Сразу же после нападения Германии на Советский Союз в июне 1941 года могущественная и авторитетная контора адмирала Канариса начала активно готовить диверсантов для заброски в тыл Красной Армии. Задачи перед ней стояли самые разнообразные, но главным было одно. От агентов требовалось внесение сумятицы и паники в управление войсками.
В первые же месяцы войны были созданы разведшколы абвера в Риге, Борисове, Смоленске, позднее в Харькове, Орле, Курске. Курсантов набирали из военнопленных.
Руководили подготовкой офицеры военной разведки, имевшие опыт работы в России, и как правило, отлично владевшие русским языком. Им помогали эмигранты, в своё время уехавшие за границу после разгрома белых армий в гражданскую войну.
Будущие диверсанты изучали как организована Красная Армия, проходили курсы минёров, топографов, учились прыгать с парашютом, изучали разные виды вооружения и боевые единоборства. Конечно, было в программе и радиодело. Обучались диверсанты и прочим навыкам.
Постоянной задачей для всех была добыча документов бойцов, командиров Красной Армии. От них требовалось всё. И личные документы, вещевые и продаттестаты и многое другое. Эти документы немцы потом использовала как образцы при подготовке и снаряжении диверсантов, чтоб и комар носа не подточил.
Те, кто читал «Момент истины», помнят, как Таманцев говорил, что на документах сыплются максимум один из сотни немецких шпионов. Потому что к этому делу абвер подходил очень тщательно.
Диверсантам постоянно промывали мозги, с ними велась усиленная идеологическая подготовка, пропаганда шла без перерыва.
Им внушали что они лучшие из лучших, самые эффективные и умелые воины. Диверсантов обучали, как входить в доверие к незнакомым людям, что говорить, и как слушать, как строить с ними беседу, чтобы получить нужные сведения.
Абвер делал ставку на тотальный шпионаж. Чем больше будет заброшено в советский тыл шпионов и диверсантов, тем лучше. Русская контрразведка должна была запутаться в том, кто враг, а кто нет. В начале войны абвер даже организовал операцию «Шутка». В тыл Красной Армии сбрасывали недавно захваченных пленных командиров Красной Армии и контрразведчики не знали, кто это, и что с ними делать. Сумятица была огромная.
Почти каждую неделю за линию фронта абвер отправлял самолёты с диверсионными группами. Он буквально засыпал тыл Красной Армии шпионами. Многие из них сдавались НКВД, но их ждала долгая и тяжёлая проверка.
Правда, советская контрразведка научилась бороться с потоком диверсантов. Так, в 1943 году было заброшено в тыл Красной Армии примерно тысяча шпионов. Из них вернулись только с десяток человек. Остальные были задержаны или сдались.
Для каждого диверсанта готовилась легенда, где было указано, кто он и откуда, где служит, почему оказался в том или ином месте. Их сбрасывали на парашютах или по ночам они переходили линию фронта.
В прифронтовых территориях диверсанты имели обычно легенду интендантов, представителей тыловых служб, чтобы можно было легко объяснить свои перемещения. В глубоком тылу они представлялись фронтовиками в отпуске или командировке. Из вооружения были советские автоматы, пистолеты и гранаты.
Полученные сведения шпионы и диверсанты передавали по рации. У каждого радиста был свой почерк. Его записывали в разведшколе на магнитофон, а потом сличали с полученными сообщениями. Если почерк разнился, значит, группу захватило НКВД.
Пользуясь захваченными документами военнослужащих Красной Армии, абвер изготавливал фальшивки. Сначала их делали вручную, затем перешли на типографский способ. А к 1943 году немцы начали делать даже поддельные советские ордена и медали.
Была ещё и тайнопись. Шпионам выдавали специальные чернила, и буквы, написанные им, исчезали с бумаги. Восстановить записанное можно было только особенным химраствором.