НКТЛ -29
– Летели мы из Кюрдамира четырьмя «бортами» по одному с пятиминутным интервалом на высоте 11100 метров. Долетели за один час двадцать пять минут. При подходе к Гудауте вспоминаем гудаутский заход на полосу над морем с посадкой «на берег».
Зарулили на стоянку, вылезли из кабин и сразу пошли к морю, благо от ЦЗ до моря метров триста. С каким удовольствием окунулись в освежающие волны, - просто кайф! Будто и не было того кюрдамирского зноя, горячего ветерка, выгоревшей травы.
Даже не верится, что ещё вчера сидели на БД в кабине самолёта под палящим солнцем. Да и в воздухе нет той жары и всех остальных прелестей вроде змей и фаланг. Вспоминается старая истина, что «всё познаётся в сравнении». Можно и на берегу полежать, особой жары и нет, со стороны моря обдувает морская прохлада, но мы спешим домой, всё же полмесяца отсутствовали.
Наш новый начальник ПДС мужик «строгий», он же парашютист, не лётчик, всё время занят со спортсменами-парашютистами, уже и из Москвы парашютисты прилетают, заодно и всякие начальники «парашютные». Крутится наш начальник ПДС, уже и не рад, наверное, гостям всем этим. Но и про нас, зараза не забывает, вычитал где-то в своих приказах, что надо с лётным составом раз в месяц проводить тренаж по катапультированию с подбросом на этаком простеньком тренажёре, что работает от сжатого воздуха. Мы про него уже и забыли. А он, служака, раз в месяц проводит эту нудную экзекуцию с записью в лётную книжку, а, про тех, кто не прошёл вовремя, был, например, в Дежурном Звене, докладывал командиру полка.
Но это ерунда, есть на ПДС ещё и «серьёзный» тренажёр НКТЛ-29/39, его надо «проходить» раз в год. А это подброс уже настоящий, от пиропатрона с перегрузкой 8 или 12 единиц. От этого тренажёра лётчики обычно «бегали», как от парашютных прыжков. Обычно начальники ПДС особенно и не настаивали, статистика у этого тренажёра была не очень, могли быть и травмы. Начальник ПДС обычно ограничивался лётчиками-лейтенантами. А этот товарищ Бирюков требовал, чтобы все лётчики проходили через этот тренажёр, даже хотел привлечь и наших командиров. Вот тут ему и объяснили, что он «не прав». Потихоньку он и поостыл. Тренаж этот раз в год, как и положено, лётчики проходили, но ограничивались подбросом пару лётчиков–добровольцев для наглядности.
Пиво - Воды
– Быстро попадаю снова в Дежурное Звено, но это уже дома! Да и условия здесь не сравнить с кюрдамирскими, будем ценить! Дежурю то днём, то ночью, но и на полёты выпускают, надо кое-какие упражнения отлетать для поддержания уровня боевой подготовки или как говорят, - для «поддержания штанов». Погода как всегда вполне «демократичная», может быть и День «миллион на миллион», а может быть и Ночь с «жёстким» минимумом погоды. Да и сами полёты очень разнообразные, обязательные по КБП (Курс Боевой Подготовки) уже отлётаны, планирует комэск самые экзотические, то перехват в условиях помех, то на нижнем пределе БРЛС, то вылет на «охоту». Когда дежурю ночи подряд, днём отдыхаю. Если вдруг не стою в «усилении» Дежурных Сил, выезжаем семьёй в город, в кафешку можем сходить, на каруселях покататься. Но, чтобы не быть в «усилении», это редко. В основном – «отдыхаешь» днём и прислушиваешься к динамику громкой связи.
Много времени провожу в Дежурном Звене, приходят на ум интересные мысли, - вот проходит лётчик годами боевую подготовку, результатом этой подготовки является его готовность нести Боевое Дежурство. Потом, подготовленный во всех условиях, лётчик начинает нести Боевое Дежурство, мало летает, меньше уделяется времени боевой подготовке. Заколдованный круг. Сужу по себе, - в мае мало летал, месячный налёт составил всего три часа. В июне, вроде, неплохой налёт, - двенадцать часов, но почти восемь из них я налетал в Кюрдамире при вылетах из Дежурного Звена. В Гудауте, конечно, в Дежурном Звене, налёта не «сделаешь», хотя периодически поднимают то на сопровождение турок, то по контрольным целям.
Вот на фото я пью пиво на озере Рица, был там помимо всего прочего приметный киоск «Пиво – Воды». Изредка ездим туда, то для семейного «развлечения», то гостей своих многочисленных туда возим. Так вот, пиво пить за рулём по «местным» правилам считается нормальным. Местные «гаишники» так и говорят: - Почему кружку пива выпить нельзя?! Жарко ведь! Ничего страшного. В полку у нас к этому уже привыкли, иногда в обеденное время в жару едем на машине в город попить пива, правда всякий раз плюёмся от качества местного пива, но приходится терпеть.
