Найти в Дзене

«Тени старого дома и проявленный свет прошлого»

«Сказка — ложь, да в ней намёк...» (А.С. Пушкин) В самом сердце тихого городка, где улочки вились, словно ленты в косах красавиц из соседней деревушки, где домики жались друг к другу, как старые друзья, жил фотограф Антон. Его небольшая студия с вывеской "Остановись, мгновенье" пряталась между булочной и часовой мастерской, будто стесняясь кого-то.   Каждый день Антон ловил мгновения: смех ребятишек, играющих на мостовой; слёзы радости невест, похожие на утреннюю росу; закаты, когда солнце, словно медный грош, катилось за горизонт. Но душа его жаждала чуда. Он знал — настоящая магия где-то рядом, нужно лишь суметь её разглядеть. Однажды утром, когда первые лучи солнца только начинали золотить крыши, в его дверь постучали трижды — тихо, но настойчиво. На пороге стояла старушка, худая, будто ветка иссохшего дерева, но державшаяся удивительно прямо. Её глаза, серые, как дождевые тучи, казались припорошёнными пеплом времени, но в их глубине, подобно уголькам под золой, теплился странный

«Сказка — ложь, да в ней намёк...» (А.С. Пушкин)

Моей маме, Дню фотографа и фотографам посвящается ...

В самом сердце тихого городка, где улочки вились, словно ленты в косах красавиц из соседней деревушки, где домики жались друг к другу, как старые друзья, жил фотограф Антон. Его небольшая студия с вывеской "Остановись, мгновенье" пряталась между булочной и часовой мастерской, будто стесняясь кого-то. 

 Каждый день Антон ловил мгновения: смех ребятишек, играющих на мостовой; слёзы радости невест, похожие на утреннюю росу; закаты, когда солнце, словно медный грош, катилось за горизонт. Но душа его жаждала чуда. Он знал — настоящая магия где-то рядом, нужно лишь суметь её разглядеть.

Однажды утром, когда первые лучи солнца только начинали золотить крыши, в его дверь постучали трижды — тихо, но настойчиво. На пороге стояла старушка, худая, будто ветка иссохшего дерева, но державшаяся удивительно прямо. Её глаза, серые, как дождевые тучи, казались припорошёнными пеплом времени, но в их глубине, подобно уголькам под золой, теплился странный свет. В руках она сжимала потрёпанный саквояж, из которого выглядывал уголок пожелтевшей фотографии.

— Сфотографируй мой дом, — попросила она, и голос её звучал, как шелест страниц старого альбома. — Его снесут скоро, а я хочу сохранить его не только в своей памяти, но и в памяти людей. Ведь дома, как и люди, заслуживают того, чтобы их помнили.

 Антон согласился не раздумывая. Пока солнце, словно щедрый художник, заливало улицы золотистыми мазками, они шли к старому дому на окраине. По пути старушка рассказывала, как шестьдесят лет назад её отец посадил перед крыльцом липу, которая теперь скрывала половину фасада своими могучими ветвями.

-2

 Дом встретил их скрипом половиц, пахнувших воском и временем. В воздухе витал аромат лаванды — старушка объяснила, что всегда держит её в шкафах, чтобы отпугивать моль. Антон начал снимать, но уже третий кадр заставил его вздрогнуть — при просмотре фотографии в гостиной явственно виднелась детская фигурка, хотя в комнате никого не было. А когда он прислушался, то явственно различил звуки: где-то играло пианино, тихо позванивали хрустальные бокалы, а из соседней комнаты доносились тихие разговоры и ровное тиканье часов, хотя никого больше в доме не было, как не оказалось и часов.

-3

— Это не просто дом, — прошептала старушка, проводя рукой по потрёпанной обивке кресла. — Он впитал в себя столько жизней... Моё детство, свадьбу дочери, рождение внуков. Эти стены помнят каждый смех и каждую слезу. Но только тот, чьё сердце открыто для чудес, может увидеть эти мгновения снова и поможет их освободить.

