глава 3 из 5.
Она словно закрывает главу своей жизни. Карина нашла курьерскую службу и отправила по адресу к нему в офис.
Сотрудник равнодушно принял посылку,
не подозревая, что держит в руках
осколки разбитой жизни. «Это важно»
«Доставить сегодня», — сказала Карина
твёрдо. «И очень важно, чтобы посылка была доставлена»
вручили лично «Денису Орлову ". Курьер кивнул головой и убрал коробку в фургон.Карина развернулась и пошла к стоянке не оглядываясь назад, где уже стояло её такси.
Её миссия в Санкт-Петербурге заключалась в том, чтобы завершить начатое в прошлой жизни. Она нашла своего мужа и в тот же день, в тот же миг отпустила его навсегда. Теперь правда ехала в фургоне по оживлённым
улицам Санкт-Петербурга, как бомба замедленного действия с адресом Дениса Орлова на этикетке. Сергей провёл утро после встречи с Кариной в тумане. В своём роскошном офисе с видом на Питер. Его привычные отчёты о состоянии рынка и финансовые показатели с прогнозами казались ему чуждыми. Лицо незнакомки и имя, которое она назвала Сергей Орлов, засело у него в голове, как эхо песни, которую он никогда не слышал.
Он пытался списать это на стресс, но его сны, говорили, что те ощущения чужого счастья стали ярче и с тех пор, как он её увидел. Он чувствовал себя чужим в собственной шкуре. В этот момент вошёл в кабинет его ассистент. Денис, для вас посылка. Курьер настаивает на том, чтобы вручить её лично. Не хочет оставлять на ресепшене. Странность
ситуации вывела его из оцепенения. Лично — кивнул он. Через несколько минут курьер вручил ему простую картонную коробку без отправителя. Только его имя Денис Орлов, аккуратным почерком. Любопытство пересилило растерянность. Он поставил коробку на стол и открыл её канцелярским ножом и заглянул внутрь.
Первое, что он увидел, — это старые
фотографии, слегка выцветшие от времени. На первом фото он гораздо моложе, в военной форме стоит улыбается рядом с женщиной из Хола.
Они были в церкви в день свадьбы. На другой держал на руках новорождённую малышку, глядя на неё с такой преданностью, что у него сжалось сердце. Он увидел ту же
девочку только постарше, на пикнике сидя под ярким палящим солнцем, которого в Питере не бывает. Фотографии не вызывали четких воспоминаний, но пробуждали чистую необъяснимую эмоцию, ностальгию по жизнь, о которой он не знал. Под фотографиями лежала пачка писем, перевязанных лентой и закрытый конверт. Он открыл его дрожащими руками. Внутри был один лист бумаги. Он развернул его и начал читать. Первая страница, первая строка ударила как молния ! Мой дорогой Сережа, тебя зовут не Денис Орлов. Твоё имя- Сергей Орлов. Ты сержант российской в армии или был? Ты родился в Москве, переехал в Петербург с родителями, а затем вернулся в Новосибирск, где мы познакомились в школе. Каждое слово разрушало стену его амнезии.
Читая о войне, о засаде, он почувствовал фантомную боль в плече. Читая о доме в Новосибирске он почти почувствовал запах жасмина, который Карина посадила в саду. У нас есть дочь Ева, девочка с фотографии. Ей сейчас 13 лет. У неё твои глаза и твоё упрямство. Девять лет мы оплакивали тебя, ждали тебя, но в армии объявили тебя погибшим, и мир пошёл дальше. Хотя мы и не смогли. Вспышки становились ярче. Не визуально, не воспоминания, а чистые ощущения. Вес головы младенца на плече, звуки, детский смех в комнате с высокими потолками, прикосновение руки женщины, которое он знал наизусть, сам не понимая почему.
У Сергея Началось сильное головокружение оно опустило его на кресло, а потом он добрался до последнего абзаца, который всё изменил.
Я приехала в Петербург, потому что я должна была узнать правду, и я её узнала. Я видела тебя счастливым, и хотя это разрывает мне душу, это всё, что у меня есть воспоминания о тебе . Я пишу не для того, чтобы вернуть тебя, а чтобы освободить. Я счастлива, Сергей.
Я начала новую жизнь. Я живу с человеком, который меня любит.
Я просто хотела, чтобы ты знал, кто ты такой, ради тебя самого и ради нашей Евы, однажды у тебя появится шанс узнать увидеть нашу дочь, если ты этого сам захочешь У тебя нет никаких обязательств перед нами.
Будь свободен, с любовью, которую мы когда-то разделяли, Карина.
