- Элизабет! - на ходу повторяя имя своей воспитанницы, Анна, нянюшка дочери господина, стремительно вышла во внутренний дворик и, оказавшись неподалеку от поляны, замерла от увиденного.
По поляне, подняв юбку платья, бегала её босоногая подопечная.
Её смех звонким колокольчиком разносился по воздуху.
Этому смеху вторил веселый лай щенка, который, как хвостик, повсюду следовал за девушкой.
Картина, хоть и выглядела милой, но для Анны таковой не являлась.
О чем женщина и поспешила сообщить:
- О, Господь! Элизабет, разве этому я учила вас?!
Элизабет, застигнутая врасплох криком няни, порывисто обернулась и посмотрела на неё.
На мгновение раздражение Анны сменилось восхищением от вида своей воспитанницы.
Все же, Господь был милостив, подарив господину столь прекрасное дитя.
Элизабет в свои 18 была ладно слажена.
Невысокая, с женственными формами и гривой русых волос, которые сочетали в себе золотистые и медные тона, дочь Этельберта являла собой воплощение красоты и изящества.
Её румяное лицо источало жизнерадостность, глаза сияли ярче драгоценных сапфиров, а полная тепла улыбка вызывала ответное желание улыбнуться.
Но Анна, разумеется, сдержала себя.
Вместо этого она со всей строгостью обратилась к своей воспитаннице:
- Моя госпожа! Ваш отец возвращается домой! Его отряд уже на горизонте. Не думаю, что он будет доволен, обнаружив, что его единственная дочь ведет себя и выглядит, как крестьянка!
- Отец уже возвращается? - лицо Элизабет отразило все чувства, которые она испытывала сейчас.
Волнение, радость, предвкушение скорой встречи и...
Беспокойство.
Девушка опустила взор на свое ноги. Белые, узкие стопы утопали в зеленой траве.
Анна была права - отцу вряд ли понравится её вид.
Подхватив щенка, Элизабет поспешила в сторону дома.
К тому моменту, когда конный отряд, возглавляемый Этельбертом, миновал ворота и оказался на замковой территории, его дочь уже выглядела подобающим образом.
Элизабет, облаченная в свой лучший наряд - платье из синего бархата, доставшееся ей от покойной матери, не сводила глаз со всадников.
Стоя на помосте, она терпеливо ждала, когда же вновь сможет обнять отца.
Они не виделись больше месяца!
Отец покинул замок еще весной, чтобы быть на совете в Лондоне.
Новый король требовал, чтобы каждый знатный житель страны являлся к нему дважды в год.
Что и сделал Этельберт.
- Отец! - устав ждать, Элизабет поспешила в его сторону.
Этельберт устало спрыгнул с коня и отправился прямиком к своей дочери.
Шаги его были тяжелыми, но куда более тяжелым грузом была весть, которую он должен был сообщить ей.
Когда дубовая дверь закрылась, и шаги спешащих выполнить приказы своего господина слуг, стихли в коридоре, Этельберт обратил все свое внимание на дочь.
Элизабет, замерев возле окна, молчаливо глядела на него.
Вся её поза - переплетенные пальцы рук, прямая осанка, расправленные плечи - говорили о том, что она полна спокойствия и терпения.
Но сверкающие глаза девушки выдавали её волнение.
Да и как не волноваться, когда отец сообщил ей о том, что у него важная весть для неё и всей их семьи?
- Элизабет, - сдержанно, тщательно подбирая слова, начал Этельберт.
Но, как назло, ни одно подходящее слово не шло ему на ум.
Как подобрать, отыскать такую фразу, чтобы смягчить, и в тоже время донести до дочери важность этой новости?
Этельберт кашлянул и задумчиво провел ладонью по своим густым, седым волосам.
В ответ Элизабет чуть подалась вперед.
Широко распахнув глаза, она тихо произнесла:
- Отец, что-то случилось?
Этот невинный вопрос, вдруг, вызвал у Этельберта горькую усмешку.
За эти годы случилось много бед.
Викинги уже несколько десятилетий терзали страну, прежний король, прозванный Неразумным (в иных источниках указано так же Неготовым), только и делал, что собирал с жителей “датские деньги”.
Аппетиты датчан с каждым годом росли, денег требовалось все больше, гибли мирные люди, в стране росли недовольство и голод.
Прошлый год окончательно перевернул историю.
Этельред Неразумный и его сын, Эдмунд Железнобокий, покинули этот бренный мир, и на престол взошел потомок Одина, Кнуд Великий.
- Король желает, чтобы мы прибыли ко двору вместе, - ответил Этельберт.
Элизабет нервно сглотнула.
Она лишь примерно догадывалась, что это значило для неё.
Её воображение живо нарисовало королевский замок, красивых дам и мужественных молодых аристократов.
Элизабет никогда не покидала земли, на которых выросла, и потому ощутила что-то, очень близкое к любопытству.
