Приветствую вас, дорогие подписчики и случайные читатели!
Этот рассказ я посвящаю своей маме. Завтра, 12 июля, мне исполнится 42 года. Именно благодаря маме я появилась на свет. Она первой почувствовала моё движение и стала свидетельницей того, что я живу.
Когда человеку исполняется 40, этот рубеж может показаться необычным и даже немного странным. Мысли о том, как так вышло, часто приходят перед сном, несмотря на все попытки их прогнать.
Возраст — удивительное явление. Его можно сравнить с переездом. Куда бы человек ни отправился, он всегда берёт с собой самое важное — своё внутреннее «я». Это «я» не всегда заметно окружающим, даже самому человеку. Иногда он не в состоянии до конца понять свои чувства и мысли.
Итак начинается рассказ :
Эта организация работала без выходных, но комната отдыха здесь была.
Туда и направился Пилатан, чтобы погрузиться в «ничто». После каждой земной командировки он проводил там неопределенное время. Понятия «время» в этой конторе не существовало.
Задача всего персонала была одна: принимать экзамены. Пилатан отвечал за главный экзамен, от которого зависела судьба человеческой души. Люди на Земле даже не подозревали, что всю жизнь сдают экзамены. Только один из них был самым важным — он решал судьбу души.
Пилатан не знал, сколько времени прошло в комнате отдыха. Здесь его невозможно было измерить или почувствовать. На его столе лежал список с не более чем десятью именами. Каждому человеку давали определенное время для подготовки и сдачи экзамена — от двух до пяти лет.
Первым в списке было имя Константин: 35 лет, хирург в детской больнице. Экзаменационный период длился три года. Образ экзаменатора: мальчик пяти лет, сирота. Прочитав последние строки, Пилатан тяжело вздохнул. Принимать облик детей было для него нелегко. Чувствовать боль детской души, хоть и на время, было невыносимо. Дети не знают о смерти и конце, и любая боль для них кажется бесконечной.
Ангелы могли принимать любой образ на Земле, если это требовалось для экзамена. Времени в конторе не существовало. Пилатан оказался на Земле.
Он сидел у окна и смотрел на звезды. «А у звезд есть родители?» — размышлял мальчик лет пяти, глядя на ночное небо. «Наверное, нет, иначе люди не давали бы им имена.»
— Мишутка, что ты опять не спишь? Утром не сможешь встать и останешься без завтрака! — голос другого мальчика прервал мысли Миши. Это был его друг Дима.
— Ты тоже так считаешь? Думаешь, я странный? — спросил Миша, глядя прямо в глаза Диме. Дима молча сделал шаг назад и сел на кровать.
— Ну просто те, кто здесь с рождения, не странные, как ты. Надо привыкнуть, и станешь таким же, — сказал Дима, тяжело вздохнув.
— А ты сам «такой же»? — спросил Миша и спрыгнул с подоконника. Дима промолчал. Он не знал, какой он сам. В пять лет сложно разобраться в себе.
— Пошли спать, — сказал Дима уставшим голосом и встал с кровати.
Утром Миша снова не успел к завтраку. Он жил в детском доме уже три месяца и не мог привыкнуть к режиму. Ему казалось, что можно есть и гулять когда угодно.
В детском доме он чувствовал себя «забытым родителями в садике». Однажды мама поздно забрала его из садика, и это чувство он запомнил навсегда. Теперь оно сопровождало его каждый день.
— Мишка, попадет тебе от воспитательницы, опять проспал завтрак, — сказала тетя Люда, увидев, что мальчик остался в постели. Она подошла и погладила его по голове. — Да ты весь горишь! Я за медсестрой.
Через несколько минут пришла медсестра. Осмотрев Мишу, она сказала срочно вести его в больницу.
Сначала Миша почувствовал, что его несут, скорее всего, на руках, но не был в этом точно уверен. Мальчику казалось, что все окружающее пространство вокруг перемешалось и становилось все непонятнее, будто он погружался в липкий противный туман с каждой секундой все дальше и дальше. Последнее, что услышал мальчик более-менее понятное, это был звук сирены скорой помощи. Все это время он не мог говорить, ему было трудно даже открыть глаза. Вскоре он перестал совсем что-либо слышать и понимать, сознание мальчика полностью отключилось.
Когда мальчик начал приходить в сознание, первое, что стало более-менее ясным и понятным для него, это был слух, разного рода звуков вокруг было огромное количество. Среди них были и старые, уже знакомые звуки, и совершенно незнакомые, новые, иной раз даже немного даже пугающие. Особенно среди человеческих голосов было много разного неповторимого. Среди них он и услышал два совершенно непохожих друг на друга голоса. Миша не мог открыть глаза, даже пошевелить руками и ногами стало для него невозможным. Тело больше не подчинялось ему. Мальчик мог только слышать. Миша внимательно прислушался, эти два разных человека говорили о нем.
- Ты понимаешь, что оперировать его придется бесплатно. А такую же операцию мы можем в этот день провести за деньги, в другой больнице. И ребенку полезного нам человека!!! - говорил первый голос, и он Мише был неприятен. Этот голос напомнил мальчику о тумане, о том тумане, противном и липком, в который он провалился недавно, и даже на данный момент Миша словно находился в его цепких длинных руках. Пальцы этих рук напоминали ему нити паутины, и их было очень много, и они все еще крепко держали его.
- Но этот мальчик умрет, если еще неделю ждать. Что там неделя, судя по анализам, тут и день ждать уже огромный риск для него. Ты тоже видел результаты. А у другого пациента показатели намного лучше, там вполне можно подождать еще месяц. Почему ты не хочешь предложить родителям перенести дату операции, ты же знаешь, что опасности здоровью их ребенка в ближайшие 4-5 недель нет? - в тоне же второго голоса не было нечего схожего с противным туманом. Хоть и звучал он даже более тише, чем первый, но было в этом голосе что-то сильное. И напоминал он не туман вовсе, а скорее надежное дерево, большое, старое, мощное дерево — дуб. Мише показалось, что он и вправду стоит под этим могучим деревом, а листья все сильнее и громче шелестят там, на высоте, словно укутывают теплым одеялом.
- Да потому что!!! Во-первых, я пообещал родителям, что именно завтра мы проведем операцию ребенку. Кто знал, что к нам на днях поступит сирота с подобным диагнозом. Во-вторых, отец ребенка уже заплатил половину суммы денег, и у него запланирована деловая поездка на послезавтра, которую он не хочет отменять. - первый голос заметно нервничал, противно нервничал. И теперь этот голос не только стал звучать еще более противнее, но и будто он стал неприятно вонять, у него словно появился неприятный аромат. Мальчику даже стало тяжело дышать, будто липкие пальцы тумана сжимали его горло, то усиливая хватку, то отпуская ненадолго.
Добро пожаловать на мой КАНАЛ !
Благодарю