Утренний ритуал
Артём Соколов протирал кофейную машину медленными, привычными движениями, когда за окном кафе промелькнула знакомая фигура в длинном пальто. Восемь пятнадцать утра. Точно по расписанию. Он даже не поднял глаз, потому что знал — через минуту прозвенит колокольчик, висящий над дверью, и войдёт она — как всегда, загадочная, как всегда, молчаливая.
Два года назад, после того как его жизнь разделилась на до и после, он научился ценить размеренность и предсказуемость. Подъём в 6:30, легкая зарядка, завтрак, открытие кафе в 7:30, первые посетители к восьми, а в 8:15 — встреча с ней.
Колокольчик зазвенел.
— Доброе утро, — произнёс Артём, не оборачиваясь и автоматически стал готовить её привычный заказ. — Капучино с корицей?
— Да, — ответила она тихо, голосом, который каждый раз заставлял что-то сжиматься в его груди.
— Уже готовиться, — бодро выкрикнул Артём.
Пока молоко подогревалось, он обернулся, встретился взглядом с тёмными стёклами её солнечных очков, которые она не снимала даже в пасмурную погоду, и снова почувствовал это странное ощущение дежавю. Будто где-то, когда-то... Но что? При каких обстоятельствах? Память упорно не пускала в свои недра.
Диляра, так она представилась в первый день их встречи, кивнула и пошла к своему столику у окна. Она всегда выбирала один и тот же, всегда спиной к залу и лицом к улице. Артём по началу думал, что она просто любит наблюдать за прохожими, но потом заметил, что она не смотрит на улицу, а наблюдает за ним в отражении стекла.
— Вот ваш капучино, — сказал Артём, ставя перед ней чашку. Потом на секунду задержался, дольше обычного, и сделал то, что уже очень давно собирался.
— Диляра, а можно вопрос?
Она слегка вздрогнула.
— Слушаю.
— Мы где-то встречались? — Артём присел на корточки, чтобы оказаться с ней на одном уровне. — Просто у меня такое ощущение, что...
— Нет, — сухо ответила она, быстро покачав головой. — Мы не встречались. Я бы запомнила.
Артем поднялся, а на её руках и лице появился лёгкий тремор. Это было особенно заметно, когда она стала подносить чашку к губам и пыталась изобразить формальную улыбку.
— Извините, просто показалась, — сказал Артём и направился обратно к прилавку.
Она кивнула, но не ответила. Собственно, как всегда. За последние три месяца, он уже привык к её молчанию, к её странному поведению, к тому, что она изучает его взглядом, словно пытается разгадать какую-то загадку, но после… ничего не происходит.
Остаток утра прошёл в привычной суете. В кафе то и дело заходили вечно спешащие офисные работники, студенты с заспанными лицами, пенсионеры, растягивающие одну чашку кофе на полчаса. Артём работал на автопилоте, но краем глаза всё время наблюдал за Дилярой.
Она сидела неподвижно, изредка отпивая кофе, время от времени доставая телефон и быстро что-то печатая. Её пальцы двигались нервно, торопливо, и Артем сразу подметил, что она чего-то боится или за что-то очень переживает. Но чего?
В десять утра, она протёрла стекла своих очков и убрала их в сумочку. Затем встала, как всегда не допив свой кофе, оставила деньги на столе и направилась к выходу. У двери она обернулась и впервые за все эти месяцы, их глаза встретились.
Илья сразу увидел в этом взгляде то, от чего его сердце защемило - тоску, боль, и ещё что-то, что он не мог определить.
— До свидания, Артём, — сказала она, и в её голосе прозвучало что-то фатальное, что-то отчаянное, будто она прощалась с ним навсегда.
Дверь закрылась, и она быстрыми шагами направилась к своему автомобилю.
Артём стоял, глядя ей вслед, и не понимал, почему у него вдруг возникло ощущение, что он больше еë не увидит. И почему от этой мысли ему было так тоскливо, словно он терял что-то важное.
— Что это было? — пробормотал он, убирая со столика недопитый кофе. — Что, черт возьми, это было?
