Открытие Австралии европейцами – это не единичное событие, а долгий, сложный и часто трагический процесс растянувшийся на столетия. Это история не только смелых мореплавателей и научного любопытства, но и столкновения миров, непонимания, и последующей колонизации с глубокими, необратимыми последствиями. Исторический взгляд на это открытие требует признания многотысячелетнего присутствия коренных народов на континенте, чьи глубокие знания земли были проигнорированы прибывшими европейцами, для которых Австралия стала "Terra Australis Incognita" – Неведомой Южной Землей.
Древние корни Австралии уходят в глубь времен на 65 000 лет и более. Предки современных аборигенов и жителей островов Торресова пролива прибыли на континент через архипелаги Юго-Восточной Азии в эпоху последнего ледникового периода, когда уровень моря был значительно ниже, а многие острова были соединены сухопутными мостами или находились в пределах видимости друг друга. Они развили богатейшие и разнообразные культуры, сложные социальные и духовные системы, идеально адаптированные к уникальным и часто суровым условиям континента. Их навигационные навыки, знание звездного неба, сезонных циклов и ресурсов земли были исключительными. Для них Австралия не была "открыта", она была их домом с незапамятных времен, центром их мироздания, пронизанным историями Сновидений.
Европейское же представление о существовании огромного южного континента зародилось еще в античности. Греческие философы, такие как Аристотель и Птолемей, рассуждая о симметрии Земли, предполагали, что огромные массивы суши в Северном полушарии должны быть уравновешены столь же крупной землей на юге – "Terra Australis". Эта идея, подкрепленная смутными слухами и неверно истолкованными путешествиями, пережила Средние века и стала аксиомой для европейских картографов эпохи Возрождения и Великих географических открытий. Гигантский, гипотетический континент неизменно изображался на картах, простираясь от Южного полюса к экватору, часто сливаясь с Южной Америкой и "замыкая" Индийский океан. Поиски этой земли, богатой золотом и пряностями, стали одной из движущих сил экспансии в южные моря.
Первые европейские корабли, вероятно, подошли к австралийским берегам еще в XVI веке, возможно, это были португальские или испанские мореплаватели, державшие свои маршруты в тайне в рамках политики "секретности" (Политика "Sigilo"). Косвенные доказательства – такие как "Карта Дьепа" 1540-х годов, на которой изображен фрагмент суши под названием "Ява ла Гранде", отдаленно напоминающий северо-западное побережье Австралии, – указывают на возможные, но не подтвержденные документально контакты. Однако эти плавания, если они и были, не привели к систематическому исследованию или объявлению прав на землю. Настоящая эпоха документально зафиксированных контактов началась с приходом голландцев.
Голландская Ост-Индская компания (VOC), стремясь монополизировать торговлю пряностями в Ост-Индии (современная Индонезия), активно исследовала морские пути к своим базам на Яве. Используя мощные западные ветра "ревущих сороковых", голландские капитаны часто "резали угол", уходя далеко на юг и восток в Индийском океане по пути из мыса Доброй Надежды к Яве. Именно такой маршрут привел капитана Виллема Янсзона на корабле "Дейфкен" ("Голубок") к совершенно незнакомому берегу в 1606 году. Плывя вдоль южного побережья Новой Гвинеи, Янсзон отклонился на юг и в феврале 1606 года высадился на западном берегу полуострова Кейп-Йорк в Квинсленде. Это была первая документально подтвержденная высадка европейцев на австралийский континент. Встреча с воинственно настроенными аборигенами закончилась стычкой, в которой погибло несколько матросов. Янсзон, разочарованный отсутствием признаков богатства или торговых возможностей и сочтя землю негостеприимной и бесполезной, назвал ее "Новой Зеландией" (не путать с современной Новой Зеландией), но это название не прижилось. Хотя он нанес часть побережья на карту, его открытие не вызвало большого интереса у VOC, поглощенной прибыльной торговлей на севере.
Последующие десятилетия стали эпохой голландских открытий западного и северного побережья. Корабли, сбившиеся с курса или искавшие новые пути, продолжали натыкаться на этот огромный, пустынный берег. В 1616 году Дирк Хартог на "Эндрахт" достиг западного побережья, высадившись на острове (ныне остров Дирка Хартога) у залива Шарк. Он оставил там оловянную тарелку с записью о посещении – один из старейших артефактов европейского присутствия в Австралии. В 1619 году Фредерик де Хаутман и Якоб д'Эрдель на кораблях "Дордрехт" и "Амстердам" исследовали участок побережья к югу от острова Дирка Хартога, столкнувшись с опасными рифами (позже названными скалами Хаутмана). В 1623 году Ян Карстенс на "Пера" и "Арнхем" проплыл вдоль южного берега Новой Гвинеи и далее вдоль залива Карпентария, описав бесплодную землю и враждебных жителей. Важным было плавание 1626-1627 годов Питера Нуитса на "Гулден Зепард", который, следуя из Батавии (Джакарты) на юг, а затем на восток вдоль неизвестного берега, нанес на карту значительную часть южного побережья – от мыса Лёвин в Западной Австралии до островов Нуитс в Южной Австралии. Он назвал открытую землю "Ландт ван д’Эендрахт" (Земля "Эндрахта") в честь корабля Хартога, но позже закрепилось название "Новая Голландия" (Nieuw Holland).
