Всё. Я больше не могу молчать. Если не выплесну это прямо сейчас, меня просто разорвёт изнутри.
Четыре года. Четыре долбаных года я была идеальной женой для человека, который видел во мне кухонный комбайн с функцией стирки и глажки.
И знаете, что самое смешное? Я почти поверила, что так и должно быть.
Когда я встретила Виктора, он казался таким заботливым. Открывал двери, носил тяжёлые сумки, звонил по вечерам проверить, добралась ли я домой.
— Ты моя принцесса, — говорил он, целуя меня в висок.
Сейчас я понимаю, что это была просто грамотная инвестиция. Он вкладывался в будущую домработницу.
После свадьбы всё изменилось так быстро, что я не успела опомниться. Сначала мелочи — немытая чашка, разбросанные носки, забытое полотенце на полу ванной.
— Ань, ну ты же женщина, — улыбался он, разводя руками. — У тебя это лучше получается.
И я подбирала. Мыла. Стирала. Думала — ну с кем не бывает?
А потом — больше. И больше. И больше.
— Почему ты не погладила мою рубашку?
— Я вчера задержалась на работе до десяти...
— И что? Это так сложно — встать пораньше?
Он никогда не кричал. Это было бы проще. Он говорил спокойно, с лёгким разочарованием, будто объяснял прописные истины неразумному ребёнку.
Каждый вечер он приходил с работы, плюхался на диван и включал телевизор на полную громкость. А я готовила. Убирала. Складывала его вещи.
— Аня, где мои чистые носки?
— Аня, почему суп пересоленный?
— Аня, ты опять неправильно разложила вилки в ящике!
Иногда мне казалось, что я схожу с ума. Что-то внутри кричало, что это неправильно. Но потом я вспоминала слова его матери:
"Мужчину нужно беречь. Он работает, обеспечивает семью, а женщина создаёт уют".
И я затыкала этот внутренний крик. Снова и снова.
***
В тот день я пришла с работы раньше него. Голова раскалывалась, во рту пересохло от температуры. Я еле доползла до кровати и провалилась в тяжёлый сон.
Меня разбудил грохот входной двери.
— Аня! Ты где?
Я с трудом приподнялась на локтях:
— Я заболела... 39 температура...
Виктор стоял в дверном проёме, его силуэт размывался перед глазами.
— А ужин? — только и спросил он.
Что-то щёлкнуло внутри меня. Как провод под напряжением.
— Виктор, я не могу встать...
— Значит, я после работы должен ещё и готовить? — он театрально вздохнул. — Я зарабатываю деньги, я устаю. А ты? Что ты делаешь целый день?
Я тоже работаю, хотела сказать я. У меня тоже восьмичасовой рабочий день. А потом ещё один — дома.
— Мне плохо, — всё, что я смогла выдавить.
— Ладно. Закажем доставку, — бросил он и вышел из комнаты.
Через десять минут я услышала, как он разговаривает по телефону.
— Да, мам. Представляешь, прихожу домой — ужина нет. Заболела она, видите ли... Нет, ничего серьёзного, просто Анька совсем разленилась.
Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
***
Утром мне стало лучше. Не то чтобы совсем хорошо, но я хотя бы могла стоять на ногах. Виктор уже ушёл, оставив на кухонном столе гору немытой посуды от вчерашней доставки.
Я механически начала убирать. Мусорное ведро было переполнено — пакет с трудом завязывался.
Звонок телефона. Моя сестра Софья.
— Как ты? — спросила она.
— Нормально, — привычно ответила я.
— Не ври. Ты сипишь как старый чайник.
— Простуда...
— Виктор помогает?
Я промолчала. Софья вздохнула.
— Анюта, ты помнишь, что я говорила тебе три месяца назад?
Я помнила. Мы тогда сидели в кафе, и я в очередной раз отменила десерт — Виктор считал, что мне нужно следить за фигурой.
"Это не любовь, — сказала тогда Софья. — Это контроль. И с каждым днём он будет только усиливаться".
— Помню, — тихо сказала я.
— Тебе нужна помощь?
— Нет, всё... всё правда в порядке.
После звонка я долго стояла у окна. Что-то изменилось. Будто пелена спала с глаз. Я увидела нашу квартиру — идеально чистую, с расставленными по сантиметрам безделушками. Мою одежду — ту, что "одобрил" Виктор. Мою жизнь — выстроенную по его правилам.
Мусорный пакет всё ещё стоял у двери.
***
Вечером, когда Виктор вернулся, я всё ещё была в пижаме. Ужин не готов. Посуда не вымыта.
— Что это? — он указал на мусорный пакет.
— Мусор, — просто ответила я.
— И почему он здесь, а не в баке?
— Потому что я болею, и мне тяжело спускаться.
— А я должен после работы ещё и мусор выносить? — его брови поползли вверх.
Что-то внутри меня окончательно оборвалось. Тонкая нить, на которой держалось моё терпение.
— А почему нет? — мой голос звучал неожиданно твёрдо.
— Что?
— Почему ты не можешь вынести мусор? Или помыть за собой тарелку? Или хотя бы раз приготовить ужин?
Виктор смотрел на меня так, словно я заговорила на китайском.
— Кухня - это твое место, Анна! — наконец заорал он, и это был первый раз, когда он повысил на меня голос. — Я работаю как проклятый, чтобы содержать нас, а ты...
— Я тоже работаю, — перебила я. — Каждый день. А потом прихожу домой и работаю здесь. Бесплатно. Без выходных. Без отпуска. Даже без права на болезнь.
Пальцы на руках начали дрожать, но не от страха — от освобождения.
— Что за чушь ты несёшь? — он шагнул ко мне. — Это нормально! Все так живут!
— Нет, Виктор. Не все. И я больше не хочу так.
— И что ты сделаешь? — он усмехнулся. — Уйдёшь? Куда? К своей сестрице-одиночке? Так она от зависти тебе все мозги промыла!
Я почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке:
— Знаешь, может и так. Может, это прозвучит безумно. Но лучше быть счастливой одиночкой, чем несчастной женой.
Я взяла телефон и набрала номер.
— Софа? Можно я к тебе приеду? Прямо сейчас.
***
Виктор кричал, что я пожалею. Что никому не нужна. Что без него я ничто.
А я складывала в сумку самое необходимое и чувствовала, как с каждой вещью становится легче дышать.
— Ты вернёшься, — сказал он наконец, когда я застегнула молнию на сумке. — Через неделю приползёшь обратно.
— Нет, — ответила я. — Не вернусь.
И впервые за долгое время это была чистая правда.
***
Прошло полгода. Я живу с Софьей. По вечерам хожу на курсы дизайна — то, о чём мечтала, но что Виктор считал "глупым хобби".
Иногда я не мою посуду сразу после ужина. Иногда заказываю пиццу вместо того, чтобы готовить. Иногда просто лежу с книгой весь день.
И знаете что? Мир не рушится.
Виктор писал. Звонил. Приходил с цветами и обещаниями измениться.
А потом прислал сообщение: "Я нашёл другую. Она понимает, что значит быть настоящей женщиной".
Я пожелала ему счастья. Искренне. И удалила его номер.
Все у меня теперь в полном порядке!