Сказка о том, как кухарки Либерала замучили.

Сказка о том, как кухарки Либерала замучили

              "Каждая кухарка должна учиться управлять государством" (В.И. Ленин)

Жил-был Либерал. Он ещё при Советской власти жил-был. И что бы она – Советская власть - ни делала, всё ему не нравилось, и всегда он «брюзжал и плювался», как говорил один его родственник. Сошлись они однажды, накатили по 200, и родственник говорит:
- Что ты всё брюзжишь, что тебе не нравится?
- Всё не нравится!
- Разъясни-и-и! Почему это?
- Не нравится и всё! Не знаю почему.
- Та-а-к, давай выпьем, может до чего допьёмся!
Выпили ещё по 300, но так ни до чего и не допились.
И тут привалило Либералу счастье. Ввёл Горбачёв гласность и свободу слова. Что хочешь – то и говори. Вынули свободолюбцы и вольнодумцы из голов своих мысли, которые там «как мухи вольно без всякой привязи туда-сюда летали»*, и пропечатали в журналы. Прочитал Либерал те мысли и сильно обрадовался. Всё ему стало ясно. Отчего его так корёжило? Да оттого, что когда-то Ленин сказал, что каждая кухарка должна управлять государством. Кухарки и управляли 70 лет. А кухарки они кухарки и есть. Умному человеку, каким был наш Либерал, от кухаркина правления ничего кроме тошноты и быть не могло! Стал Либерал с вольнодумцами над Ленином смеяться, и вместе они народ убедили прогнать Советскую власть со всеми её кухарками. Выбрали они после этого новую власть. А там – самые умные люди: ни одного человека, дурнее младшего научного сотрудника! 
Светло и радостно стало после этого жить Либералу. Встретил он своего родственника и говорит:
- Давай выпьем за нашу демократию!
- Выпить – это я с удовольствием, но где же ты видишь демократию?! Демократия – это власть народа, а её – власти - у меня нет, да и у тебя тоже. (Родственник, подлец, был кухаркин сын, но как-то скрыл и затесался в родню).
- Ничего ты, куриная голова, не понимаешь! Мы участвуем в свободных выборах, и через них управляем государством. Понял?
- Разве что так! – согласился родственник и выпил, действительно, с большим удовольствием.
12 декабря 1993 года снова позвали народ на свободные выборы. Управил Либерал государством, пошёл домой, а впереди две старушки идут – обе в пимах, шалёшках, каких-то кацавейках – ни дать, ни взять кухарки (бывшие или ныне действующие – чёрт их разберёт).
- Ты за кого голосовала? – спрашивает одна.
- Не знаю.
- Вот это ты, Петровна, даёшь! Голосовала и не знаешь за кого!
- Та я ж слепая. За кого, говорю голосовать? А мне отвечают: там квадратики есть. В один поставь галочку или крестик, а в другие не ставь. Я так и сделала: крестик поставила, а куда поставила – не знаю, не разглядела. А ты за кого, Кузьмовна?
- А я за этого, за народ который – за Жириновскова. Он недавно по телевизору выступал – дюже хорошо говорил.
Пришёл Либерал домой, смотрит телевизор, результатов ждёт. А ему из телевизора говорят: «Победил Жириновский».
- Россия! Ты одурела! - закричал он хором с тем вольнодумцем, который мысли вольные из своей головы, как мух, в журналы переносил.
Встретился назавтра Либерал с родственником:
- Опять эти проклятые кухарки! Вместо умнейших людей выбрали какого-то клоуна, можно сказать, фашиста, можно сказать…, можно сказать, сына юриста! Ох, горько мне!
- Да, плохи твои дела. Надо такой закон принять – пусть кухарки на выборы не ходят.
- А как же демократия?
- Твоя правда! Без демократии нельзя.
- Что ты!!! И Запад не поймёт!
- Тогда пусть ходят.
- Так ведь не тех выберут!
- Тогда не знаю! Давай выпьем, может до чего умного допьёмся.
Пили – пили, но ни до чего, кроме чёртиков, так и не допились.
И с тех пор ни разу народ не голосовал чинно, благородно, по-либеральному, как Либералу хотелось**.
А после выборов 2016 года стало Либералу совсем тошно - как при Советах. И подумал он крамольную для всякого Либерала мысль:
- А всё-таки, пожалуй, прав был Ленин. Если бы проклятые кухарки учились управлять государством. И не только кухарки… . Тогда бы…, - но что «тогда бы» додумать не успел - умер с горести.

* М.Е. Салтыков-Щедрин «История одного города».
** в 1996 году – не считается – там, как потом оказалось, был полный фальсификасьон.