 Антон ушёл, шокированный, но мысль о тайне не давала ему покоя. Проведя в размышлениях весь следующий день он вернулся ночью, когда луна, словно серебряный ободок фоторамки, обрамляла дом в магическом сиянии.

Установив в комнате на штативе фотоаппарат, молодой фотограф сделал первый кадр. Вдруг ветер заиграл занавесками, хотя окна были закрыты, а с потолка медленно опустилась пылинка, кружась в луче лунного света. Антон машинально поднял камеру — пылинка вспыхнула ослепительным белым светом, будто магниевый порошок старинной вспышки... В этом мгновенном зареве стены комнаты ожили: на обоях проступили давно исчезнувшие узоры, в углу материализовалась забытая этажерка с фарфоровыми безделушками. Стены задрожали, и...

 Он очутился в прошлом. В той же гостиной, но теперь здесь пахло свежей выпечкой и ёлкой. Перед ним стояла молодая женщина с тёмными волосами, заплетёнными в тугую косу. Её глаза — те самые, серые и глубокие — светились радостью. На мизинце блестел знакомый серебряный перстень с бирюзой — точь-в-точь как у старушки. Когда она засмеялась, Антон узнал этот чуть хрипловатый смех — будто скрип качелей во дворе.

— Мама, смотри! — раздался детский голос. Мальчуган лет пяти вбежал в комнату, размахивая бумажным корабликом. Женщина подхватила его на руки и закружилась, а в этот момент открылась дверь, и на пороге появился мужчина с букетом полевых цветов. "Наш папа пришёл!" — закричал ребёнок, и вся семья бросилась к нему навстречу.

 Антон почувствовал, как что-то тёплое наполняет его грудь. Он успел сделать ещё несколько кадров: бабушка, вяжущая у камина; девочка-подросток, старательно играющая на пианино; сама хозяйка, танцующая с мужем под патефон у порога дома, её юбка колышется в такт музыке...

 Когда он очнулся, то обнаружил себя стоящим на том же месте, но теперь в камере было не просто несколько снимков — там оказалась целая жизнь. 

 Три дня и три ночи он обрабатывал отснятый материал, печатал фотографии, и на каждом снимке оживало прошлое — не просто моменты, а чувства: радость первого свидания, уют семейного ужина, гордость за детей.

 Закончив работу, он принёс альбом. Старушка сидела на крыльце, греясь на осеннем солнце. Она медленно стала перелистывать страницы, и по её морщинистым щекам покатились слёзы. На последней фотографии была запечатлена она сама — молодая, цветущая, стоящая у этого же крыльца.

-4

— Теперь они не исчезнут, — прошептала она. 

  Узнав эту историю, жители городка стали звать Антона Фотографом забытых мгновений. К нему на съёмку выстраивались очереди. Говорили, что его камера умеет ловить ушедшее время. А он лишь улыбался:  

— Чудо не в объективе, а в сердце того, кто умеет видеть и помнить. Ведь пока мы помним — ничего не исчезает навсегда.

Вскоре дом снесли. Но странное дело — с тех пор в городе начали происходить чудеса. В пасмурные дни некоторые жители клялись, что видят на пустыре очертания старого дома. А в полночь, если прислушаться, можно было уловить звуки патефона и смех.

-5

 И если в тихую лунную ночь вы окажетесь в том городке, пройдите к пустырю, где когда-то стоял старый дом. Прислушайтесь. Возможно, вам посчастливится услышать, как из ниоткуда доносится скрип качелей и смех детей. А если повезёт — вы даже увидите, как на мгновение проявляется в лунном свете силуэт дома, полного света и жизни. Ведь настоящая память, как и настоящая любовь, никогда не умирает.

© Сергей В. Комаров, 2025

Если понравилась сказка не забудьте пожалуйста про 👍

И подписывайтесь, чтобы читать ещё. Возможно, продолжение следует ...

#ДеньФотографа #сказка #СказкаНаНочь #СказкаПередСном