Земли без Бога.
Глава II
Глава II: Орлица Шеал
Место событий: Острова Пармат, город-арена Блюверг.
1108 год после падения Великой кометы.
Когда Мигс вернулся в комнату, его встретили как героя. Бир-Гаур был рад больше всех; его весёлый смех заполнил пространство.
— Ну вот, а ты собирался умирать! Ты смотри, как ловко орка снес! — продолжал радоваться гном, выбрасывая руки в сторону, как будто сам мог бы свалить врага одним движением.
На его лице заиграла шутливая улыбка, а от бороды падали крошки. Плерт, более спокойный, склонил голову и спросил:
— Но почему ты выбрал именно лук в качестве оружия? Это не очень привычно для арены.
— Я из простой крестьянской семьи, — отвечал Мигс, стараясь не скрывать смущения. — Почти ничего не умею, кроме как вспахивать землю, охотиться и ухаживать за скотом. Зимой приходилось выбираться в лес на охоту, где и научился стрельбе из лука и бесшумным передвижениям.
— Ты действительно думаешь, что это тебе поможет здесь? — вмешался Гивиб, перекрестив руки на груди. — Оружие на арене совсем не то, как в лесу, я тебя уверяю.
— Спешу тебя обрадовать: с завтрашнего дня ты будешь учиться владеть оружием, — подсказал ему Бир-Гаур с гордостью. — Если ты справишься с орками, то и с мечом научишься!
Остаток дня соседи не уставали расспрашивать Мигса о его прошлой жизни на ферме. Балансируя между радостью за его победу и страхом перед будущими боями, парня не оставляло чувство тревоги. Он решил, что не может оставаться в неведении о том, что его окружает. "Кто же такие другие рабовладельцы?" — вновь пронзила его мысль.
— А как насчет других рабов и их хозяев? — спросил он, глядя на ребят. В ожидании ответа он чувствовал, как нарастает дрожь в животе.
Бир-Гаур пробормотал что-то невразумительное, а Гивиб, чуть поудобнее устроившись на своём месте, вздохнул перед тем, как ответить:
— Уврен не самый плохой рабовладелец, — заметил богатырь. — Он хотя бы предоставляет своим гладиаторам комфортные условия. Достаточно хорошую еду и даже лекарства иногда!
Спутники закивали, но в их глазах проскользнула тень. Гивиб, как будто собираясь с духом, продолжил:
— Но были и худшие. Например, Упыревладелец. Это чудовище — огр-некромант. Он покупает трупы самых умелых бойцов и воскрешает их, словно играя с жизнью. Эту нежить не нужно кормить, и они не требуют заботы, как нормальные гладиаторы.
Каждое слово Гивиба звучало как капля воды, падающая в застойное озеро, создавая круги страха, которые быстро расходились среди их компании. Мигс сглотнул, представив себе, как могло бы выглядеть это ужасное создание — смесь ярости и мёртвой пустоты.
— Говорят, он может управлять ими, как кукловод, — продолжал Гивиб шёпотом. — Они лишены всего человеческого, и лишь ужас, который они могут принести, остается.
Ночью, перед погружением в сон, в голове Мигса крутилось множество вопросов: сможет ли он когда-нибудь стать гладиатором, как они? Заветные мечты о свободе теперь казались далекими, как свет звёзд, и он понимал, что надо сжимать кулаки и готовиться к борьбе за свою судьбу, даже если с каждым шагом она будет всё мрачнее.
На следующий день, когда гладиаторов повели на тренировку, Мигсу указали на мишени, из которых выдергивала стрелы эльфийка.
— Вот кто будэт тэба ушит. — Улыбаясь, проговорил Уврен. — Шеал подойды суда. — Поманил огр остроухую. Тёмноволосая Шеал, в тот же миг обернувшись, подошла ближе. Когда она была в двух шагах от них, Уврен похлопал парня по плечу и добавил: — Вот тот о ком я говорыл, его тэбэ прэдстоыт учит. — Пояснил огр.
Шеал измерила Мигса внимательным взглядом.
— Ладно, посмотрим, на что ты способен, — приглашая подойти к мишеням, проговорила эльфийка. — Как тебя зовут?
