Вивиан Кэмпбелл вспомнил, как придумал соло для «Holy Diver» во время импровизации с Ронни Джеймсом Дио, и отметил, что реакция Дио на его игру преподала ему важный урок.
В недавнем интервью на подкасте «dopeYEAH talk» Кэмпбелл отметил, что именно барабанщик Винни Эппис, с которым его до сих пор связывают прекрасные личные и профессиональные отношения, помог ему почувствовать себя комфортно в обществе Дио:
«Встреча с Винни помогла мне почувствовать себя более комфортно, потому что я боялся Ронни... В то время у меня в машине была кассета "Heaven and Hell", и я никогда не был большим поклонником Black Sabbath, пока Ронни к ним не присоединился. "Heaven and Hell" и "Mob Rules" — это были ключевые альбомы.
Я очень сильно боялся Ронни, просто находясь рядом с ним. И поэтому было здорово, что Винни был таким любезным, дружелюбным, нормальным парнем, с которым я чувствовал себя более расслабленным. А Джимми, конечно же, это Джимми. Он был милым персонажем, и в нём не было никакого притворства. Он просто был таким, какой он есть».
Вспоминая свою первую репетицию с Дио, Эпписом и Бэйном, на котором они исполняли раннюю версию песни «Holy Diver», Кэмпбелл отметил, что химия была мгновенной, и что его товарищи по группе были очень хороши.
Когда новообразованная группа импровизировала, Дио попросил своего нового гитариста сыграть соло в этой песне. Кэмпбелл вспоминал:
«И как любой молодой гитарист, я пытался сыграть как можно больше чёртовых нот. И я подумал: "Так, я исчерпал все свои идеи для партии". И тогда я вернулся к игре базовых рок-н-ролльных приёмов Чака Берри».
Кэмпбелл отметил, что Дио заявил ему год спустя, что именно в тот момент он понял, что Вивиан — тот самый человек, который ему нужен:
«Перенесусь на год вперёд. Я жил с Ронни... То есть это были я и Ронни, и, по-моему, у него было три собаки и две кошки... Он нашёл кассету и включил её мне. Мы слушали "Holy Diver", и я исполнял соло, играя слишком много нот.
А потом мы дошли до той части, где у меня закончились идеи, и я просто пытался играть на уровне интуиции. И он сказал: "Вот оно. Именно тогда я понял, что ты тот самый гитарист, который мне нужен". В общем, когда у меня кончились все идеи о том, что можно было сыграть [смеётся]. Это был важный урок для меня».