В раннем детстве Юлю было сложно осознать, почему она живет не с мамой и папой. С самого младенчества она росла в деревне, под присмотром своей прабабушки Галины Михайловны. Однажды девочка случайно услышала разговор между прабабушкой и соседкой, из которого поняла, что родители оставили её на попечение Галины Михайловны, чтобы получить образование. Несмотря на обещания родителей забрать Юлю после окончания учебы и устройства на работу, они не спешили этого делать, ссылаясь на занятость. Юлия не чувствовала к приезжающим родителям той близости, которую обычно испытывают дети к своим родителям. Они были для нее скорее чужими людьми, которые навещали ее, привозили подарки и уезжали. В такой ситуации ей было трудно понять, что эти люди - ее мама и папа.
В свою очередь бабушка обожала внучку и исполняла все её желания.
Они жили в согласии и поддерживали друг друга.
Благодаря занятиям с Галиной Михайловной, Юлия уже в пять лет уверенно читала и считала, что позволило ей пойти в школу на год раньше.
Учеба не была её страстью, но она прилежно занималась, не желая расстраивать любимую бабушку.
Она успела закончить начальную школу, когда родители решили, что ей пора переехать к ним в город.
Юлия слышала разговор отца с бабушкой, из которого поняла, что у мамы высокая должность в областном министерстве образования, а отец преподает в институте.
Казалось странным, что дочь таких успешных родителей живет отдельно от них.
Юлия сопротивлялась переезду, но Галина Михайловна настояла, сказав, что родители лучше знают, как будет лучше для неё. Юля не могла ослушаться бабушку.
Квартира родителей поразила Юлю своими размерами, изысканной мебелью и обилием света. Порядок и приготовление пищи обеспечивала домработница.
У Юлии была собственная большая комната, обставленная как в глянцевом журнале.
Поначалу ей было даже страшно спать в этой комнате. Ей казалось, что она находится в чужом доме.
Она пошла учиться в гимназию и первое время чувствовала себя неловко среди одноклассников и учителей, но вскоре поняла, что они вполне дружелюбны.
Никто не пытался её обидеть или унизить.
Однако близких подруг она так и не нашла. Она очень скучала по бабушке и однажды сбежала к ней.
Это произошло спонтанно. Возвращаясь из гимназии, она увидела машину соседа бабушки, дядю Толю, а затем и его самого.
Сообразив, она попросила его подвезти её к бабушке, сказав, что та её ждет.
Добродушный сосед поверил девочке и быстро доставил её к любимой бабушке.
Галина Михайловна, поражённая новостью, тут же схватилась за телефон, чтобы сообщить родителям сбежавшей девочки о случившемся.
Оказалось, что те ещё не заметили отсутствия дочери. С её ухода из школы прошло не больше часа.
— Юля, — строго начала Вика Алексеевна, к которой девочка с трудом привыкла обращаться "мама", — ты оторвала нас с отцом от важных дел. Это совершенно неприемлемо! Ты должна помнить о нашей репутации и вести себя соответственно.
— Да, доченька, пожалуйста, не делай так больше, — мягко добавил отец. — Ты же умница. Зачем ты убежала?
— Я очень соскучилась по бабушке. Мне без неё очень тяжело… — тихо ответила Юля, потупив взгляд.
Ей казалось, что причина очевидна.
Родители обменялись взглядами и надолго уединились для обсуждения.
В конце концов они решили, что Юлия сможет навещать Галину Михайловну по выходным дважды в месяц.
Юля была несказанно рада, но всё равно не понимала, почему родители так встревожились.
Ведь они и так видели её от силы раз в день из-за своей занятости, и она была практически предоставлена сама себе.
Хотя нет, за её питанием и успеваемостью следила Вера, помощница по хозяйству, которая теперь приходила к ним каждый день.
Так продолжалось два года, пока Галина Михайловна не умерла.
Тринадцатилетняя Юля, впервые столкнувшись со смертью близкого человека, была безутешна.
Целый месяц она отказывалась ходить в школу, потеряла аппетит и постоянно плакала. В итоге мать обратилась к психологу, который помог девочке немного прийти в себя.
Однако справляться с ней стало гораздо сложнее. Предоставленная самой себе, Юля стала хуже учиться.
До двоек дело не дошло, но о бюджетном месте в вузе можно было забыть. Она гуляла допоздна и дерзила взрослым. Хорошо хоть, не пила и не курила!
— Переходный возраст, — вздыхала Вика Алексеевна в телефонном разговоре с подругой. — Ты же знаешь, как это бывает. Растишь, растишь, а потом всё идёт наперекосяк. Но я надеюсь, мы справимся.
Юля, внешне демонстрируя непокорность и пренебрежение, внутренне страдала по умершей бабушке. Это был её способ справиться с болью, как пишут в романах.
К шестнадцати годам Юлия стала более сдержанной, и отношения с родителями наладились. Они обменивались формальными приветствиями по утрам, обсуждали новости за ужином и даже иногда вместе посещали общественные места. Важной частью их жизни были обязательные походы в театр или на выставки, где они должны были демонстрировать образ благополучной семьи.