Сначала он почувствовал укол, похожий на ревность. Она начала новую жизнь и была счастлива с другим. Но, перечитав фразу, он понял. Он вспомнил её лицо, её слёзы в офисе накануне. Он увидел боль, которую она пыталась скрыть, и я осознал масштаб её трагедии. Она лгала не ради себя, а ради него. Это было не прощание, это было освобождением, самым бескорыстным актом любви, который он знал.
Она вернула ему прошлое ценой отказа от совместного будущего. Сергей сидел в своём в питерском офисе, где по столу разбросаны доказательства целой жизни. Он больше не был Денисом Орловым, человеком, сделавшим себя сам. Он был Сергеем Орловым, потерянный муж, отсутствующий отец,
призраком для своей дочери, который проснулся и обнаружил, что живёт не той жизнью. Он взял фотографию,на ней девочка с яркими глазами, которые его не знали, и впервые за 9 лет он ощутил невыносимую тяжесть, правды. Он вышел из офиса не как Денис бизнесмен, а как Сергей-солдат, наконец возвращающийся с войны, и направился домой, чтобы встретиться с женщиной, которую он любил и которая, ему лгала, каждый день на протяжении 9 лет. Путь Сергея домой был, как путешествие по местности, которая внезапно стала чужой. Оживлённые улицы Санкт-Петербурга, город, который он считал своим, теперь казался декорацией чужой жизни. Личность Дениса Орлова, успешного предпринимателя, сделавшего отличную карьеру, чувствовал себя как в чужом костюме, который больше не подходил. Он ехал к женщине, которую любил, к матери своего сына.
Но с каждым километром в голове пульсировал пугающий вопрос. Если он не Денис, то кем он был для него?
Мария всегда знала, что этот день может наступить. Страх, преследовавший её каждый вечер, был её молчаливым спутником на протяжении жизни.
Её ложь казалась самой тяжёлой, в
спокойной размеренной жизни Дениса.
Однажды ночью, пока Сергей спал,
любопытство и чувство вины привели её в интернет. Она искала форумы для семей пропавших без вести. На одном из них, на русском языке она нашла пост женщины по имени Карина Орлова, которая просила любую информацию о её муже, сержанте Сергее Орлове, пропавшем в засаду. Рядом с текстом была фотография их свадьбы. Воздух покинул лёгкие Марины. Она увидела своего Дениса, моложавый мужчина, улыбающийся рядом с другой женщиной. Она увидела жизнь, которую у него украли. Прочитала о его дочери, о любови дочери к отцу. Она столкнулась с разрушительной правдой. Её счастье построено на боли другой семьи. Часами она плакала перед экраном. Её сердце разрывалось. Она могла признаться, могла попытаться найти эту женщину и вернуть ей мужа. Но она посмотрела на спящего Сергея, свободного от травм войны, на колыбель, в которой тихо дышал их малыш, сын Егор, Мария принял эгоистичное решение, рождённое любовью и паникой. Она закрыла ноутбук и спрятала секрет так глубоко в душе, что почти убедила сама себя, что он никогда не существовал. До этого момента, когда Сергей вошёл домой она всё поняла. Не по коробке в его руках, а по его глазам. Человек, вошедший в дом, не был Денисом. Её Денис был чужаком с лицом её мужа, призраком, вернувшимся из могилы. Он не кричал, но не обвинял. Его спокойствие было ещё страшнее. Он подошёл к журнальному столику в гостиной, на котором лежали кубики Егора, поставил коробку. Медленно открыл её и достал одну фотографию. Он поправил её и показал прямо в глаза Марии, это была его фотография со свадьбы. Мария посмотрела на неё. Её глаза наполнились слезами, которые она сдерживала годами. Его вопрос прозвучал едва слышным шёпотом, но прогремело в комнате, как гром. Кто я такой, Мария ? И всё рухнуло. Прости, — сказала она.
