловал жену и уехал на работу.
Чай в хорошую погоду пили на заднем дворе, где под старой грушей стоял еще папой сколоченный стол и две лавки. Аня разложила на тарелках угощение, успокоила загрустившего Сашку, пристроила рядом с собой Тасю и принялась ждать. Свекровь явилась через несколько минут. Она переоделась в джинсовые шорты, легкомысленную футболку и шлепанцы и в этом наряде стала выглядеть гораздо младше своих лет.
- Итак, Анна, что бы ты от меня хотела?
Аня не ожидала подобного вопроса в лоб и слегка смешалась. Галина Васильевна, заметив это, вздохнула.
- Аня, прости… Я привыкла на работе командовать. Сразу узнавать то, что от меня требуется, и это исполнять. Тут, конечно, дело другое.
- Галина Васильевна, мне неловко, что мы сорвали вас из дома, - призналась Аня, отводя глаза. Все-таки деятельной свекрови она немного побаивалась. - Просто… Тасю и Сашу надо вывезти на природу, а я без Игоря со всем не управляюсь. И в доме давно не прибиралась, мои родители умерли, когда… - Она сглотнула и почувствовала, как на ее руку ложится теплая ладонь.
- Аня, я совсем не умею утешать, вот такой я человек, - сказала Галина Васильевна. Голос ее звучал сухо. - Мне всегда говорили, что я черствая. Это не совсем так. Просто эмоции проявлять не люблю, в себе считаю слабостью. Даже завидую немного тем, кто умеет просто поплакать, выпустить их… Потому и с детьми общаюсь плохо, не умею я их понимать. Наверное, пора научиться, вот я и приехала… Игорь тебе рассказывал о своем детстве?
- Рассказывал, - слабо улыбнулась Аня. - Знаете, что говорил? Что вы его очень любили и любите, хотя и не всегда это показываете. Он понимал по вашим поступкам. Секцию ему оплатили, в которую он хотел, и на Камчатку повезли… Он вас очень любит.
Свекровь помолчала, затем произнесла деловым тоном:
- Хорошо. Приятно слышать. А теперь, когда мы по душам поговорили, скажи, что в первую очередь нужно сделать?
Аня не назвала бы эту короткую беседу разговором по душам, впрочем, теперь ей было хотя бы понятно, почему отношения до того момента складывались так. Свекрови требовались конкретные действия - и Аня решила набраться смелости и озвучить свои планы.
Конечно, первое время сложно. Первые две недели совместного обитания на даче женщины притирались друг к другу, выясняли, кто что любит, как живет. Обе вставали рано и до того, как проснутся дети, успевали выпить кофе в саду. Это потихоньку сближало.
Такое ощущение, что Галина Васильевна слегка побаивалась Тасю и Сашу. Дети привычно тянулись ко взрослым, и “баба Галя” общалась с ними осторожно. Потом привыкла: осознала, что сюсюканья от нее не требуется. Нужно просто быть собой, общаться и присматривать, вот и всё. И дело пошло легче.
Галина Васильевна помогла Ане прибраться в доме. Было сложно выкидывать вещи, которые уже не могли послужить, но ими ведь когда-то пользовались мама и папа… Присутствие сдержанной Галины странным образом помогло Ане. Она осознала: родителей больше нет, они ушли, и сохранит ли она колченогую табуретку или заменит на новый стул - никакой разницы. Родители живут в воспоминаниях, фотографиях, памятных вещах, которые в любом случае останутся. А сейчас рядом другие люди: любимый муж, дети и… Галина Васильевна.
О чувствах и переживаниях со свекровью было беседовать практически бесполезно, зато о культуре, искусстве, книгах - невероятно интересно. Приглашая Галину Васильевну на дачу, Аня и не подозревала, что будет проводить долгие вечера, обсуждая современную и классическую литературу, театральные постановки и делиться своими впечатлениями от концертов любимых исполнителей. Для нее стало сюрпризом, что Галина Васильевна слушала русский рок! Да и свекровь, похоже, открывала для себя невестку заново.
В конце лета засобирались домой. Галине Васильевне нужно было возвращаться в свой город, но теперь сразу договорились, когда она сможет приехать в гости. Не присматривать за детьми (ну, разве что чуть-чуть), а просто так. Пообщаться и, может, вместе куда-нибудь сходить!
© Баранова А.А., 2025