Гемма
Июль
Радиоперехват
Колонну эвакуируемых встретили две машины полуторки с бойцами НКВД.
Командир НКВД с петлицами лейтенанта представился: Лейтенант НКВД Марков и потребовал выйти из машин и предъявить документы.
Матвей и Ольга Александровна предъявили документы начальников эвакуируемых экспедиций, подошедшая тут же Раиса Яковлевна предъявила предписание с документами медсанбата и потребовала помощи бойцов НКВД машинами в скорейшей доставке ранбольных в эвакогоспиталь.
Лейтенант поглядел на девушку и ответил, что у них свои обязанности и указал дорогу до ближайшей станции железной дороги.
Колонна медленно попылила по дороге дальше провожаемая взглядами бойцов в малиновых петлицах.
Через полчаса с машины где ехали Тася, Григорий и студенты, закричали требуя остановки.
Колонна затормозилась и Матвей недовольно спросил подбежавшую справа к кабине девушку: Что у вас случилось?
Тася несмотря на жару и бег была бледна, сильно встревожена и сказала: Матвей Петрович, Вам срочно надо посмотреть на линзу, это очень важно!
Важнее, чем нам быстрей проехать и укрыться от вражеских самолётов? – резко и сердито спросил начальник экспедиции.
Да! – одним словом выдохнула ответ девушка.
Матвей сказал водителю не глушить мотор, выпрыгнул из кабины и пошёл за Тасей к машине студентов.
Сам забрался в кузов с откинутым пологом и недовольным тоном спросил сгрудившихся на лавке студентов разглядывавших диск: Что там у вас?
Григорий поднял тоже побледневшее лицо озаренное отсветами линзы и сказал начальнику: Это были немцы, переодетые диверсанты! Смотрите!
Матвей на полуслове оборвал вырвашееся возражение: Что за глупо.. и склонился над светящейся линзой. Григорий нажал кнопки воспроизведения заново и зажглась карта-схема их маршрута и позади в десяти километрах пульсировала красная звёздочка радиоисточника передающего на волне люфтваффе описание их колонны, время и маршрут следования.
Диск Геракла исправно расшифровывал и переводил радиопередачу на русский язык.
Матвей почувствовал как по спине побежал холод несмотря на жару и духоту июльского дня – до налёта немецких самолётов оставались считанные минуты и надо было срочно искать укрытие для колонны.
Выпрыгнув из кузова, Матвей взмахом руки созвал старших колонны, объяснил что встреченные ими энкаведисты оказались переодетыми диверсантами и уже наводят на них по радио немецкие самолёты.
Решили ехать вправо по едва видному просёлку и постараться найти там укрытие для машин и людей.
Проблема случилась со студентами и ранеными пограничниками, теми кто был на ногах – они вооружившись винтовками и пулемётом собирались на одной машине вернуться назад, к посту диверсантов.
Матвей не мог их осудить, но и не мог согласиться.
Студентам сказал, что не может их отпустить, чтобы они не попали в руки врагу и не рассказали под пытками про диск Геракла.
Поэтому предложил сначала всем укрыться от налёта вражеских самолётов.
На пылкие возражения, что диверсанты сменят месторасположение и кого-нибудь убьют, предложил из укрытия отправить две машины, одну со студентами по диску определять координаты радиопередатчика диверсантов, а другую машину с ходячими и неходячими бойцами для боя с диверсантами.
Когда укрывались в лесочке, и отправляли две машины со студентами и бойцами назад, завхоз Яков Павлович предложил накинуть на обе машины поверх тентов палатки, чтобы они выглядели иначе и диверсанты не узнали вернувшиеся назад машины.
Обер-лейтенант Хениг сильно удивился, когда спустя полтора часа радист Гюнтер сообщил запрос из штаба эскадры Люфтваффе, летчики которой не нашли колонны по указанным координатам.
Обшарили всё вокруг, немножко постреляли по мелочи, но колонны не нашли.
От его группы ещё никто не уходил и обер-лейтенант загорелся спортивным азартом выяснить куда девались многочисленные русские и самим разобраться с ними.
Эрнст вспомнил красивую еврейку, что так сердито смотрела на него требуя машины для раненых большевиков и довольно улыбнулся, уверенный, что скоро его парни отлично развлекутся.
По его команде быстро собрались и поехали по следам медицинской колонны.
Через полчаса впереди обнаружили две встречные грузовые машины пустые стоящие поперек дороги метрах в двадцати одна за другой передними колёсами на обочине.
Машины были незнакомые, дверцы кабин распахнуты и кто-то в красноармейской форме валялся у колёс.
Обе полуторки притормозили на расстоянии.
Из кузова спрыгнули Курт и Вернер и подбежали к обер-лейтенанту.
Эрнст распорядился: Курт, Вернер, проверьте что там.
И четверо солдат сторожко, с ППД наизготовку двинулись по обочине к брошенным машинам.
Эрнст внимательно поглядывал по сторонам, но и для него стало неожиданностью, когда откинулся тент на передней машины и из неё ударил пулемёт.
Другой пулемёт ударил и со второй машины.
Справа и слева по сторонам дороги поднялись стрелки ведя огонь из карабинов и пистолет-пулеметов.
Автоматический огонь вёлся с трёх сторон, с двух машин и справа и слева от дороги.
Курт и Вернер как подрубленные повалились не сделав ни единого выстрела.
Лобовое стекло разлетелось осколками, обер-лейтенанта тяжело ударило в грудь и сползая с сиденья захлебываясь в потоках льющейся крови рядом с уткнувшимся в руль водителем Паулем, Эрнст чувствовал только сильную обиду, что охота не удалась.
Обе машины вернулись через четыре часа не одни, за ними шли две машины "энкаведистов", правда медленно, потому что были в пулевых отверстиях и за рулём сидели Григорий и Эдуард.
Все были живы, но очень хмурые.
Встревоженный ожиданием Матвей пересчитал людей в машинах и облегченно вздохнул.
Подошедшего смурного Григория спросил: Все живы, что ещё случилось?
Мы-то живы, – ответил студент из Москвы, – но я думал самое страшное видел, когда встретили медсанбат после фашистского налёта..
После тягостной паузы добавил: А у диверсантов нашли мешок с сотнями документов и наград бойцов, врачей и командиров. Сотнями!
Пограничники допросили раненых диверсантов, там вообще такое страшное..
Фашисты!
Вернувшись к своему штабу с Григорием Матвей кратко пересказал новости.
Военврач Раиса Яковлевна просто сказала: Да, этот лейтенант так неприятно смотрел!
И радуясь, что медпомощь никому не понадобилась пошла к своим подопечным.
Не обратив никакого внимания на замечания бравого студента, что не так и не у тех просила машин.
Санитар Иван Петрович смотря вслед девушке вздохнул и пояснил окружающим: Получается сегодня двойной день рождения у девочки, слышал как она говорила раненому, что родилась 30 июля 1918 года.
И поспешил за военврачом.