Оксана Казакова когда-то пекла воздушные, нежные и очень вкусные торты. Но больше ей нравилось готовить булочки с маком – простые, но душевные. Такие булки она обожает с детства. Оксана работала кондитером в Петербурге. К родному городу она очень привязана, хоть и не может назвать свое любимое место в нем. Возможно, потому что для Оксаны весь Питер с его дождями, мостами и дорогим ее сердцу Эрмитажем – дом. Но в Эрмитаже Оксана не была больше 11 лет. Все это время она борется с раком.
Сыну Оксаны Ване тоже 11. За два дня до декретного отпуска, в семь месяцев беременности у Оксаны случился эпилептический приступ. Женщину на скорой отвезли в больницу. Врачи обнаружили опухоль мозга. В правой лобной доле притаилась астроцитома.
Врачи разрешили еще на месяц сохранить беременность, а потом сделали кесарево сечение. Малыша сразу перевели в детскую больницу, а Оксане сделали сложную операцию. Но опухоль удалили лишь частично, слишком глубоко она проросла. У операции были тяжелые последствия: левая рука у Оксаны совсем не работает, а левая нога не сгибается. Оксана перемещается с локтевым костылем.
С тех пор прошло 11 лет. И это были 11 лет химии, тошноты, слабости, бесконечных больниц. Волосы выпадали, потом отрастали, потом снова выпадали. Оксана уже привыкла к косынке, в парике слишком жарко.
Самое сложное для Оксаны – химиотерапия. Как и многие онкобольные, она плохо переносит это специфическое лечение. Очередной курс назначен на конец июля.
А самое страшное для Оксаны – не вырастить ребенка. Ваня окончил четвертый класс. Обожает ходить с дедушкой на рыбалку, ловит щуку, леща и форель. Любит мультфильмы Миядзаки, особенно «Ходячий замок». Хочет стать врачом. Иногда Ваня спрашивает у мамы: «А ты поправишься?» Оксана твердо отвечает: «Конечно». А потом плачет.
Оксану поддерживают мама и отчим. «Мужа хватило года на два», – говорит Оксана. Впрочем, об этом женщина упоминает без слез.
И вот еще что: обычная химиотерапия Оксане больше не помогает. Все возможные препараты, имеющиеся в России, для проведения терапии уже использованы. Помочь может таргетный препарат ивосениб, который хорошо зарекомендовал себя в Европе. Ивосениб не зарегистрирован в России, но он дает шанс. Шанс на жизнь. Шанс увидеть, как сын вырастет.
1 255 000 рублей – именно столько стоит курс терапии на пять месяцев. Если препарат подействует, лечение может быть продолжено за госбюджет. Но начинать нужно сейчас. А мы должны помочь. Больше некому. Оксана с сыном живут на пенсию по инвалидности, ЕДВ и пособие на ребенка. Это около 32 088 рублей.
Оксана больше не печет торты. Но она все еще верит, что когда-нибудь снова сделает те самые булочки с маком – для себя и своего сына. Давайте подарим ей этот шанс!
Текст: Алена БОГАТЫХ
Фото: Светлана БУЛАТОВА
Опубликовано 21.07.2025 года