Когда мы с женой впервые прилетели в Париж, я был уверен, что это будет что-то вроде первой любви — только с городом.
Всё-таки Париж для меня всегда был символом красоты, романтики, архитектуры и тонкого вкуса к жизни.
Сколько раз я представлял, как мы завтракаем на уютной террасе с видом на Эйфелеву башню, гуляем под руку по мостам Сены и встречаем закат на Монмартре.
Но реальность Парижа оказалась не только далека от сказки, а порой даже походила на грубую шутку
Первый удар случился ещё в аэропорту.
Нас продержали на паспортном контроле почти час — сотрудник, словно нарочно, изучал каждый штамп, потом начал задавать вопросы про цель визита и бронирование отеля.
Сначала я подумал, что это просто совпадение, мол, попали в неудачную смену. Но потом я понял, что холодность — это здесь, кажется, стиль общения.
Уже в такси мы с женой переглянулись — дорога от аэропорта до города шла мимо бетонных стен, облепленных граффити, заброшенных зданий и палаток.
В каких-то из них явно жили люди. Мой первый шок:
Париж действительно красив, но только на открытках.
А если съехать на два квартала в сторону, он вдруг становится совсем другим — грязным, громким и неуютным.
Мы поселились в отеле рядом с Монпарнасом.
Выбирали заранее, по отзывам. Три звезды, нормальные фотографии, всё казалось прилично. Но на деле — мрак.
Комната была настолько маленькой, что чемоданы приходилось ставить вертикально, чтобы пройти к кровати.
В ванной — пятна на стенах, плесень в швах.
А ночью к нам в окно в туалете забежала крыса. Настоящая.
Жена вцепилась в мою руку и прошептала: «Слушай, это точно Париж, а не декорации к фильму ужасов?»
На следующее утро решили отыграться — пошли в знаменитое парижское кафе в надежде, что нас спасёт круассан и кофе.
Заказали завтрак: два круассана, омлет, кофе с молоком.
Нас обслуживали так, как будто мы чем-то провинились.
Официант даже не посмотрел в глаза — молча бросил приборы на стол и ушёл. Счёт: 29 евро.
При этом омлет был, мягко говоря, посредственный.
Круассаны — обычные, без восторгов.
За те же деньги в Лиссабоне можно было съесть два обеда на двоих, и ещё останется.
— Может, просто надо найти «правильный Париж»? — спросила меня жена, пока мы шли к метро.
— А где он, этот правильный?
В кино? — пробурчал я, пытаясь вставить билет в турникет, который почему-то отказался срабатывать.
Это город живёт своей жизнью
В метро пахло смесью плесени и дешёвых духов.
Мы ехали к Лувру. Толпа. Шум. Туристы с рюкзаками, подростки с колонками, кто-то в углу спорил с полицейским.
Один парень громко кричал в телефон, и никто даже не моргнул.
Мы стояли в вагоне и молча впитывали это — всё происходящее будто кричало:
«Это город живёт своей жизнью. И тебе в ней никто не рад».
Перед Лувром была очередь длиной в час.
Я стоял и слушал, как сзади англичанин рассказывает своей девушке, что они в третий раз идут сюда, потому что в прошлый раз из-за давки у «Моны Лизы» чуть не потеряли друг друга.
Когда мы добрались до неё, я понял, что он не шутил: перед маленькой картиной стояла толпа в три ряда, все снимали на телефоны, а охранник нервно следил, чтобы никто не подходил слишком близко.
— Ну и как? — спросила жена, когда мы вышли.
— Мона, прости, но мне было не до тебя, — ответил я.
Мы оба рассмеялись, но это был нервный смех.
Париж как будто не хотел нам понравиться
Однажды вечером мы шли по улице и услышали драку.
Прямо возле кафе двое мужчин на повышенных тонах выясняли отношения, один в итоге ударил другого бутылкой по спине.
Люди, сидевшие рядом, даже не повернулись. Мы поспешили уйти.
Потом узнали, что в этом районе недавно участились уличные грабежи.
Это был второй шок: в Париже, оказывается, реально небезопасно.
Особенно вечером.
Конечно, были и хорошие моменты.
В один из дней мы попали в маленький винный бар, где хозяйка сама разливала вино, жарила хлеб с чесноком и смеялась, будто мы у неё в гостях.
Мы с ней разговорились, и она сказала фразу, которая запомнилась:
— Париж — это как влюблённость, но с похмельем.
И вот, наверное, в этом весь Париж.
Он красивый, да. Но не тот, что в твоей голове. Он — уставший, вечно недовольный, дорогой и шумный.
В нём живут реальные люди, а не персонажи фильмов.
И им, как и нам, бывает тяжело. Т
Только туристы ещё верят, что здесь разлита магия.
Меня поразило, насколько Париж оказался городом с двойным дном: всё глянцевое и «инстаграмное» — это одна реальность.
А настоящая — под ногами. И пахнет она совсем не парфюмом.
Версаль- тишина ,зелень, чистые дорожки
На пятый день мы поехали в Версаль — и только там я впервые выдохнул.
Тишина, зелень, чистые дорожки. Как будто выехали из другого мира.
Жена в тот день сказала:
— Знаешь, я теперь понимаю, почему все богатые парижане живут за городом.
Мы вернулись в Париж только к ночи. И я был рад, что это последняя ночь.
Когда мы улетали, я не чувствовал грусти.
Скорее — облегчение. Потому что я наконец-то увидел, какой бывает разрыв между мечтой и реальностью.
Вот что я понял: Париж — это не город, в который ты влюбляешься.
Это город, который показывает, насколько ты был наивен.
А ты был в Париже? У тебя были такие же ощущения?
Или, наоборот, он тебя покорил?
Напиши в комментариях — очень интересно твое мнение …