Нет, не о совах мы сегодня поговорим, и не о ласках, и даже не о лисах. Но все же о природе, а заодно - о некоторых ее защитниках. Вообще говоря, с этой публикой я всегда старался дел никаких особенно не иметь, очень уж расходились их идеалы с позицией ученого - мы не вмешиваемся в мир, мы изучаем его таким, каков он есть. Однако, как известно, из любого правила имеются исключения, и случилось так, что с некоторыми из этих персонажей судьба меня все-таки свела. Произошло это в тот период, когда я перестал работать в аистином питомнике. Вообще-то там тоже официально считалось, что мы помогаем природе. На самом же деле, хоть и получалось разводить в неволе аистов и молодых птиц выпускать на волю, к защите природы деятельность питомника имела весьма посредственное отношение. Достаточно сказать, что организован проект был строительной компанией для достижения ее собственных целей. А строительная компания - защитник природы выглядит примерно так же, как дохлый живец, травоядный хищник, правдивый журналист, щедрый спонсор, честный мошенник, отечественная промышленность. Впрочем, список сравнений любой желающий может продолжить.
Как уже знают, должно быть, мои читатели, с моим уходом из проекта потомство от вольерных аистов более ни разу получено не было, а я переключился от освещения лицевой стороны деятельности питомника к вопросам его изнанки. Исключительно с целью соблюдения равновесия в природе, конечно. И вот, отметив этот момент, некоторые наши защитники природы сделали вывод, что теперь я на их стороне, и принялись активно и регулярно дружить. Ну а я предложение дружбы принял, однако намекнул, что никогда в жизни не был волонтером, и не планирую создавать прецедент. То лим намек оказался понят, то ли просто одного энтузиазма оказалось им недостаточно, без специалиста тяжеловато обойтись было, так или иначе, нанимали меня несколько раз для работы на этом поприще. И каждый раз получалось так, что помимо самой работы удавалось сделать интересные, а часто и весьма забавные, наблюдения. Своеобразная изнанка ведь имеется и здесь, не только в аистином питомнике...
Один из таких заказов привел меня в столицу, куда, как я думал аж после 2017 года, более я никаким образом не попаду. Требовалось определить, какой вред наносит природе"благоустройство" парка на Яузе. Выглядела ситуация классически. С одной стороны - губители природы в виде строительных компаний и местной администрации, которые видят благоустройство как уничтожение растительности, строительство дорожек, набережных и тому подобное. Преподносится это как благо для жителей. С другой стороны - сами жители, которые готовы все эти начинания активно поддерживать. Они тоже видят здесь заботу о себе, и тоже воспринимают как благоустроенную только изуродованную природу. Ну а с третьей - малочисленная группа энтузиастов, понимающих все несколько правильнее, и готовых к борьбе, но не имеющих соответствующих знаний. Для этого, собственно, и потребовался специалист. От меня ожидали, что я найду на территории парка нечто такое, что даст возможность запретить там всякое строительство. А заодно нужно было рассчитать ущерб природе от уже проведенных и планируемых работ, в таком виде, чтобы эти цифры можно было использовать в суде, то есть по официальным методикам. Забегая вперед, я скажу, что и то, и другое сделать более-менее удалось, а в процессе изучения методик тоже выявилось немало интересного. Но это тема для отдельного рассказа. А теперь - самые сочные подробности.
Ребят-энтузиастов я могу только похвалить. Они не оставляли меня на территории одного буквально ни на минуту. А вдруг я заблужусь! Да и в каменных джунглях тоже сопровождали, что было весьма нелишним, поскольку я уже от этого биотопа и его многочисленных опасностей успел отвыкнуть. То ли дело в лесу или в поле! Поскольку были у них и другие дела, мои спутники сменялись с регулярностью насиживающих птиц - один уходит, другой или другие приходят.