— Я Мигс. А вы — Шеал, верно? — переспросил парень.
— Прошу, обращайся ко мне на «ты», мне всего сто двадцать семь лет, — ответила она.
Мигс был поражен. Сто двадцать семь лет! Это было немыслимо для него. Он, конечно, знал, что эльфы живут гораздо дольше людей, но был сильно ошеломлен. В его родной деревне люди, как правило, не доживали и до шестидесяти, что уж говорить о ста.
— Молчишь? Хорошо, меньше слов — больше дела, — произнесла Шеал, с легким презрением. Затем протянула ему лук и колчан со стрелами. Подойдя к мишеням, она раскачала их, и они стали двигаться: вправо, влево, вперед, назад. Мигс быстро уложил стрелу на тетиву, натянул, прицелился… На охоте, парню приходилось стрелять по подвижной цели, но только по одной, а тут десяток. Пару секунд спустя, парень пустил первую стрелу, та поразила мишень, не в яблочко, конечно, но в боковую ее часть. Мало-помалу Мигс закончил стрелять. Из двадцати стрел в колчане осталось семь, в десяти мишенях торчало по одной стреле, а в земле, рядом, торчали три стрелы. Когда стрельба окончилась, Шеал кивнула, посмотрев на стрельбище.
— Всё ясно, — с усмешкой произнесла она.
— Ну что, неплохо, а? — смущённо, заложив руку за голову, пробормотал Мигс.
— Неплохо, — утвердительно вздохнула остроухая. — Но для меня это… убого. — Хватая уже свой лук, пояснила эльфийка. — Будь добр, раскачай мишени, — требовательно попросила она. Мигс послушался. Когда мишени вновь пришли в движение, Шеал начала пускать стрелы, но куда быстрее, чем Мигс. Выстрелы чередовались со скоростью стрельбы из револьвера. Когда стрельба прекратилась, все мишени были поражены в яблочко. У Мигса от увиденного отвисла челюсть. Когда он смотрел, как Шеал ловко поражает каждую мишень, заложив руку за голову, он не мог удержаться от сравнения. "Вот она, настоящая искусница... Как же я до этого не допёр?" — думал парень, чувствуя, как внутри него поднимается волнение. Каждый выстрел эльфийки был точен, как будто она сама являлась частью лука, а должна была бы быть просто учителем. Неизвестно, что именно было более подавляющим — её мастерство или его собственная неуверенность.
— Что, не можешь позволить себе столько же стараний? — Эльфийка обернулась и, скрестив руки на груди, посмотрела на него с насмешкой, посмеиваясь над его неуклюжестью. — Первая твоя ошибка – стоишь столбом на арене, — это верная смерть. Вторая: слишком долго целишься, живой противник быстро прочтёт твои действия. В-третьих… Покажи свои руки. — Парень протянул к эльфийке обе руки; та стала внимательно их рассматривать. Сильные, мускулистые руки с мозолями на ладонях и следами содранных заживших заусенцев на пальцах.
— Всё ясно, — типичные крестьянские руки, — заключила лучница.
— И что это тебе даёт? В чём смысл данного обследования? — недоумевал Мигс.
— Строение твоих рук объясняет, почему ты так тяжело держишь лук, — объяснила она.
— Разве плохо, что я держу лук крепко? — упрямо спросил он.
— Держать лук тяжело и удерживать его крепко — два разных понятия, — ответила Шеал. — Вот смотри. — Она вновь подняла лук, держала его большим, указательным и средним пальцами, согнув безымянный палец и мизинец, между которыми зажала две стрелы.
— Вот такое положение руки помогает сократить время между выстрелами, — объяснила она.
— Но я ведь могу легко выбить лук из твоих рук, — самоуверенно заявил Мигс. И сразу же схватил лук за древко, потянув его к себе, но не тут-то было: рука эльфийки даже не дрогнула. Мигс повторил попытку, но Шеал быстро выхватила кинжал из пояса и приставила его к горлу юнца.
— В четвёртых, не будь излишне самоуверенным и не недооценивай своих противников, — надменно произнесла она, убирая кинжал.
