После того, как я заподозрил Михаила Афанасьевича в плагиате (он явно позаимствовал для пьесы «Бег» сцену тараканьих бегов у А.Н. Толстого), то захотелось всё же разобраться в личности писателя, который уже после того, как он «заслужил покой», заставил всех нас его читать и обсуждать. Выбор мой пал на биографию Булгакова, вышедшую из-под пера Алексея Варламова, с которым я лично знаком и который все-таки вызывает у меня доверие.
А вот дальше началась какая-то мистика. Во-первых, книга в серии ЖЗЛ оказалась очень толстой (более 800 страниц). Во-вторых, она уже не раз переиздавалась. В-третьих, писатель Варламов решил рассказать о судьбе своего коллеги по профессии с помощью… женщин. Он разбил текст на три части – ровно на число официальных жен своего героя. И в какой-то степени был прав, ибо совершенно очевидно для меня после прочтения данной биографии, что Михаил Афанасьевич относился к прекрасным дамам, мягко говоря, снисходительно. А в ряде случаев – расчетливо. Впрочем, как и они к нему.
Забавно, что основным источником свидетельств о Булгакове служат не только мемуары его собратьев по перу и его письма, но и дневники и письма всех трех жен и сопровождающих их родственниц и подруг. По сути, нам презентован женский взгляд на обаятельного, но невероятно честолюбивого и амбициозного мужчину, мнившего собственную персону гением. И втихомолку плакавшего на коленях у жены номер три от того, что его не печатают. И, судя по книге Варламова, из кожи вон лезшего, чтобы понравиться всем.
При этом его гордыня явно мешала ему быть адекватным в оценке собственного места в отечественной культуре и литературе. Причем, Булгаков не гнушался элементарным плагиатом, заимствуя у других авторов целые сюжеты. Например, повесть «Роковые яйца» имеет в анамнезе один из романов Герберта Уэллса («Пища богов»). А уж зеркальное отражение в пьесе «Дни Турбиных» мотивов чеховской драмы «Три сестры» не заметит только двоечник.
Биограф скандального писателя этих особенностей творчества не скрывает, но и не объясняет. Зато от всей души буквально уничтожает МХАТ за то, что театр и его руководство не дали развернуться Булгакову в качестве драматурга. При том, что тех же «Турбиных» играли постоянно. Такое ощущение, будто умный и опытный литературовед и писатель поддался на аргументы защитниц и подруг жизни Булгакова и выставил счет тем, кто с ним спорил и полемизировал.
И уж вряд ли справедливо поднимать на щит своенравного, хотя и талантливого автора за счет умаления достоинств творчества тех, кто тогда был рядом с ним, и кто в буквальном смысле двигал советскую литературу вперед. В этом ряду главная «жертва» биографа – «красный граф» А.Н. Толстой.
Что же касается оценки роли женщин в жизни и творчестве Булгакова, то, на мой взгляд, биограф был явно смущен тем, каким эгоистом был его герой, уведя 2-ю и 3-ю жену от прежних мужей. При этом, бросив первую. Впрочем, пора назвать имена этих невольных «маргариток»: Татьяна Лаппа, Людмила Белозерская и Елена Шиловская.
Последняя, судя по всему, приложила руку не только к жизни Михаила Афанасьевича, но и к его творчеству. Ведь целых четверть века рукопись его закатного романа находилась в ее руках, и она могла совершить с ней всё, что угодно. Достаточно того, что в эвакуации в Ташкенте Шиловская пустила ее по рукам, чтобы доказать гениальность «ее Миши». Хотя ее заслуги в этом тексте нет никакой. Разве что с ее подачи второй супруг и писатель был вынужден допридумать для главного героя, который что-то мастерит, некую любовницу и позаимствовать ей имя из «Фауста».
Странное впечатление остается после этой толстой книги. Она вроде бы честно и достоверно описывает жизнь М.А. Булгакова, но такое ощущение, что его биограф постоянно старается уйти от некоторых «скользких» тем, включая вопросы религии, отношения к русскому народу, постоянный эпатаж и раздутое ego писателя – обо всем этом Алексей Варламов пишет в своем биографическом гроссбухе.
Получается, что его женщины считали его гением, а его друзья-мужчины – «посредственным венерологом из Киева». После прочтения этой книги я так и не понял: чья позиция более справедлива.
Напоследок уважаемый мною Алексей Варламов приводит цитату из Пушкина. Ту самую, которой открывался спектакль Георгия Товстоногова в БДТ в 60-е годы прошлого века: «Черт догадал меня родиться в России с умом и талантом». Постановка называлась «Горе от ума». А цитату биограф Булгакова исказил.
Вот и не верь после этого в мистику. Не говоря уже о роли женщин в жизни и творчестве литературных (и иных) гениев.
Сергей Ильченко