А какой он, этот мир, за пределами знакомых мест?
Однако следующие слова отца переменили эти чувства.
- Я предполагаю, что король намерен выдать тебя замуж за одного из своих подданных, - глухим, выдававшим его отчаяние, голосом добавил Этельберт.
Земля ушла из-под ног Элизабет, и она, чтобы не упасть, схватилась за каменный выступ стены.
Один неровный край больно царапнул нежную ладонь девушки, и та, озадаченная болезненным ощущением, посмотрела на неё.
По белой коже растекалась капелька крови.
“Что-то случится”, - пронеслось в голове Элизабет, и она не могла понять, будет ли в этом зло или же благо.
Отец ушел, и Элизабет осталась наедине со всеми мыслями и чувствами, свалившимися на неё внезапно, как снег на голову.
Сколько она так простояла - Элизабет понять не могла.
Время словно остановилось для неё.
Страх, нервное беспокойство, ощущение приближения чего-то неизбежного - пугающего, нависло неминуемой угрозой над Элизабет и всей её семьей.
Несмотря на неопытность в отношениях, девушка уже начинала догадываться, что грядущая поездка каким-то образом может повлиять не только на её будущее, но и будущее всего замка.
- Вот вы где, Элизабет! - голос Анны застал девушку врасплох.
Вздрогнув, она порывисто обернулась и устремила на женщину взгляд.
Анна заметила, каким напряженным было лицо её воспитанницы. На миг сердце няни сжалось от сочувствия к ней.
Бедное дитя, рано потерявшее мать, вероятнее всего, станет разменной монетой в политических играх.
Но времени на то, чтобы утешать Элизабет, у неё не было. Впрочем, как и сил. Анна и сама, несмотря на внешнюю невозмутимость, испытывала смятение от этой новости.
Она желала своей воспитаннице куда более счастливую судьбу, но, видимо, такова воля Божья.
- Элизабет, - решительно проходя в комнату, продолжила женщина, - отец велел собирать вас в дорогу. - Вы отправляетесь в путь завтра на рассвете.
- Так скоро? - Элизабет округлила глаза от удивления.
Она-то думала, что у неё еще есть время...
Чтобы сшить платья, например.
Вот только для этого нужны была ткань, которой у них не было.
- Король - не тот человек, который будет ждать, - строго напомнила Анна.
Сердце Элизабет странно сдавило в груди.
Воздуха, вдруг, почему-то стало мало, несмотря на то, что ветер беспрепятственно проникал в открытое окно.
Элизабет обвела комнату обреченным взглядом.
В глаза бросалась бедность, в которой они жили последние годы. Потертый, местами с заметными проплешинами, ковер частично покрывал пол.
Гобелен, закрывая дыру в стене, служил не украшением, а приспособлением, которое лишь частично спасало от зимних ветров.
А зима здесь, на севере, особо холодная.
Не то чтобы отец Элизабет был плохим хозяином.
У него просто не было средств на содержание столь большого замка.
Словно читая мысли своей воспитанницы, Анна подошла к ней и взяла за дрожащие ладони.
- Послушай, Элизабет, - вкрадчиво начала она, и девушка остановила взгляд на её лице.
Сухое, с ярко очерченными скулами и покрасневшим кончиком носа, в обрамлении темных, с белыми прядями, лицо няни чем-то напоминало голову всегда настороженной, важной птицы.
Тонкие губы Анны зашевелились:
- Ты должна понять, что твоя судьба теперь в твоих руках. От того, как ты подашь себя, как покажешь при королевском дворе, зависит будем ли мы голодать этой зимой или нет.
Анна, желая придать вес словам, чуть сжала ладони воспитанницы и добавила:
- И от того, будет ли жив твой отец.
Кровь отлила от лица Элизабет. Она стала белой, как призрак.
- Что ты такое говоришь, Анна? - едва шевеля языком прошептала девушка.
Анна тяжело вздохнула:
- Отец не говорил тебе, но я обязана сказать.
На мгновение в воздухе повисла тишина.
Гнетущая, сжимавшая со всех сторон.
- Элизабет, - Анна чуть сощурила глаза, - девочка, я пожила достаточно, и на своем веку повидала многое. И потому я знаю, что говорю. От твоего брака будет зависеть наше дальнейшее будущее. Поэтому сделай так, чтобы тебя заметили. Единственный козырь, что у тебя имеется - твоя внешность, Элизабет и, пожалуй, земли. Но земли можно отнять и передарить новым олдерменам... Другое дело, если ты останешься полноценной владелицей этих земель. А чтобы это случилось - ты должна выйти замуж за человека, обладающего достаточным могуществом, чтобы защитить тебя и твою семью.
Элизабет задрожала от услышанных слов.
Внутри, меж ребер, ужасаясь от возложенной на неё ответственности, билась её нежная душа.
Она забилась еще сильнее, когда снаружи, там, где возвышались стены замка, послышались крики...
Продолжение следует...
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