Роковой день рождения Олега, которого Юляпочти не знала, стал переломным. Поддавшись уговорам подруги, она пошла на вечеринку в надежде развлечься и, возможно, найти парня. Там, впервые попробовав алкоголь, Юля потеряла контроль над собой. Она смутно помнила танцы и поцелуи с именинником.
На следующее утро она чувствовала себя ужасно и поклялась больше никогда не пить. Но через два месяца стало ясно, что она беременна. Юля боялась рассказать родителям и тянула время, пока беременность нельзя было скрыть.
- Тебе всего семнадцать! О чём ты думала?! – кричала мать, забыв, что сама родила Юлю в девятнадцать. Тебе в институт поступать! Почему ты не сказала раньше? Мы бы решили эту проблему! Какой позор!
Отец молчал, выражая своим видом неодобрение.
- Так, – Вика Алексеевна взяла себя в руки. – Поедешь к моей подруге в другой город. Там родишь и оставишь ребёнка в роддоме. В институт поступишь в следующем году. Всем скажем, что ты уехала на лечение за границу.
- Кому скажем, мам?
- Всем! Людям! – снова закричала мать. Ты не понимаешь, что рушишь жизнь не только себе, но и нам?!
- Это же твоя внучка, мам, – Юля попыталась достучаться до матери.
- Ты меня ещё и стыдить вздумала? Делай, как я сказала!
- Нет. Это мой ребёнок, и я его никому не отдам, – твёрдо заявила Юля.
Вика Алесеевна, помолчав и бросив взгляд на молчаливого мужа, холодно объявила:
- Тебе придется уйти. Я не потерплю здесь внебрачных детей и их безответственных матерей.На этом разговор был окончен.
После этого в квартире повисла гнетущая тишина. Юля понимала, что мать непреклонна, но и сама сдаваться не собиралась.
Она не знала, куда идти и как жить, но верила, что они с дочкой справятся вдвоем.
Просить помощи у подруг она не хотела, чтобы не обременять их. Обращаться к отцу ребенка было немыслимо – он даже не знал о ее существовании.
Оставался единственный выход – дом бабушки. Там, скорее всего, ее осудят, но не выгонят.
Правда, Юля забыла, что дом уже несколько лет пустовал и пришел в запустение. Он и раньше не отличался комфортом, а теперь и вовсе обветшал.
К ее удивлению, даже сварливая соседка не стала ее ругать, а принесла продукты и постельное белье.
Дядя Толя помог подключить газ и воду, вызвав специалистов. Деревенский фельдшер регулярно навещала Юлю, чтобы проверить ее здоровье.
Через пять месяцев родилась Галя. Даша назвала дочь в честь прабабушки.
Родители узнали о рождении ребенка, и мать приехала в роддом. Юля надеялась на примирение.
Но Вика Алексеевна вновь предложила ей оставить ребенка и вернуться домой.
- Нет, – твердо ответила Юля.
Теперь ее дом был в другом месте.
Юлия и представить себе не могла, насколько тяжело будет одной с младенцем в полуразрушенном доме, без средств к существованию и какой-либо поддержки. Никто не обязан был помогать ей с ребенком, но девушка и не просила никого о помощи, уверяя соседей, что у них с дочкой все в порядке.
Однако, "в порядке" не было. Детского пособия едва хватало на самое необходимое. Материнский капитал мог бы пойти на ремонт, но Юля понимала, что этих денег все равно недостаточно, чтобы привести дом в порядок или купить другое жилье.
С трудом они прожили первый год Галюни. Затем Юля, отчаявшись, упросила владелицу местного магазина взять ее на работу фасовщицей.
Юля брала дочь с собой. Тихая и спокойная девочка сидела в старой коляске, вызывая умиление у покупателей.
Кто-то сообщил об этом в органы опеки, и вскоре к Юле пришли сотрудники, заявив, что вынуждены временно забрать у нее ребенка.
Юля была в отчаянии и умоляла их не делать этого.
— У тебя совсем нет родственников? — спросила одна из сотрудниц.
— Есть родители, но они меня выгнали. Я их опозорила, — рыдая, ответила Юля. — Они примут меня только без ребенка. Но я не отдам Галю!
— Нам все равно придется ее забрать. Временно. Как только наладишь быт, мы ее вернем.
— Пожалуйста, не надо!
Сотрудники опеки, сжалившись, дали ей полгода на то, чтобы привести дом в порядок и найти средства к существованию.
Позже они привезли кое-какие вещи и детское питание.
Но Юля понимала, что не сможет выполнить их условия. Что делать? Бежать? Но куда?
Неожиданно на помощь пришла соседка.
— В коттеджном поселке неподалеку живут пенсионеры. Они ищут домработницу.
Они обеспечены, продали бизнес и решили поселиться здесь. Я поговорила с ними. Они готовы с тобой встретиться. Как ты на это смотришь?
— Я с радостью! Только Галюня…
— Они знают о ней. Вроде бы не против.
