В ландшафте южной Иордании, где песок хранит воспоминания не хуже архивов, археологи вновь доказали: древние карты ещё умеют задавать маршруты. Пример — судьба Фараиса (или Тараиса), затерянного византийского поселения, обозначенного на знаменитой Мадабской мозаике VI века, но остававшегося загадкой вот уже полторы тысячи лет. Обнаружение этого города — не только триумф археологической интуиции, но и живое напоминание о том, что старинные источники порой точнее GPS. Впрочем, обо всём по порядку.
Привет! Меня зовут Артур, я увлекаюсь историей и веду свой Телеграм-канал "Века Древних", где публикую фотографии древних артефактов и исторических мест. Мне интересно исследовать прошлое, делиться уникальными находками и рассказывать о культурных и археологических сокровищах со всего мира.
Из «иллюстрации» в реальность
Руководил работами д-р Мусаллам Р. Аль-Равахнех из Университета Мута. С 2021 по 2024 год его команда обследовала местность у современного селения Эль-Ирак, параллельно сверяя каждый холмик с фрагментом самой древней карты Святой земли — напольной мозаики из церкви св. Георгия в Мадабе.
Мадабская карта — больше, чем просто художественное украшение. Это географический «скриншот» поздней античности: 157 городов и посёлков, реки, дороги, даже детали ландшафта. Привычный нашему веку приём — искать старое по описанию — здесь неожиданно сработал буквально: мозаика указала путь.
Между святыней и торговым постоялым двором
Результаты раскопок опровергли представления о Фараисе как о скромной аграрной деревушке. Были обнаружены руины базилики византийского типа — с характерными мозаичными полами, прямоугольным каменным порталом и порогами, что не спутаешь с обычной сельской архитектурой. Размах храма и место на мозаике ясно дают понять: Фараис был не только духовным центром, но и важной остановкой на торговых маршрутах. Так совпало, что вера и коммерция в античности ходили одной тропой, особенно в краях между Моавитским плато и юго-восточным краем Мёртвого моря. Здесь сходились дороги от Зоара (сегодняшний Гур эc-Сафи) вглубь Иордании, а любой крупный храм был по совместительству гостиницей и биржей.
Археологи выявили здесь целую производственную инфраструктуру: пресс для оливкового масла, виноградный пресс и мельницу. Не так уж часто провинциальные храмы могли похвастать таким хозяйством — и в этом видна самодостаточность общины, способной кормить и себя, и толпы паломников или купцов. Мозаика, как бы иронично это ни звучало, стала ключом к «инвентаризации» — без неё ещё долго можно было принимать эти руины за очередную сельскую мельницу.
Ещё один важный штрих — находки греческих и латинских надгробий V–VII веков н. э., на которых, по словам исследователей, встречаются и христианские символы. Это прямое свидетельство не только многолетней жизни поселения, но и довольно развитой религиозной идентичности, пусть и в самом сердце полупустынного края. Живописный парадокс: чем дальше от центра, тем ярче следы духовных практик. Впрочем, для Византии это почти закономерность.
Карта как археологический GPS
Сама история открытия — сюжет для современных апологетов «картографического мышления». Мадабская мозаика, созданная около 560 года, не только стала культурной сенсацией своего времени, но и сохранила координаты для будущих поколений археологов. Опыт Фараиса убеждает: многие города, мелькающие на древней карте, ещё ждут своего часа. Миф о том, что такие карты — лишь художественная фантазия, уступил место рабочей гипотезе. Команда Аль-Равахнеха использовала весь привычный арсенал: анализ керамики, остатки строений, локальные предания — и всё это вкупе с медленным, почти медитативным прочтением мозаики.
Забвение как способ сохранения
Судя по археологическим данным, поселение было заброшено к VII веку — вероятнее всего, из-за природных катастроф (землетрясения, засуха), а также политических перемен: Византия уступала место исламским правителям. Ирония истории в том, что именно своевременное запустение «законсервировало» остатки города под слоем осадочных пород — и позволило современным учёным взглянуть на жизнь той эпохи без ретуши.
Коллекция находок весьма обширна: от римской керамики до стеклянных сосудов и ископаемых остатков, что, пожалуй, способно вызвать зависть у любого музейщика. Здесь же — следы почти непрерывного обитания: от римского времени до начала исламской эры.
Увы, нынешняя угроза куда прозаичнее: быстрый рост деревни Эль-Ирак грозит уничтожить нераскрытые пласты Фараиса ещё до того, как археологи успеют их описать. Это типичная для Ближнего Востока дилемма: прошлое под ногами буквально уходит из-под ног, уступая место настоящему.
P.S.
История Фараиса — наглядное подтверждение, что древние источники, будь то мозаики или забытые хроники, по-прежнему ведут нас по маршрутам истории. Благодаря скромному фрагменту напольной мозаики из Мадабы теперь перед нами — не просто точка на карте, а живая глава из хроники позднеантичного Ближнего Востока, где торговля, вера и пыль дорог переплетаются куда теснее, чем кажется из XXI века.
Если вам было интересно, подписывайтесь на мой канал @agesofancients.
Там я делюсь фотографиями древних артефактов и исторических мест, сопровождая их познавательными описаниями и уникальными деталями.