Но на следующее утро в восемь пятнадцать он снова стоял у кофейной машины и готовил капучино с корицей. Просто так, на всякий случай, на случай если она придёт.
Но этот случай так и не настал…
Забытая записная книжка
Неделя тянулась бесконечно долго. Артём каждое утро в восемь пятнадцать замирал, прислушиваясь к звукам улицы, но колокольчик молчал. Капучино с корицей он всё равно готовил — то ли по привычке, то ли все-таки в надежде еë увидеть.
— Ты чего такой кислый? — спросила, официантка, которая работала в дневную смену. — Клиентка твоя любимая не появляется?
— Какая клиентка? — буркнул Артём, упорно протирая, уже и так режущую глаза от блеска, кофейную машину.
— Ну… та девушка, восточной внешности, загадочная такая, в тёмных очках. Та, на которую ты всегда смотрел, как... как собака на сосиску.
Артём хмыкнул, но ничего не ответил. А что тут скажешь? Что он действительно привык к её присутствию, к этой странной игре в молчанку, к тому, что она каждый день приходит и сидит у окна, изучая его? Что кафе теперь кажется ему пустым, несмотря на постоянный поток посетителей?
На восьмой день он не выдержал и пошёл к её столику. Просто так, без особой причины. Протереть лишний раз, переставить салфетницу, проверить, не шатается ли стол.
Флешбеки появлялись одни за другими, но Артем монотонно делал свою работу. Он думал уже уходить, когда его взгляд пал на подушку дивана, а точнее, на предмет, торчащий из-под неё.
Артём присел, просунул руку в расщелину и нащупал какую-то тетрадь, небольшую записную книжку в тёмно-синей обложке. Она явно выпала из сумки и забилась туда, или это сделали клиенты, чтобы лишний раз не утруждать себя походом к прилавку. Он достал её, покрутил в руках и открыл первую страницу. Никаких опознавательных знаков — ни имени, ни телефона, лишь список покупок. Обычный, женский: "Платье для помолвки. Туфли. Косметика. Кольца для церемонии." Дальше следовали адреса свадебных салонов, заметки о цветах, меню для банкета, прочие записи, связанные с планированием чей-то свадьбы.
Артем листал дальше, но чем больше страниц он перелистывал, тем больше его удивляли записи. Они становились всё более странными. К тому же, постоянно скакал почерк. Он был то аккуратный и красивый, то торопливый, угловатый, а местами нервный.
"Виктор становится слишком настойчив. Не могу больше откладывать близость. Свадьба только через месяц. Надо придумать другой план."
"Охрана везде. Серый джип серый за мной уже третий день. Возможно, паранойя, но лучше перестраховаться."
"Код от сейфа — 24051974. Виктор думает, что я не видела, как он набирает. Дата рождения его матери. Какой банальный."
Артём почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Это была не обычная невеста, планирующая свадьбу. Это была... кто? Шпионка? Мошенница? Или просто девушка, попавшая в какую-то неприятную историю?
Последняя запись была сделана позавчера:
"Всё. Больше не могу. Завтра исчезну. Виктор слишком близко подобрался. Если что-то случится, часть документов в сейфе на конспиративной квартире. Код — наша дата. Он поймёт."
Артём закрыл блокнот и несколько минут сидел, уставившись в стену. Потом достал телефон и открыл новостную ленту. Первая же новость заставила его похолодеть:
"Накануне свадьбы пропала невеста известного бизнесмена Виктора Кольцова. Диляра Сулейманова, 28 лет, не выходит на связь и не появляется в квартире, которую Кольцов снимал для неё, уже несколько дней. Полиция рассматривает все версии, включая похищение. Жених предлагает крупное вознаграждение за информацию о местонахождении невесты."
К новостной заметке была приложена фотография — красивая девушка с восточными чертами лица, тёмными волосами и... знакомой улыбкой.
Это была она. Его загадочная посетительница. Диляра.
Артём перечитал новость дважды, потом ещё раз просмотрел записи в блокноте. Картина складывалась пугающая. Девушка планировала исчезновение, боялась своего жениха, знала код от его сейфа...
