Перед первой встречей с отцом Вера очень сильно нервничала. Она ведь даже представления не имела, как он выглядит. А что, если он какой-нибудь бандит, например? Или ему что-то от нее нужно? Может быть материальная помощь, которую она не сможет ему предоставить, даже если бы и хотела.
Хотя, бабушка говорила о том, что по виду он совсем не бедствует, да и машина у него хорошая. Но он мог ее у кого-то попросить, а состоятельным специально прикинуться, чтобы не вызвать никаких подозрений, показаться с лучшей стороны и усыпить бдительность бабушки.
Да и встречу он назначил в парке, что, на взгляд Веры было как-то странно. Она бы поняла, если бы они встретились в каком-нибудь кафе, или, если бы он пригласил ее к себе в гости, например. Но, парк. Тем не менее, она согласилась пойти и в назначенное время была на месте.
Вера стояла у киоска с мороженым и осматривалась по сторонам. На встречу к ней приближался мужчина среднего роста, худой, с седыми волосами. Сначала она подумала, что это, вряд ли, может быть он.
Он слишком молод по ее представлению для того, чтобы быть полностью седым. Ему сейчас должно быть от силы лет сорок – сорок пять. А у Веры седина ассоциировалась со старостью, по крайней мере, дед стал полностью седым уже в достаточно преклонном возрасте.
Мужчина был хорошо одет, приятная внешность. Он подошел к Вере и внимательно на нее посмотрел.
- Здравствуй. Ты Вера? – спросил он, глядя ей в глаза, Вера обратила внимание, что они такие же голубые, как и у нее самой.
- Да. – ответила она.
Мужчина попытался ее обнять, но она шарахнулась от него, как будто он испачкан в грязи или какой-нибудь заразный.
- Давайте без этого. – сказала она.
- Да, конечно, прости. Просто, я так рад тебя видеть. Ты похожа на меня. – тоже не мог не обратить Валерий на это своего внимания, и его это, судя по всему, очень даже радовало.
- Наверное. Послушайте, что Вам от меня нужно, спустя столько лет? Вы бросили меня даже не в младенчестве, а гораздо раньше, когда мама только была мной беременна.
- Я хотел увидеть тебя, познакомиться. Помочь тебе чем-нибудь, если тебе нужна моя помощь.
- Отлично! А почему именно сейчас? Вы не считаете, что мне Ваша помощь могла понадобиться гораздо раньше? Например, когда мама умерла. Или, когда я пряталась у подруги от деда тирана? Или когда поступала? Когда искала такое учебное заведение, где предоставлялось общежитие, потому что не могла себе позволить учиться и снимать жилье, и пришлось идти совсем не туда, куда я мечтала. Может быть мне нужна была Ваша помощь тогда? А сейчас, чем Вы можете мне помочь? Я взрослый человек, через неделю я получу диплом, устраиваюсь на работу. Мне не нужна Ваша помощь.
- Вера, послушай, я все понимаю. Я понимаю, как это выглядит. Возвращение блудного отца. И ты имеешь полное право на меня злиться, полное право меня ненавидеть. Я, наверное, и сам бы так делал. Но я прошу тебя, дай мне шанс.
- Зачем Вам это?
- Потому что ты моя дочь, а я твой отец.
- Только Вы меня даже не признали, когда я родилась. С чего такое позднее раскаяние?
- Долгая история… - тяжело вздохнул Валерий и присел на скамейку, взглядом пригласил Веру присесть рядом.
- Я готова ее послушать. – присела Вера, не уходить же ей сейчас, раз уж решилась на эту встречу.
- Не буду врать, молодость у меня была бурная. Я творил такие вещи! Есть, за что и у кого попросить прощения. К сожалению, перед твоей мамой я уже не могу повиниться. Я не буду врать, хотя, я понимаю, что тебе совсем неприятно будет это слышать. Но, когда она сказала мне о своей беременности, я испугался. Во-первых, на тот момент у меня уже была невеста, и я с твоей мамой…
- Развлекался. – нашла Вера, как ей казалось, самое подходящее слово.
- Слишком грубо. Она знала о том, что я не строю в отношении нее никаких планов. Мы оба хорошо проводили время, были молоды, отрывались. Но…
- Она, судя по всему, так не считала. Она любила Вас.
- Тогда это для меня не имело никакого значения. Я вел себя, как мерзавец, и я это признаю. Родители сыграли свою роль. Им нравилась моя невеста, они настояли на том, чтобы я, как можно скорее уехал и женился. Я так и сделал. Я не готов был становиться отцом.
- А сейчас, получается, готовы? – усмехнулась Вера.
- Получается, так. Тот брак распался через год, потому что я снова показал себя и изменил жене. Она не стала терпеть мои загулы. Правильно и сделала. Я был чудовищем. Я бы и сам себя бы, наверное, не выдержал на ее месте. Но потом я встретил женщину. Которая изменила меня и всю мою жизнь. Я остепенился, стал семейным человеком, получил образование, стал зарабатывать. Тогда я стал задумываться о том, что у меня где-то есть ребенок. Хотя, честно говоря, я рассчитывал на то, что Таня сделала аборт. Мои родители все еще жили в той же деревне, но они избегали этой темы. А когда я спросил напрямую, сказали, что так и было, что нет никакого ребенка, видимо, для того чтобы меня не сбивать с пути. Мать только перед самой смертью призналась в том, что Татьяна родила о меня дочь. Тебе тогда было лет десять, наверное. Но у меня на тот момент была уже крепкая семья, дочка подрастала. Как бы я сказал жене, что у меня есть где-то ребенок на стороне? Я ведь изначально утверждал обратное. У нее такой характер… Она бы не поняла, а я очень боялся ее потерять. В общем, я решил, что все будет так, как есть. Снова испугался. Струсил. Прости меня, если сможешь.
- Значит, у меня есть сестра? А еще кто-нибудь есть? – заинтересовалась Вера.
- Никого нет. И сестры уже, тоже, нет. Соня погибла, когда ей было шестнадцать. Нелепая случайность, которая разрушила нашу жизнь. – ответил Валерий и опустил лицо на ладони.
- Как? Что случилось?
- Шла домой от подружки, на голову упала сосулька. Реанимация, кома… Она так и не пришла в себя. Все это так нелепо… - снова закрыл Валерий лицо руками, ему, явно, было больно все это вспоминать и говорить об этом.
Вера была просто в шоке. Ее единственная сестра умерла. Очень жаль, что она не успела с ней даже познакомиться. Она ведь так надеялась на то, что у нее есть еще на свете родные люди, братья или сестры.
Глядя на убитого горем отца, ей и самой, вдруг, захотелось плакать. Ее злость на него куда-то испарилась в этот момент, остались только горечь и сочувствие. Какое-то время они сидели молча. Вера не решалась продолжить разговор. продолжение