— Как ты так крепко держишь лук тремя пальцами? — спросил Мигс, не удержавшись от любопытства.
— Молодец, что спросил. В ближайшие три месяца ты будешь тренироваться, и не только в стрельбе из лука. Тебе нужно тренировать руки, как сейчас покажу. — Эльфийка пригласила парня к бочке с водой, стоявшей неподалёку. — Первым делом будешь бить по воде, по тысяче ударов на каждую руку, каждый день, перед стрельбой из лука. Это упражнение будет развивать лёгкость в твоих руках, — пояснила лучница. — А через месяц мы с тобой выберемся за город, к озеру, ловить рыбу.
— Ну, с первыми двумя задачами всё ясно, а вот зачем рыбалка? — с улыбкой поинтересовался Мигс. Однако, отвлекшись от шуток, он задумался: это ведь может стать шансом для побега.
— Ты будешь ловить рыбу голыми руками. Это поможет развить быстроту реакции и сделает твою хватку железной, — пояснила Шеал. — И напоследок, дважды в день тебе предстоит заниматься ближним боем. Для этого тебе подойдёт короткий меч или кинжал — завершила она свой инструктаж.
Первую неделю Мигс тренировался под пристальным наблюдением Шеал. На четвёртый день Уврен подошёл и сказал, что в этот день тренировок не будет, велев следовать за ним. Он поведал о том, что Шеал пойдёт на битву на выживание. Мигс вздрогнул: «А вдруг она погибнет? Кто же будет меня учить? И я упущу шанс на побег!» — подумалось парню. Хозяин заметил волнение раба.
— Можешь нэ пэрэживат, она опытный боэц, нэ помрот, нэ сэгона тошно. — Успокоил Мигса огр. — А ты внэматэлно смотры, как она дэротса, прыгодытса. — Пояснил Уврен.
Они поднялись на нижние трибуны — в первые ряды. Остальные зрители тоже заняли свои места. Гладиаторы вышли на арену, среди них была и Шеал. Всего чемпионов было восемь. Тут же протрубил знакомый Мигсу рог, и заговорил ведущий:
— Почтеннейшая публика, добро пожаловать на Игры на выживание! — прогремел голос огра, его массивные руки расправились в стороны, словно он обнимает всю толпу.
— А вот и наши герои: кто же из них уйдёт живым? Делайте ставки, а ваш покорный слуга пока представит вам каждого! — огр ярко улыбнулся и начал называть имена.
— Итак, наши герои: Аст — повелитель холода, Зунгг — воришка, Рунк — повелитель времени, Линория — королева пауков, орлица — Шеал, Мунгх — берсерк и Рогволд — святой воин.
Каждый гладиатор, услышав своё имя, поднимал оружие над головой, демонстрируя свою мощь и готовность к сражению. Громкие крики поддержки раздавались из толпы, и сердца зрителей замирали в ожидании.
Тут, уважаемый читатель, считаю нужным ознакомить вас с историей каждого чемпиона.
Ресс, пустынник. Человек, который путешествовал по кристаллической пустыне, где собирал разные кристаллы, из которых создавал магические артефакты. Он один из тех немногих, кто пришёл на арену добровольно.
Аст, повелитель холода — человек со светло-русыми волосами, среднего возраста, одетый в светло-синее одеяние. В качестве оружия он использовал длинный двуручный меч, вокруг которого вращалась ледяная сфера. Свое прозвище получил за потрясающее использование магии льда и холода. Свой ледяной меч он также сам создал, выковав и зачаровав его магией льда.
Зунгг, воришка — это был скелет с обычным ятаганом в правой руке и деревянным щитом в левой. На щите был изображён хамелеон. При жизни был пиратом. Вместе со своим братом, магом Плуруггом, грабил корабли в Северном море. Но однажды их корабль потерпел крушение. Братья и другие члены пиратской команды, на обломках добрались до островов Пармат, где их, ослабевших, и взяли в рабство огры. На арене Зунгг быстро заработал себе прозвище воришка за стиль боя. Его щит с хамелеоном был волшебным; он позволял на время становиться невидимым. Один из боёв на арене стал для воришки последним, вернее, последним в нормальной жизни. За его талант его воскресил в качестве нежити огр по прозвищу Упыревладелец.
