Счастье у каждого своё, хотя Гривастый Николаевич в своё время отмечал сходство переживания этого состояния у разных людей. Но так или иначе это цель, к которой стремится человек, а если и не стремится, то хотя бы мечтает. Даже без самой мысли о нём жизнь становится безнадёжной, тусклой, не приносящей радости. Мы все его ждём; без какого-либо преувеличения и с возможностью обобщения это можно утверждать. Но здесь появляется ещё одно слово ОЖИДАНИЕ, что не просто показывает временный характер переживания счастья, но и то, что встреча с ним требует времени, жизненного промежутка, когда остается только вера в него.
Ждать люди не любят, нет ничего тягостнее ожидания, оно даёт ощущение неопределённости, застывания в пространстве на точке ноль, когда ни туда ни сюда, ни рыба ни мясо, ни пол-кольца колбаса; ты ещё не знаешь, куда будешь двигаться дальше. Однако бывает и по-другому, когда это самое ожидание становится не столько предвкушением счастья, сколько заменой его сути.
Ожидания убивают счастье - такая максима современности, где выясняется в результате, что несовпадение ожидания с реальностью не делают человека счастливым, а приводят к разочарованию. Можно, конечно, сказать, а ты не очаровывайся, но дело ведь здесь в понимании счастья. Человек мечтал приехать на Мальдивы, бродить по белоснежным пляжам, лавировать меж коралловых рифов, а получил тюлений отдых, где через три дня бесконечного сна и томления от солнечной неги, вдруг выяснилось, что не то, чего хотелось, наполнения нет, а в контексте дефицита воды у местных жителей, собирающих в лукошко дождевые капли, так и вовсе грустень получается. Не каждый едет на Мальдивы, нас и в Комарово, а также Нью-Васюках неплохо кормят. Просто здесь зависит от того, чего мы ждем от счастья. Когда ожидания убивают счастье - это не история про гибель счастья, это история про то, что мечтать ВРЕДНО. Здесь счастье выступает выражением несуществующей реальности, когда я не соизмеряю, что моё счастье существует сугубо в моей фантазии. Это выражение из мемасика про онлайн-покупку и страшнючую вещь в примерочной Балбериса, про Дон-Жуана не для вас куриц и прыщавого очкарика, про кулинарный шедевр и с горем пополам поструганный салатик несомненно отражает нашу жизнь. Однако здесь важно понимать, действительно ли счастьем является то, что грезится нам в фантазиях?
Ответ их есть у меня! Ответ не новый, ответ хорошо знакомый всем. Помните песенку Валерия Золотухина "Разговор со счастьем" в фильме Л. Гайдая про Васильича, меняющего карьеру управдома на Грозного. Конечно, песня была написана в то время, когда всё общество ждало счастья - светлого будущего, которое оказалось иллюзорным и не совпало с реальностью. Однако герой песни счастье всё же обрёл, причем, прежде всего, потому, что он не жил нереалистичными ожиданиями, он мерз где-то, плыл за моря и даже спорил с судьбой, он производил активное действие, не зная, как счастье выглядит, пожалуй, лишь осознавая, чего ему хочется, а также внезапность процесса обретения счастья. Не случайно в первом варианте песня называлась "Счастье вдруг", что подчёркивало ну уж очень неожиданный приход этого состояния: вот когда уже совсем не ждёшь, но всё сделал для него, дверь обычно и скрипит. Но главное здесь - нет нереалистичных ожиданий.
По этой причине счастье - это не совпадение с фантазией, это ощущение, что тебе и в Нью-Васюках хорошо от того, что ты живешь в моменте, чувствуешь, что есть в реальности. Конечно, здесь есть место ожиданию, человек не может без него, только здесь это активная жизнь ВОПРЕКИ, как бы она ни била, а не размышление, хорошо ЕСЛИ БЫ, где есть место самообману. Поэтому не ожидания убивают счастье, наши иллюзии убивают реальность, исключая элемент судьбы, материи, Бога (нужное подчеркнуть).