— Во что ты влипла? — прошептал он, рассматривая фотографию на экране телефона.
Вечером, когда кафе закрылось, Артём сидел дома с записной книжкой и пытался понять, что делать дальше. Отнести в полицию? Но тогда Диляра может пострадать. Попытаться найти её сам? Но как?
Он снова открыл блокнот и внимательно изучил последние записи. "Документы в сейфе на конспиративной квартире. Код — наша дата. Он поймёт."
Интересно. Кто "он"? И какая "наша дата"?
Артём листал страницы, ища подсказки, когда наткнулся на странную запись, сделанную явно в спешке:
"Кафе на Тверской, 15. Он не узнал. Наверное, так лучше. Но как же больно быть рядом и просто на него смотреть..."
Сердце ёкнуло. Кафе на Тверской, 15 — это же его кафе. Она писала о нём. "Он не узнал. Так лучше." Что это значит? Они действительно встречались раньше?
Артём закрыл глаза и попытался вспомнить. Где он мог её видеть? Когда? Но память по-прежнему молчала, как заколоченный наглухо дом.
Тогда он принял решение, что завтра же начнёт поиски. По записям из книжки, по любым намёкам, по любым зацепкам. Диляра явно была в опасности, а он... он не мог просто сидеть и ждать. Почему его это так сильно беспокоило, он еще не понимал, но что-то внутри подсказывало, что эта девушка значила для него больше, чем просто постоянная посетительница кафе.
Намного больше.
Встреча в конспиративной квартире
Адрес на Патриарших прудах Артём нашёл в блокноте после двух часов изучения каждой строчки. Многие из них были зашифрованы тэн-кодами, а некоторые шифром A1Z26, но Артему был знаком такой вид записей, потому, что он часто использовал их в своей прошлой жизни. Он с легкостью прочитывал каждое слово, пока не наткнулся на 10-20: 14-1-13-29-11 12-16-9-10-23-10-15-19-12-10-11 17-6-18-6-21-13-16-12, 3/23. Где код 10-20 означал «Моё местонахождение…», а остальные цифры, путем простой замены каждой буквы своим порядковым номером в алфавите, показывали заветный адрес: Малый Козихинский переулок, 3/23. Снизу, едва заметно карандашом, была сделана приписка: "Ключ под третьим горшком слева."
Он шёл по узкому переулку, сжимая в кармане записную книжку, и чувствовал себя персонажем дурацкого шпионского фильма. Старый пятиэтажный дом, облупленный подъезд, лестница с протёртыми ступенями. Третий этаж, квартира 23.
На подоконнике стояли четыре горшка с засохшими цветами. Под третьим слева, действительно, лежал ключ.
Артём долго стоял перед дверью, прислушиваясь. Но слышал лишь тишину, но не спокойную, напряжённую, словно кто-то сидел внутри, затаив дыхание.
Он вставил ключ в замок и медленно повернул. Дверь открылась без скрипа.
— Я знала, что ты придёшь, — произнесла знакомый голос из полутьмы.
Артём замер на пороге. В углу комнаты, в старом кресле, сидела Диляра. Без солнечных очков, макияжа. Просто девушка в джинсах и тёмной кофте, с усталым лицом и красными от недосыпа глазами.
— Откуда? — спросил он.
— Записная книжка. Ты же нашёл её?
Артём достал блокнот из кармана и протянул ей. Диляра покачала головой и указала на стол.
— Положи её здесь, она мне больше не нужна. Там больше нет ничего важного.
— Диляра... — начал он, но она перебила:
— Меня зовут не Диляра — это легенда.
— Легенда?
— Да, это моя новая вымышленная личность для работы под прикрытием. — Она встала, подошла к окну, выглянула сквозь щель в шторах. — Виктор Кольцов занимается отмыванием денег и заказными убийствами. Полтора года я собирала на него доказательства. Должна была выйти за него замуж, получить доступ к основным компрометирующим документам в его личном сейфе, но...
— Но?
— Он стал принуждать меня к близости раньше времени. У нас была договорённость — никакой интимности до свадьбы. Я ссылалась на религиозные убеждения, говорила, что мусульманка и должна сохранить чистоту до брака. Он согласился, потому что я... понравилась ему. Очень понравилась.