Сезон для этой работы, конечно, был выбран неудачно, шел конец сентября. Значительную часть растений уже увидеть было нельзя, птицы тоже закончили размножение, некоторые улетели, другие приступили к кочевкам, так что невозможно было понять, местную особь встретил, или прикочевавшую. Понимая этот момент, защитники природы пообещали, что пригласят меня еще раз или два, в мае. Однако почему-то позабыли или передумали. Подождав еще пару месяцев, решил я их похвалить, чтобы ребята не думали, что и я о них позабыл. Напротив, я все хорошо помню, в том числе и множество приятных минут, которые пережил в процессе общения.
Не могу не отметить, что некоторая подготовка у энтузиастов все-таки была. Например, все, с кем я говорил, одинаково ответили на довольно непростой вопрос. А был он вот каким:
Территория, о которой мы говорим, не всегда выглядела так, как сейчас. Исторически там располагалось село с типичными сельскими ландшафтами. Понятно, что еще раньше, вероятно, экосистемы были представлены типичными для данной природной зоны сообществами. Во время войны и позже, как я понял, были объекты оборонного значения. ландшафты тогда были открытыми, практически без деревьев. Затем территория превратилась в дачные участки. Остатки последних из них в виде одичавших культурных растений и кое-где сохранившихся фрагментов заборов я еще увидел. Потом все заросло лесом, с преобладанием американского клена, как часто бывает на нарушенных человеком землях. Лес развивается по своим законам, и американский клен подвергся прессу со стороны деревьев-аборигенов, в значительной степени вытеснивших его. Что интересно - не клен вытеснял местные виды, а они оказались конкурентоспособнее. Где-то на этом этапе объект объявили памятником природы. А вопрос у меня был такой - какое из всех этих разных состояний данной территории мы должны считать эталонным, пытаться сохранить, и почему именно его? Все, у кого я спрашивал, ответили одинаково - состояние на момент создания памятника природы. И не только потому, что оно где-то официально закреплено. Раз памятник природы здесь тогда был создан, стало быть, именно эти ландшафты представляют особую ценность (напомню, на тот момент был лес с преобладанием американского клена). В принципе, довольно логично, и радует, что к такому вопросу все оказались готовы.
В какой-то момент меня привели на площадку, где строители планировали полностью уничтожить почвенный покров. Здесь требовалось составить список травянистых растений. Я называл, мой спутник записывал. Что позабавило меня больше всего - он не делал разницы между представителями зональной растительности и сорняками, которые на этой площадке произрастали во множестве. Поэтому список получился внушительным. Именно его предполагалось использовать для обоснования запрета всякой стройки, поскольку оная стройка нанесла бы ущерб десяткам видов растений (две трети из которых относятся к сорнякам). Справедливости ради должен отметить, что остальные участники в ботанике были более подкованы, названия многих растений знали сами, и показали даже места произрастания нескольких видов-краснокнижников.
Самая забавная история произошла после встречи с полевой мышью. Это млекопитающее мой спутник (тот самый, первый) тоже аккуратно записал, как обитателя парка. И объяснил, что это очень важная находка. Дело в том, что парк находится в Москве. Стало быть, все обитающие там виды являются собственностью правительства Москвы. (Вспомнилась тогда новость из интернета, прочитанная много лет назад. Где-то застрелили лебедя. И журналист написал об этом случае так "Браконьер убил лебедя и тем нанес огромный ущерб Министерству природопользования России". Вот так... Не природе нанес ущерб, даже не народу, а Министерству! О многом говорит эта фраза, не правда ли?) ну а редкие виды - это особенно ценное имущество правительства Москвы, поэтому их и занесли в Красную книгу. В числе прочих видов там и полевая мышь присутствует. Если же здесь будет строительство, то погибнут места обитания этих животных, и будет нанесен ущерб... Кому, как вы думаете? Правильно, правительству Москвы! Сдерживая позывы гомерического хохота, я вполне серьезно прокомментировал: "Да-да,я и раньше слышал, что Москва - бедный город, для него и мышь будет особо ценным имуществом, согласен!" И был награжден благодарной улыбкой спутника. Кстати, уже дома я Красную книгу Москвы проштудировал. Полевой мыши там не нашел.