Её тело дрожало. Прости, мой любимый. И слова хлынули бурным потоком, сметающий всё на своём пути. Она рассказала о полевом госпитале, о своём одиночестве и страхе. Рассказала, как влюбилась в его молчаливую силу среди всего этого ужаса. «Я не знала, что»
«Сделай это», — всхлипывая, сказала она. Ты был так потерян, а я так боялась тебя потерять. Ложь просто вырвалась наружу. Мария призналась в
той ночью, когда я узнала правду, когда
увидела фото Карины и Евы. Я видела
их боль, — призналась она. Её лицо было
мокрой от слёз и стыда. Я видела жизнь, которую у тебя украли, и я струсила. Я уже так сильно тебя любила. Мы были семьёй. Я не могла, не могла всё это разрушить. Я каждый день думала о том, чтобы сказать тебе. И с каждым днём страх становился всё сильнее. Он слушал, не перебивая. Его лицо было
маской невыносимой боли. В его взгляде не было гнева, и это было хуже. Была глубокая, разрушительная печаль. Он понимал её причины, её страх, её отчаянную любовь. На её месте я бы поступил иначе. Возможно, нет. Но это ничего не меняло, главный факт. Его жизнь, его любовь, его сын. Всё началось с обмана. Когда Мария закончила признание, в комнате воцарилась тяжёлая тишина. Она смотрела на него, ожидая приговора, кричи, что угодно. Но он смотрел сквозь меня словно увидев призрака. Любовь, которую он чувствовал к ней , которую он испытывал, были настоящей. Любовь к сыну была настоящей. Но жизнь, которую они разделили, была прекрасной выдумкой. Мария подошла, её руки дрожали, но она решилась коснуться его руки. «Скажи что-нибудь»,
— взмолилась она шёпотом. — Пожалуйста, Денис, скажи что-нибудь. Он моргнул, словно возвращаясь издалека глубин своего сознания, он посмотрел на неё, и Мария увидела в его глазах не того человека, которого она знала, а чужого, полного безмерной печали. И она поняла, что в этот момент потеряла его навсегда. В последующие дни после признания Марии были молчаливы.
Прекрасный дом на Петроградке, превратился в невыносимую тюрьму для Марии. Сергей переехал в гостевую комнату, соблюдая физическую дистанцию, отражавшую пропасть, разделявшую их. Мария двигалась по дому, как тень, с опухшими от слёз глазами, она боялась Сергея. Криков не было и упрёков, только густая тяжёлая печаль, пропитавшая весь дом. Сергей чувствовал себя расколотым, разбитым человеком как будто разорванным на две половины, которые не могли бы сосуществовать.
Днём он пытался быть Денисом. Он смотрел, как его маленький сын Егор играет в саду и почувствовал волну отцовской любви к сыну. Это был его сын, и он любил его. Он смотрел на Марию, как на женщину, спасшую его из тьмы. Мария заботилась о нём 9 лет, и несмотря на ложь, он ощущал тяжесть их общей истории, искреннюю близость, которую они создали. Эта жизнь была осязаемой, тёплой, настоящей.
Ночью, когда в доме становилось тихо, он становился Сергеем. Он сидел в темноте в гостиной, разложив фотографии Карины на столе. Это были призраки украденной жизни, но его призраки. Он испытывал острую, всепоглощающую печаль из-за
девяти потерянных лет с дочерью. Первый выпавший зуб, который он не заметил, первый учебный день, на который не пришёл, дни рождения, которые не праздновал. Он горевал и жалел Карину и представлял её одинокие упорные поиски,
её непрекращающую боль. Эта любовь, хоть и призрачная, но была его корнем всего.
Он не ненавидел Марию. Он уже простил. Он понимал, что она лжёт не из злобы, а из-за страха по терять свою любовь. Дело было не в прощении, а в чём-то более глубоком. Он не мог
выбрать одну любовь, не предав другую.
Он не мог быть мужем Марии, чувствуя, что это придаёт память Карины.
Он не мог быть отцом Егора, чувствуя, что подвел Еву. Он был парализован, разорван между двумя мирами, не
принадлежащему ни одному. Этот паралич длился почти неделю, целую неделю молчания, уклончивых взглядов и невыносимого напряжения. Он знал, что так и будет это его проследовать, так продолжаться не может. Нужно было сделать шаг, любой шаг, чтобы
выйти из этого состояния. Однажды ночью глядя на фотографию Евы, подростка, которого он не знал, принял решение. Он не мог жить в образе призрака. Ему нужно было знать, что она реальная. Ему нужно было услышать её голос.
Дрожащими руками он достал из коробки письмо Карины. В конце страницы был номер телефона, портал в его другую жизнь. Он сел на край дивана, тяжело сжимая в руке телефон в руке. Он знал, что, набрав этот номер, он переступит порог, за которым нет возврата. Фикция Дениса Орлова умрёт навсегда.
Он глубоко вдохнул и набирал цифры одну за другой. Он поднёс телефон к уху. Один гудок, два, три.
Его сердце билось так сильно, что он
боялся, что оно вырвется из груди. Он уже собирался повесить трубку, решив, что это безумие, но кто-то ответил: «Это
это был не голос Карины.
дорогой читатель, вот продолжение
Спасибо большое за обратную связь, извиняюсь за ошибки в тексте 🙏🏼