Илью Ивановича и Розу Петровну сложно было назвать стариками. Подтянутые, с лучистыми улыбками, они выглядели гораздо моложе своих лет. Сначала они с осторожностью изучали девушку и её дочь, но вскоре, словно приняв решение, уверенно заявили, что молодая мама им подходит.
- У вас спокойная девочка, я смотрю, - заметила Роза Петровна ровным тоном. Она сможет сама играть в детской комнате. Мы её для внуков обустроили, но они живут за границей и редко приезжают, - с грустью добавила она.
Однако Гале не пришлось играть одной. Хозяева наперебой развлекали малышку, пока Юля занималась уборкой в их доме. Спустя месяц они предложили Юлии переехать к ним жить.
- Дом большой, места всем хватит, - сказал Илья Иванович. Тебе не придется постоянно ездить к нам, и мы всегда сможем тебя позвать, когда понадобится.
- Я так счастлива!" - воскликнула Юля, не сдержав слез.
Приближалась зима, а это означало, что в старом, продуваемом доме бабушки будет очень холодно, несмотря на отопление. В прошлом году Галюня из-за этого постоянно болела.
Пенсионеры заключили с Юлей официальный договор. Сотрудники опеки проверили условия проживания и решили, что нет оснований забирать ребенка у девушки.
После переезда Юля почувствовала себя как в раю. Работы она не боялась, ведь бабушка научила её всему по хозяйству.
Да и что там было убирать? Никто не ходил по дому в грязной обуви. А сколько техники: пылесос, стиральная машина и другие полезные приспособления!
Юле даже было немного неловко. Она чувствовала себя бездельницей, поэтому начала готовить еду.
Родители Юлии появились неожиданно. Она вышла за калитку, чтобы встретить курьера с продуктами. Вместе с ней вышел Илья Иванович, держа на руках маленькую Галю.
- Ку-ку, - отчетливо произнесла малышка слово, которому её научил Илья Иванович и оба весело смеялись.
- Ага, - протянула Вика Алексеевна, с презрением оглядывая эту сцену. Я так и знала.
— Привет, мама. И папа тоже, — Юля старалась выглядеть спокойно, ожидая, что сейчас начнется скандал. — Как вы здесь оказались?
— Да вот, добрые люди рассказали, как моя дочь стремится к дну, — произнесла мама с сжатыми зубами.
- Наверное, речь идет о бабе Тоне, — подумала Даша, а вслух сказала:
— Мам, где ты увидела это дно? У нас с Галей всё в порядке. Мы не голодаем, не ходим в рванье, никакой нищеты, под забором не спим…
— Ты опять дерзишь матери? — спросила Вика Алексеевна.
Отец, как обычно, молчал.
— Ты считаешь нормальным быть содержанкой пожилого человека?! — неожиданно закричала мама.
Галюня испугалась и начала хныкать.
— Юля? — произнес Илья Иванович.
— Всё в порядке, — обернулась она к нему. — Я сама разберусь.
— Пойдём, моя хорошая, — мягко сказал Илья Иванович Гале. — Дедушка покажет тебе что-то интересное. А мама сейчас подойдёт.
Галя радостно обняла его и успокоилась.
— Мам, ты ведь образованная и культурная женщина, — произнесла Юля, когда дочь с Ильёй Ивановичем исчезла за калиткой. — Как можно так говорить о других людях? Тем более, не зная всей правды.
— Я знаю достаточно! — резко ответила Вика Алексеевна. — Превратилась в низменную личность и думаешь, никто этого не заметит?! Он же мог бы быть тебе дедом! А в его жене что, ума не хватает следить за этим?! Или вы там все вместе…
— Мам!!!
— Да ты что, Викуша, — внезапно вмешался отец. — Ты перегибаешь палку.
Резко побледневшая Юля едва удерживалась, чтобы не ударить мать.
— Эти люди, — произнесла она с холодом в голосе, — гораздо порядочнее и добрее, чем вы.
Они приютили меня и Галю , дали мне работу и заботу о вашей внучке. Не смей говорить о них плохо.
— Ну, конечно! Я даже не сомневалась, что ты их станешь защищать! А я вот вызову опеку! Посмотрим, что тогда будет!
— Опека уже была здесь. Что ты хочешь? — с Юли словно выпустили воздух, и ей стало даже жалко мать, так старающуюся казаться «приличной» перед другими.
— Мы решили, что тебя здесь обижают, — неожиданно сказал отец. — Ты могла бы вернуться домой… с ребёнком.
— Вам теперь не станет стыдно перед людьми? — усмехнулась Юля.
— Мы всё обдумали!.. — взвесила мать.
— Напрасно. Я не вернусь. И напоминаю, что я уже давно совершеннолетняя, и заставить меня вы не сможете.
Не слушая дальше, Юля схватила пакеты и скрылась за калиткой.
******************************************************************************************Ваша активность - лучшая награда для автора!
Буду очень благодарен за репосты, рекомендации, комментарии и лайки. И не забудьте подписаться, чтобы всегда быть в курсе новых интересных историй из реальной жизни.
Спасибо за вашу ежедневную поддержку и интерес к моему творчеству!