Найти в Дзене

Как я увековечила семью без пафоса и архивов

У нас дома никогда не было толстых фотоальбомов. Все, что осталось — пара пожелтевших открыток, несколько нечетких снимков и мамина фраза: «Жили, как все». А я все равно хотела запомнить нашу обычную жизнь, наш голос, наши взгляды на мир. И, как оказалось, для этого не нужны ни архивы, ни музейные реликвии. Мне просто хотелось подарить маме что-то настоящее. Я подумала: «А что, если собрать ее историю?» Без громких слов, без патетики — просто как разговор, как признание в любви, только не в открытке, а в форме книги. Я спросила: — Мам, а расскажи, как это все было?
Она пожала плечами:
— А что там рассказывать. Все, как у всех. А потом села и рассказала, я впервые услышала не просто маму, а женщину, у которой была своя юность, свои страхи, свое чувство свободы и свой способ справляться с трудностями. Мы часто думаем, что «увековечить» — значит напечатать на мраморе или снять фильм с голосом за кадром. А на деле — это просто быть внимательным, услышать не только, что человек сделал, но
Оглавление

У нас дома никогда не было толстых фотоальбомов. Все, что осталось — пара пожелтевших открыток, несколько нечетких снимков и мамина фраза: «Жили, как все».

А я все равно хотела запомнить нашу обычную жизнь, наш голос, наши взгляды на мир. И, как оказалось, для этого не нужны ни архивы, ни музейные реликвии.

С чего все началось

Мне просто хотелось подарить маме что-то настоящее. Я подумала: «А что, если собрать ее историю?» Без громких слов, без патетики — просто как разговор, как признание в любви, только не в открытке, а в форме книги.

Я спросила:

— Мам, а расскажи, как это все было?
Она пожала плечами:
— А что там рассказывать. Все, как у всех.

А потом села и рассказала, я впервые услышала не просто маму, а женщину, у которой была своя юность, свои страхи, свое чувство свободы и свой способ справляться с трудностями.

Увековечить — это не про глянец

Мы часто думаем, что «увековечить» — значит напечатать на мраморе или снять фильм с голосом за кадром. А на деле — это просто быть внимательным, услышать не только, что человек сделал, но что он чувствовал.

Когда мы начали собирать материал, у нас почти ничего не было: ни одного видео, только пять старых фото, один школьный табель и много фраз: «Ой, я уже не помню…»

И все же мы сделали книгу.

Что оказалось самым ценным

  • Голос. Я записывала интервью на диктофон, потом расшифровывала. Я слышала, как меняется ее интонация, когда она говорит про свою первую любовь. Я слышала ее смех и он оказался таким молодым.
  • Фразы. Когда читаешь книгу, мама вдруг оживает в тексте: «А бабушка говорила — делай тихо, но по-своему». Или: «Все в жизни можно пережить, кроме одиночества».
  • Иллюстрации. Вместо фотографий мы попросили иллюстратора нарисовать сцены из ее рассказов. Вот мама идет в школу по снегу, держась за варежку брата, вот стоит в медвежьей шапке на первом утреннике. Эти иллюстрации передали атмосферу даже точнее, чем фото.

Как мы собирали книгу

  • Провели 5 интервью по 2 часа, с чаем и пирогами, без допросов, только разговор.
  • Я бережно записывала, не меняя ее манеру речи. Пусть будет немного сбивчиво — зато это она.
  • Разбили рассказ на главы по этапам жизни: детство, семья, работа, дети, ценности, взгляды.
  • Вставили ключевые цитаты, чтобы сохранить суть.
  • Сделали обложку с иллюстрацией, где мама молодая, смеющаяся, такая, какой ее никто давно не видел.

Все это мы сверстали в красивую, но живую книгу. Просто история женщины, которая прожила жизнь достойно.

Когда мама прочитала книгу, она заплакала, потому что почувствовала себя увиденной и услышанной. Потом книгу читали брат, тетя, даже двоюродные племянники. И я поняла: я не просто сохранила память, я рассказала о нас так, как не рассказывал никто.

Если не знаете, с чего начать — просто задайте вопрос: «А как ты тогда это пережила?». Создайте семейную реликвию вместе с проектом “Вечность”!