Приветствую всех любителей Мира Ведьмака!
Продолжаем обзор игры «The Witcher 3: Wild Hunt», с предыдущими публикациями по этой теме можно ознакомиться в подборке «The Witcher 3: Wild Hunt».
*******
«Есть тайна двух, но тайны нет у трех,
И всем известна тайна четырёх.»
Абулькасим Фирдоуси
(продолжение)
Ещё во время разговора с Дийкстрой, при упоминании имени маркграфа Хенкеля, Геральт вспомнил об уроках риторики, которые Лютик проводил на кладбище с дочками нильфгаардского посла Генриха Вар Аттре. Одна из них, Эдна, припомнила, что тогда бард очень заинтересовался могилой этого, умершего при очень странных обстоятельствах мецената.
Теперь, по мере распутывания дела, вся цепь странных, несвойственных поэту поступков находила логичное объяснение, постепенно собираясь в единое целое. Навязчивый интерес к баням Сиги Ройвена, встречи с Калькштейном, неожиданная страсть барда к грибам, лодочным прогулкам и изучению повадок троллей – всё это были этапы тщательной подготовки к будущему дерзкому ограблению.
Следует отдать должное изобретательности Лютика – вот что значит свободная, творческая натура! Жаль только, что предварительный просчёт возможных последствий и вариантов развития событий, хотя бы на шаг вперёд, не его конёк. Потому неудивительно, что это отчаянное предприятие потерпело громкое фиаско.
Дом покойного Хенкеля находится в центре Новиграда к северу от Рыбного рынка, за банком Вивальди, и после похорон маркграфа стоит в запустении. Дабы предотвратить мародёрство, родственники усопшего наглухо заколотили все его двери и окна.
Убедившись, что лишних свидетелей поблизости нет, Геральт вышиб дверь Ардом. Заколоченные и давно немытые окна пропускали совсем мало света, и внутри было сумрачно. Мебель и вся обстановка уже основательно покрылись пылью, но это было даже на руку: если кто-то побывал здесь относительно недавно, наверняка оставил какие-нибудь следы.
Они нашлись и привели на второй этаж, где ведьмак обнаружил на столе запечатанную бутылку вина и записку. Ни та, ни другая не выглядели такими запылёнными, как всё вокруг. Видимо кто-то оставил их здесь совсем недавно.
Вино года рождения адресата: значит, год Лютика или Цири, ибо возраст Дуду неизвестен никому. В соседней комнате нашлись стеллажи, почти полностью заполненные тёмными бутылками вина.
Геральт зажёг свечу на бочке в углу комнаты и начал искать нужный год. Все ячейки, соответствующие году рождения Лютика, были заняты, а вот ниша 1245–1254 года пуста, значит – год Цири. И тогда эта записка была адресована ей. Ведьмак вставил бутылку на соответствующее место и услышал какой-то щелчок и шум за стенкой. Потайной механизм за стеллажом открыл проход в скрытую комнату, которую использовали как лабораторию и мастерскую.
Именно в ней будущие налётчики изготовили бомбу, используя подробную инструкцию и нужные ингредиенты, взятые у чародея Калькштейна.
На полу ещё сохранились следы пролитого масла виверны, на столе – остатки химикалий и серебряный цилиндр с рунами внутри – точная копия бомбы, взорванной в день ограбления.
Письмо на сундуке предупреждало Цири об опасности и о том, что Лютик попал в плен к Менге, который перехватил украденную казну Ройвена.
Похоже, дело приняло очень скверный оборот.
Внезапно, снизу послышался шум и чьи-то шаги. Геральт быстро спрятал все бумаги в сапог, вынул меч и стал спускаться на первый этаж. Ещё с лестницы он увидел Дийкстру и его людей, которые уже принялись обыскивать дом.
Ведьмак нисколько не удивился. Бывший шпион не верил никому и предпочитал всё держать под личным контролем. Поразительно было, что компанию ему составляла Трисс. Впрочем, Сигизмунд тут же дал этому свои пояснения.
«Хрен тебе, жирный боров!.. Источник информации – есть тайна следствия, конфиденциальность лиц подозреваемых и прочее, и прочее… Я тоже умею играть в шпионов…» – подумал ведьмак. Бесцеремонность Дийкстры уже серьёзно начала его доставать. – «И ничего ты мне не сделаешь, я тебе сейчас очень нужен».
Дийкстра проглотил демонстративную строптивость ведьмака, но за этой обманчивой лояльностью наверняка скрывался какой-то замысел, известный только ему и касающийся не только возвращения украденных ценностей. Он – непревзойдённый мастер многоходовых комбинаций, и поэтому расслабляться не следовало.
