Я вернулась в Самару из командировки на Урал поздно ночью. Поезд шел долго, в голове шумело от дороги и мыслей, но я старалась гнать их прочь. Купила на рынке в Челябинске местные сыры, сушеную рыбу — всё, что, как мне казалось, порадует Сергея. Всё для него. Я даже перед отъездом мысленно убеждала себя, что эти несколько дней — это мелочи, надо перетерпеть.
А ведь знала, что его мать останется у нас. Валентина Павловна приехала, когда я только собирала чемодан, и сказала свою любимую фразу:
— Ой, да ты не переживай, я ж тут прибраться могу, Серёженьке еды наварю.
Я уехала, она осталась.
Пока меня не было, я старалась вытолкнуть это из головы. Пыталась радоваться работе, встречам, новому городу — но внутри всё время что-то горело. Не злость даже. Такая глухая, вязкая обида. И страх: а что я найду дома?
Когда я вернулась, в квартире пахло её духами и пельменями из ближайшего супермаркета. Моё одеяло аккуратно лежало на диване — явно, она его снимала. Я чувствовала, как весь дом теперь её, не мой.
Сергей встретил меня равнодушно. Он просто сказал:
— Устала? Ну иди спать.
Утром я пошла на работу и весь день старалась не думать. Пыталась убедить себя: всё нормально, всё получится, я справлюсь.
А вечером — я просто отключилась. Упала на кровать и уснула.
Во вторник утром мы с ним сели пить чай. Я осторожно спросила:
— Ну как тут всё было, пока я была в Челябинске?
Он посмотрел на меня холодно:
— Ты опять начинаешь. Ты всё время из-за моей мамы раздражаешься. Я устал от этого. Она добрая женщина. А ты даже ничего для неё не привезла.
У меня внутри что-то лопнуло. Я ведь выбирала всё только для него. Для него одного. Я была его опорой все эти годы. Когда он потерял работу, именно я сказала:
— Иди учись, ищи себя, я потяну.
Я работала на трёх работах, чтобы он мог закончить курсы. Я платила за всё — еду, квартиру, одежду.
А теперь я виновата. Мало того, что я его люблю и всё это вынесла, я ещё и "не уважаю его мать". Он сказал это с таким презрением, будто я последняя в этом доме.
Я пыталась объяснить ему, что чувствую.
— Сергей, она никогда меня не уважала. Она унижает меня, сидит в этой квартире, распоряжается. Я больше не могу так.
Он посмотрел на меня пустыми глазами:
— Значит, это конец.
Да, конец.
Я потеряла человека, за которого держалась до последнего. И всё из-за женщины, которая за эти годы даже по-настоящему со мной не разговаривала. Всё время только ехидные замечания:
— Что ж ты опять без детей? Не можешь родить? — или
— А муж у тебя похудел, видать, плохо кормишь…
Она проиграла свою жизнь — жила с пьющим мужиком, ни за что не держалась, а теперь цеплялась за нашего Серёжу, потому что ей просто больше некуда было пойти. У неё не было ни жилья, ни семьи, ни друзей. Только наш дом и наш стол.
Я ненавижу её.
Я ненавижу его — за то, что позволил ей сожрать наш брак.
Я ненавижу себя — за то, что все эти годы терпела.
В этой квартире я теперь чужая. Своего места в Самаре у меня нет. Я знаю, что после раздела имущества она будет жить здесь, в наших стенах, за нашими шторами. Ей этих денег хватит разве что на полгода аренды, а дальше — она опять придёт. Только уже ко мне не придёт.
Если зацепило — поставьте палец вверх, подпишитесь и расскажите свою историю в комментариях.
👉 Спасибо что оценили мой труд лайком и репостом — подпишитесь и поделитесь своей историей в комментариях.