Растёт смена
– На фото сын подрос и уже одевает мой шлемофон и даже кислородную маску. Ещё немного подрастёт и можно будет взять его на «экскурсию» в Дежурное Звено. Это у нас практикуется «потихоньку» под девизом – «подрастает смена». Брали с собой пацанов четырёх – пяти лет на ночное дежурство, показывали им самолёт, кушали они там, спали и считали, что уже всё умеют и могут «дежурить». Некоторым пацанам посчастливилось даже посидеть в кабине самолёта при газовке.
Очередной парадокс – наиболее подготовленные лётчики могут всё лето провести в Дежурном Звене, а на море бывать только изредка. Кто дежурит ночью, днём обычно в «усилении» Дежурных Сил и должен быть в пределах «громкой связи», на море уже не пойдёшь. Кто дежурит днём, с тем тоже понятно. Самое интересное то, что Дежурное Звено находится буквально на берегу моря, мы слышим шум прибоя, но искупаться, увы, не можем. Разве что после смены с дежурства можно разок окунуться и ехать домой.
Демократичность местной ГАИ в очередной раз проявилась, когда поехал я проходить техосмотр моей «пятёрки», то есть Жигули пятой модели, других «пятёрок» тогда не было. Обстановка в местном ГАИ какая-то сонная, никакой суеты, никакого столпотворения народа не наблюдается. С трудом нашёл нужного мне инспектора, объяснил ему цель своего приезда. Тот молча сделал мне отметку в техпаспорте о прохождении годового технического осмотра и пожелал мне счастливого пути. Так вот относились местные «гаишники» к военным, вроде, уважительно, но одновременно и снисходительно. Мол, что с них взять, - на одну зарплату живут.
В летнее время на нашем аэродроме периодически возникает этакая тихая суета, перекрывается въезд на аэродром и заезжает туда несколько чёрных служебных машин Волга. Это значит, что прилетает к нам литерный борт из Москвы, который привозит очень больших начальников вплоть до членов Политбюро с семьями на отдых. В пятнадцати километрах от Гудауты на берегу моря была государственная дача Мюссера, между прочим ещё это была и бывшая «дача Сталина», вот туда они и прилетали, а наш аэродром находился совсем рядом, можно сказать, очень удачно. На аэродроме была отдельная «литерная» самолётная стоянка. На эту стоянку обычно заруливал скромный Ту-134, пассажиров которого «уважительно» встречали, приехавшие для этого, товарищи из гудаутского райкома КПСС и сухумского обкома КПСС.
После непродолжительной встречи в «литерном» домике, прилетевшие товарищи уезжали на дачу, а встречающие ехали домой. При этом, для безопасности «дорогих товарищей» перекрывалось движение на прибрежной автотрассе, могли и на два часа, пока все не разъедутся.
Бывало прилетал и сам товарищ Горбачёв. Суеты тогда было больше, было много всяких особистов и кэгэбэшников, которые прилетали заранее на отдельном самолёте. Встречающих тоже было больше, добавлялись и тбилисские «товарищи». Машин было тоже больше, добавлялся и горбачёвский ЗиЛ-117. Даже как-то удалось поразглядывать и пощупать этот экзотический автомобиль. Вся эта катавасия была и по прилёту литерного борта и, естественно, по отлёту.
Август – Море
– На соседнем аэродроме Цхакая, что был расположен в 150 км восточнее нас, уже в Грузии, базировался второй полк нашей дивизии на МиГ-23. И вот их начали переучивать на МиГ-29 и мы стали нести Боевое Дежурство ещё и на их аэродроме. Обычно уезжали туда на две недели, иногда очередную смену техников и лётчиков «забрасывал» в Цхакая попутный транспортный борт, но чаще приходилось ехать туда, да и обратно, поездом. Лето, поезда переполнены, но проводники брали всех. Иногда приходилось ехать в тамбуре вагона стоя, как селёдка в банке.
Бывало, просидишь в Гудауте в Дежурном Звене неделю подряд, о потом едешь в Цхакая «поддежуривать» на две недели. А в Цхакая все две недели проводили безвылазно на территории Дежурного Звена, потому, как, когда ты не дежуришь, ты обязательно в «усилении». И всё же эти «спартанские» условия были гораздо лучше тех, в которых мы были ещё пару месяцев назад, когда «поддежуривали» таким же образом в Кюрдамире. Здесь не было той жары и зноя, было много спасающей зелени.
Как-то во время моего дежурства в Цхакая, проводились там на аэродроме какие-то очередные парашютные сборы. Проводил их наш начальник ПДС майор Бирюков, я дежурил ночью и днём был в «усилении», то есть для прыжков был «свободен». Решил я тоже «попрыгать», Бирюков не возражал.
Собирался я выполнить, конечно, несколько прыжков, но на первом же прыжке с парашютом Д-6, на приземлении я попал на какую-то прикрытую травой кочку и порвал связку на левой ноге. Вот я «попал»! На чужом аэродроме, во время Боевого Дежурства! Местный доктор сделал мне тугую повязку, выдал костыль и стал я с ним потихоньку ковылять.