Трисс, которой вся эта ситуация была неуютна, теперь не видела смысла в своём присутствии. С самого начала разговора Геральт украдкой наблюдал за ней, пытаясь понять её резон в этом деле с кражей.
Ведьмак заметил лёгкий румянец на персиковых щёчках Трисс, - «Видимо, эта деликатная тема по-прежнему ещё волнует её, вопреки недавним заявлениям, сделанным во время истребления крыс на зерновом складе. Факт, что между ними был когда-то короткий роман большим секретом не являлся, по крайней мере для компаньонок Трисс по Ложе, следовательно, и Дийкстра мог узнать о нём от Филлипы Эйльхарт. Неудивительно, что он знает об этом, странно, что именно сейчас делает на это ставку».
Первой нарушила возникшую неловкую паузу чародейка.
«Она старается показать, что ей безразлично моё откровенное подтверждение разрыва отношений. Но глаза… Ох, Трисс! Ничего ты ещё для себя не решила окончательно», - подумал Геральт, но не стал продолжать выяснение отношений, чтобы её не обидеть.
Стараясь скрыть разочарование, чародейка перевела тему разговора в деловое русло.
Проводив взглядом растаявший в сполохе телепорта изящный силуэт Трисс, ведьмак подумал: «А ведь Дийкстра переиграл меня!.. Догадываясь о ещё теплящемся в душе Трисс чувстве ко мне, он втёмную использовал её, будучи уверенным, что чародейка пойдёт на многое ради своих призрачных надежд. А я, в случае опасности, пойду на всё ради её спасения… И он прав – действительно пойду. Ему же только этого и надо… Переиграл вчистую, шельма!»
До условленного часа было ещё долго, и Геральт, покинув дом отправился в доки. Предстоящее дело, запланированное этой ночью, обещало быть очень сложным и нелишним было предварительно оглядеться на месте при свете дня. Не спеша прогуливаясь по набережной, он вспоминал детали недавнего разговора с Ройвеном и Трисс.
«Дийкстра через Короля Нищих, конечно в курсе всех проблем чародейки, и, возможно, уже давно материально поддерживает её деятельность по спасению новиградских чародеев. Но помощь эта, естественно, не бескорыстна. Трисс – королевская советница при дворе Танкреда и возможная будущая глава нового капитула чародеев, возрождаемого в Ковире. Помощь королевского двора, дворянства, купеческих и ремесленных гильдий Ковира в борьбе Дийкстры за власть на Севере необходима как воздух, и Трисс в этом деле, несомненно, может сыграть решающую роль. Уверен, Сиги наизнанку вывернется, чтобы помочь Трисс, независимо от наличия у него казны. Сейчас, когда участие Трисс в этом деле совсем необязательно, бывший шпион, прекрасно осведомлённый о прежних отношениях, упорно пытается свести нас вместе. Значит, дело тут не только в казне… Цири!.. Не она ли является основной целью Дийкстры?.. Получить влияние над ней и использовать в своих целях, через меня или Трисс. С Йеной об этом Дийкстра не столкуется, и это он прекрасно понимает. Значит, ему просто необходимо, чтобы я и Трисс… Неужели она ему всё рассказала о Цири? Нет!.. Только не Трисс! Это невозможно, иначе, кому тогда вообще можно доверять!.. Возможно, он сам догадался, что я появился в Новиграде неспроста? Во время разговора в банях Дийкстра косвенно проговорился, что знает о моей встрече с императором в Вызиме. Как бывший шеф реданской разведки, Сиги прекрасно понимает, что причина, вынудившая Эмгыра искать встречи именно со мной, должна быть архиважной. Сопоставил в связи с этим более ранние агентурные сведения о присутствии при императорском дворе чародейки Йеннифэр и пришёл к выводу, что это за причина».
В тревожных раздумьях Геральт наконец добрался до резиденции Менге. Внимательный осмотр высоких стен с тяжёлыми, окованными железом воротами оптимизма в успехе будущей затеи не прибавил. Перебраться через неё невозможно, а крыши прилегающих домов недоступны. Брать штурмом напролом, вдвоём с Трисс, – затея безумная: всё пространство перед воротами простреливается сверху. Чтобы официально пропустили прямо к Менге, нужен достаточно веский повод. Если сослаться на имеющиеся сведения о ведьмах, например, о разыскиваемой Эйльхарт, – допросят в караулке, как прочих доносчиков, и за ворота...
День уже клонился к вечеру, а внятного плана действий у Геральта не было.
(продолжение следует)