Диляра усмехнулась горько.
— Кольцов ревнивый и мнительный. Поставил за мной слежку с первого дня. Я не могла встречаться с куратором, не могла передавать информацию. Единственное место, где я чувствовала себя... безопасно, было твоё кафе.
— Почему моё?
Она медленно обернулась, и в её глазах он увидел что-то такое, от чего сердце сжалось.
— Потому что ты... потому, что рядом с тобой я чувствовала себя …. — Диляра замолчала, прикусила губу. — Артём, скажи честно. Ты действительно меня не узнаёшь?
— Нет, — ответил он, но в голосе прозвучала неуверенность. — То есть... есть какое-то ощущение, что мы встречались, но я не могу вспомнить где и когда.
Диляра села на диван, обхватила колени руками.
— Два года назад у меня был напарник. Мы работали вместе на одной операции. Очень опасной. Когда всё провалилось, он остался прикрывать мой отход. Я видела, как он упал с крыши здания, сражаясь с тремя вооружёнными людьми. Видела, как он разбился. Я была уверена, что он мёртв.
Артём чувствовал, как кровь приливает к лицу от волнения.
— Он был... он был моим напарником. И больше, чем напарником. Мы любили друг друга, но держали отношения в тайне. После его смерти я изменила внешность — небольшая пластическая операция, чтобы меня не узнали, и я могла продолжила работу. Но когда я увидела тебя в кафе...
— Нет, — прошептал Артём. — Это невозможно.
— Всё возможно, так надо было. Но вопрос сейчас не в этом. Ты же выжил, Артём. Ты выжил, а я думала, что ты мёртв. Почему ты меня не нашел?
Воспоминания хлынули потоком. Напарник и возлюбленная — Алия Нурланова. Крыша. Выстрелы. Крик Алии, которая, бежит к лестнице. Он остаётся, стреляет, прикрывает её отход. Потом падение, боль, темнота.
— Больница, — пробормотал он. — Врачи сказали, что у меня опухоль мозга. Что мне осталось жить год, максимум два. Я попросил начальство сообщить тебе, что я умер. Не хотел, чтобы ты страдала дважды.
— Какая опухоль?! — Алия вскочила, подбежала к нему. — Артём, какая опухоль?
— На снимках было видно образование. Врачи сказали...
Но вдруг Артем посмотрел ей в глаза, знакомые, добрые, родные и просто забыл… забыл, что хотел сказать, потому что в тот момент это уже перестало быть важным.
— Алия, — прошептал он.
— Да, — прошептала она в ответ.
И тогда он поцеловал её. Долго, отчаянно, как целуют после долгой разлуки. Как целуют самого дорого человека в мире, как целуют, как в последний раз.
— Прости меня, — шептал он в её волосы. — Прости, что не искал тебя. Я думал, что умру, и не хотел причинять тебе боль.
— Прости меня, — отвечала она. — Я каждый день приходила в кафе и не решалась подойти. Боялась, что за мной следят, боялась подставить тебя.
Они говорили долго. О том, как жили эти два года. О том, как скучали. О том, как каждый день думали друг о друге.
А потом Алия рассказала о Кольцове. О том, что он убил её отца. О том, что операция почти провалилась, но доказательства можно ещё получить.
— Мне нужно попасть в его сейф, — говорила она. — Основные документы там. Только там.
— Я помогу тебе их достать, — сказал Артём.
— Ты не понимаешь. Это опасно. Кольцов не остановится ни перед чем.
— Это ты не понимаешь, — ответил он, сжимая её руку. — Я уже потерял тебя однажды. И пусть это последние месяцы моей жизни, я не хочу тебя больше терять.
Алия долго молчала, но потом кивнула.
— Тогда нам нужен план. Хороший план.
Автор: Аркадий Тивин
©Тивин А.В. 2025
Все текстовые материалы канала "Без обложки" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
П.С. Друзья, если Вам понравился рассказ, подпишитесь на канал. Так вы не пропустите новые публикации.