Доложил я о произошедшем по телефону в Гудауту своему комэску, услышал от него много нелицеприятного. На следующий день прибыл другой лётчик мне на замену, а я попутным бортом, который появился на моё счастье, отправился «восвояси».
Прибыл я в Гудауту, получил выговор. Летать не могу, дежурить тоже. Занимаюсь в штабе бумагами и в некотором смысле я «на больничном» - вынужденный «отпуск» в августе. Приспособился я с тугой повязкой на левой ноге ездить на машине! Наверное, давно я не был так часто на море, как при этом вынужденном «отпуске». Очередной парадокс.
Семейство на отдыхе
– На фото мы позируем полным составом нашего дружного семейства в поездке в Новый Афон. Туда мы ездим не только в кафе лакомиться местными замечательными хачапури, но уже и посетили с детьми интересную и удивительную Новоафонскую пещеру.
Две недели, «благодаря» моей «раненой» ноге, наше семейство, можно сказать, активно отдыхает. Мы регулярно ездим на море на пляж, что у нас на территории аэродрома, это ближайшее для нас «море». Мы можем спокойно поехать в Адлер или Сочи, погулять там в парке, дети с удовольствием «ползают» по самолёту Ил-18, что установлен в адлерском парке. Кстати, парк этот расположен прямо под глиссадой аэропорта и часто над нами взлетают громко гудящие самолёты. Побывали и в сочинском цирке. Сын уже бывал в цирке, а дочь побывала в первый раз, была в восторге. Поездку в Сочи мы всегда совмещаем с закупкой продуктов. Надо сказать, что в сочинских магазинах хороший выбор продуктов и они отличного качества. Сочинские продуктовые магазины по ассортименту и качеству колбас и молочных продуктов без преувеличения можно сравнить с московскими.
Наконец, моя нога пришла в форму, я её старался больше нагружать на зарядке и в конце концов связка успешно срослась. Эту «методику» я вычитал в одной «умной» книжке, что при порыве связки, ногу надо при заживлении больше нагружать, а не щадить, как было принято. И это себя очень даже оправдало. Моя «раненая» левая нога ничем не отличалась от здоровой правой.
Через две недели я уже приступил к полётам. Вскоре в составе группы самолётов нашего полка из шести Як-28П, мы полетели на полигон Ашулук, что под Астраханью, для выполнения какого-то обеспечения, то есть для выполнения полётов за цели. Конкретно задачу должны поставить на месте. Летели в Астрахань через кавказские горы чуть больше часа на высоте восемь тысяч метров, но насладиться чудесными видами снежных вершин, как мы надеялись, не удалось. Весь полёт тройкой пар прошёл за облаками.
На астраханском аэродроме мы получили задание для выполнения маршрутных полётов на полигоне по обозначению воздушных целей для наземных средств ПВО то ли чешских, то ли польских. Каждому экипажу был определён свой маршрут на разных высотах. Мне достался маловысотный маршрут на 900 метров, маршрут был очень «изломанным» с большим количеством коротких участков. Не очень «удобный» полёт, мягко говоря. Прокладывали на карте этот маршрут с лётчиком-оператором и сильно «плевались».
Погода была в принципе простая, плавали ниже нас и выше редкие кучевые облачка, где-то за верхним слоем тоже редких облаков проглядывало солнце. Полёт намечался монотонным и скучным над такой же монотонной и скучной местностью, почти пустыней. Но мы ошибались! С первых же минут выхода на полигон мы стали замечать вокруг нас то ниже, то выше неожиданное появление каких-то тёмных и косматых совсем небольших облачков. Тут до нас дошло, что мы являемся «мишенями» для зенитной артиллерии, которая выполняет «поражение воздушных целей «по зеркалу». А тёмные и косматые облачка, это следы рвущихся в воздухе самых, что ни на есть, настоящих «выстрелов». Такой метод стрельбы по воздушным целям давно применялся в зенитной артиллерии и был вполне безопасным, но «кто его знает?!». Лично я впервые столкнулся вживую с этим «методом» и удовольствия он мне не доставил.
Был я назначен командиром звена и начал летать Программу подготовки лётчика-инструктора. Сначала на Як-28У в передней кабине, а потом и на Як-28П в задней кабине. Но нести Боевое Дежурство меньше я не стал, только теперь я больше дежурил в нелётные дни и в выходные. Ещё один парадокс из области «нюансов» боевой подготовки.
Прибыла в наш полк очередная группа лейтенантов лётчиков-выпускников, на этот раз из Харьковского училища. Двое ин них, Сергей Семихат и Паша Буряк попали в моё звено.
Подходит к концу 1985 год, подвёл я итог своей лётной «деятельности». Не очень «удачный» в этом смысле год, налёт шестьдесят шесть часов, это, конечно, небольшой налёт, но это обычный налёт лётчика авиации ПВО, регулярно несущего Боевое Дежурство.
14.07.2025 – Севастополь.