Рунк, повелитель времени — человек крепкого телосложения, в маске быка, в руках держал огромный топор с выгравированными песочными часами на лезвии. Свое прозвище получил за то, что умел на несколько минут вперед предсказать действия своих врагов. А также мог заставить своих противников быстро стареть и уставать. Сам мог себя ускорять на несколько секунд. Но самым сильным заклинанием его было "остановка времени", но оно поражало не больше трёх целей и сильно выматывало заклинателя. Каким чудесным образом его поймали огры и вынудили сражаться на арене, неизвестно.
Линория, королева пауков — эльфийка в тяжёлых латных доспехах. Из-под шлема торчали окрашенные в зелёный цвет волосы. На груди было изображение паука. Оружием ей служил страшный меч с зазубренным лезвием. Свое прозвище она получила уже на арене. Для того чтобы шокировать зрителей, на арену выпустили плотоядных пауков, которые поедали всех, кто не сумел дать отпор. Но на эльфийку ни один из них не набросился. Напротив, они как-то заботливо плели перед ней паутину, и как бы кланялись ей. Оказалось, она училась общаться с животными, но ей были интересны не птицы или звери, а пауки. Её с детства завораживала красота узоров, которые плели восьминогие, а со временем она научилась принимать облик паучихи. В этом облике она была наиболее опасна.
Мунгх, берсерк — сгорбленный орк с эрокезом на голове, держал в руке огромный молот, а за спиной было копьё. На лице была татуировка в виде загадочной руны. Как и любой орк, любит драться. Но ему мало просто драться, он мечтает вступить в братву Крутанов — элиту. Крутанами становятся только лучшие из лучших, поэтому он и пошёл на арену, чтобы доказать всем, что он крутой рубака.
Рогволд, святой воин — человек с длинными светлыми волосами, в золотых наплечниках, в белом плаще и кольчуге, вооружён молотом. Был сиротой, которого вырастили священники города Ягов. Со временем он и сам стал священником. Но он не хотел просто читать молитвы и заниматься бытом храма. Он решил стать своим Святым воином, который защищает слабых, лечит больных и провожает в последний путь погибших.
И наконец, уже известная читателю Шеал с прозвищем орлица. Так её прозвали за острое зрение, железную хватку и проворность. Легко передвигаясь по арене, она успешно расстреливала своих противников из лука и резала своим отравленным кинжалом. Одного маленького пореза было достаточно, и через пару минут жертва падала без чувств.
Ведущий продолжил свою речь.
— Уважаемые судьи, прошу вас повернуть, часы. — Протрубил рог, два огра стоявшие возле трех гигантских песочных часов, повернули первые из них.
— Да начнется битва!
На арене раздалось гулкое волнение, и зрители завопили в ожидании. Искры страсти, ненависти и надежды смешивались в воздухе, создавая атмосферу, которая удерживала всех в напряжении. Публика ждала, кто же выживет; все взгляды устремились к чемпионам, чтобы увидеть, кто из них станет настоящим победителем.
Первый ход сделал пустынник. Он бросил на землю перед собой два красных камня, из которых вышел красный пар, преобразился в двух красных, водных элементалий. В это время берсерк с криком «Вагх!» бросился на повелителя холода. Тот блокировал молот своим ледяным мечом, навершие тут же покрылось инеем. Вакх на орочьем – это что-то вроде ура. Воришка, почти сразу, исчез их виду. Святой воин встал в оборонительную стойку, ожидая атаку с любой стороны, шептал он древнюю молитву, которая всю жизнь его сопровождала. Водяные элементали пустынника атаковали, сражавшихся Аста и Мунгха. У берсерка от холода пальцы стали темно-зелеными, а когда его окатил поток воды, он весь поежился, однако разгоряченная битвой кровь не давала ему поддаться холоду. Водяная рука схватила орка и пыталась перекрыть ему доступ воздуха. Этой стычкой воспользовался повелитель холода. Как только вода полностью покрыла могучее тело орка, он применил морозную волну. И почти мгновенно берсерка и водяного заморозило — превратило этих двоих в ледяные скульптуры. Затем ледяной маг щелкнул пальцами, и замороженные разбились, словно стеклянные, на мелкие осколки льда.
В это время, Шеал отстреливалась от повелителя времени, она знала, что нельзя вступать с ним в ближний бой. Тот, используя магию ускорения, уворачивался от каждой стрелы. Это действие было больше похоже на игру в догонялки.
Одновременно с этим воришка вышел из сумрака. Он подождал момент и нанёс смертельный удар в спину королеве пауков, которая была занята сражением со вторым водяным элементалем. Как только Линория рухнула на землю, скелет вновь растворился в воздухе. Теперь же он намеревался сделать то же самое со святым воином.
В это же время Ресс тоже решил заканчивать этот кровавый цирк. Он решил атаковать Аста, предвидя его атаки льдом, он отозвал своего водяного союзника. Он достал из кармана лазурный камешек и применил его чары, вызвав магический буран. В ответ на это действие морозный маг закрылся за ледяной стеной. И хотя Аст укрылся от атаки, буран стал наносить урон по другим бойцам. Магия пустынника нейтрализовала магию Рунка, тот потерял возможность двигаться так же быстро, как раньше. Этим Шеал и воспользовалась, не раздумывая ни секунды, она пустила отравленную стрелу в повелителя времени, и выстрел оказался точным. Через несколько минут у Рунка онемело все тело.
В этот момент Зунгг уже подкрался к спине Рогволда, но тот ожидал подобного, подлого хода. Он быстро развернулся и толкающим ударом оттеснил скелета — тот упал на спину, выронив свой ятаган. Затем Рогволд поднял молот над воришкой, навершие блестнуло, как маленькое солнышко, и в следующее мгновение молот обрушился на череп Зунгга. Произнеся очередные слова молитвы, душа живого мертвеца наконец-то оставила раздробленные кости. В воздухе прозвучали слова, слышные только святому воину — «Спасибо». И освобожденная душа навсегда покинула этот мир.
Наконец протрубил рог, означающий конец битвы. Как только последние звуки рога стихли, на арену опустилось напряженное молчание. Публика, переведя дыхание, не могла поверить в то, что только что произошло.
Каждый чемпион, совершивший свои последние действия, остался на поле боя — победители и побежденные, каждый, сражавшийся за свою судьбу. Мигс, стоя в первом ряду, ощущал, как холодок пробегает по его спине при мысли о той жестокости, что только что развернулась на арене Блюверга.
Шеал, орлица, без усталости и страха, стала одним из самых ярких представителей силы и мастерства. Усталая, но не сломленная, она впредь будет примером того, как даже среди мрачных реалий арены можно найти величие. Мигс, вдохновленный её примером и решимостью, понял, что его собственные испытания только начинаются.
"Если она может сражаться так легко, значит, и я способен стать кем-то большим," — пронеслась мысли в его голове. Но за этой надеждой скрывалась тревога: что, если следующий бой будет его последним? Мысли о будущем, полном неопределенности и врагов, внезапно накрыли его, как тень, которая обрушивается на мир с высоты. Он сжимал кулаки, готовясь к предстоящим тренировкам, и к тому, что ему, возможно, вскоре придется не только наблюдать за сражением, но и участвовать в нем.
Глядя на Шеал, полную уверенности и силы, он задал себе вопрос: "Смогу ли я стать таким же?" В тот момент, когда арена вновь наполнилась громкими аплодисментами и звуками восторга, Мигс понял: его время пришло. Впереди его ждут новые испытания, новые сражения, и, возможно, шанс на свободу. В его сердце зарождалась уверенность: он не просто раб, но и воин, и, хоть он и едва вошел в этот мир, он больше не собирался быть простым зрителем.
Закрыв глаза на мгновение, он приготовился к переменам, которые готовила ему судьба. Он отправился в предстоящее утро, полное надежд и страхов, но с новым пониманием — он готовиться стать частью новой поразительной истории.