Вершиной голландских исследований стало путешествие Абеля Тасмана в 1642-1643 и 1644 годах. Получив задание от губернатора Батавии Антони ван Димена исследовать южные моря и найти путь в Чили, Тасман отплыл на восток от Маврикия. В ноябре 1642 года он увидел высокий берег – это была земля, которую он назвал Вандименовой Землей (ныне Тасмания) в честь своего патрона. Продолжив путь на восток, Тасман в декабре 1642 года открыл "Статен Ландт", который он посчитал частью мифической Южной Земли (на самом деле это была южная оконечность Южного острова Новой Зеландии). Во время этого плавания его корабли прошли южнее Австралии, доказав, что Новая Голландия не соединена с Антарктидой и что существует морской путь в Тихий океан к югу от континента. Второе плавание Тасмана в 1644 году было направлено на исследование северного побережья Новой Голландии и поиск пролива к югу от Новой Гвинеи. Он подробно нанес на карту залив Карпентария и северное побережье от полуострова Кейп-Йорк до Северо-Западного мыса в Западной Австралии, доказав непрерывность береговой линии и окончательно отделив Новую Голландию от Новой Гвинеи, но так и не обнаружив Торресов пролив (открытый Луисом Ваэсом де Торресом еще в 1606 году, но оставшийся испанской тайной). Тасман составил достаточно точные карты, но, как и его предшественники, не нашел ничего, что заинтересовало бы VOC – ни богатых городов, ни легких торговых возможностей, ни признаков полезных ископаемых. Новая Голландия оставалась для голландцев лишь навигационной опасностью и "бесполезной пустыней".
После Тасмана интерес к систематическому исследованию Новой Голландии угас почти на столетие. Лишь отдельные корабли, чаще всего потерпевшие крушение (как "Вергульде Драак" в 1656 году у западного побережья) или занимавшиеся пиратством, пополняли скудные знания о побережье. Значительным исключением стал английский пират-натуралист Уильям Дампир. Во время своего плавания на "Сайгните" в 1699 году он целенаправленно исследовал северо-западное побережье Новой Голландии, высаживался в районе залива Шарк и составил подробные, хотя и мрачные, описания ландшафта, флоры, фауны и аборигенов. Его книга "Путешествие в Новую Голландию" (1703, 1709) стала первым подробным английским описанием континента, сформировав представление о нем как о сухой, бедной и примитивной земле, населенной "самыми жалкими людьми на Земле". Этот образ надолго отбил у англичан охоту к колонизации.
Ситуация кардинально изменилась во второй половине XVIII века. Британия, укрепившая свое морское могущество и победившая Францию в Семилетней войне (1756-1763), искала новые территории для колонизации и базы для своего флота. Одновременно научный прогресс и идеи Просвещения стимулировали интерес к исследованию мира. Научным катализатором для нового взгляда на южные моря стала необходимость наблюдения редкого астрономического события – прохождения Венеры по диску Солнца в 1769 году, которое позволяло с высокой точностью вычислить расстояние от Земли до Солнца. Лондонское Королевское общество организовало экспедицию на Таити для наблюдений. Королевский флот, увидев в этом возможность и для стратегических исследований, назначил командиром экспедиции лейтенанта Джеймса Кука, талантливого картографа и мореплавателя. Ему был дан секретный приказ: после наблюдений на Таити отправиться на юг в поисках легендарной "Terra Australis".
На своем прочном корабле "Индевор" Кук достиг Таити в апреле 1769 года, успешно провел наблюдения Венеры, а затем, выполняя секретный приказ, направился на юг. Обойдя Новую Зеландию и доказав, что это два острова, не связанные с южным континентом, Кук повернул на запад. 19 апреля 1770 года вахтенный матрос Закари Хикс увидел землю – это было юго-восточное побережье Австралии, современный штат Виктория. Кук повел корабль на север, тщательно картографируя береговую линию. 29 апреля 1770 года он высадился в заливе, который назвал Ботани-Бей (Ботаническим) из-за невероятного разнообразия незнакомых растений, собранных натуралистами экспедиции Джозефом Бэнксом и Даниэлем Соландером. Это была первая высадка англичан на восточном побережье. Продолжая плавание на север, Кук преодолел опасный участок – Большой Барьерный риф, где "Индевор" едва не погиб, сев на мель. После ремонта в устье реки (ныне река Индевор) корабль вышел в открытый океан. 22 августа 1770 года на острове Поссешн (Владения) в Торресовом проливе Кук торжественно объявил восточное побережье от имени короля Георга III владением Британии, назвав его Новым Южным Уэльсом. Карты Кука, его описания плодородных земель восточного побережья (резко контрастирующие с мрачными картинами голландцев на западе) и отчеты Бэнкса, восхищавшегося потенциалом новых земель, кардинально изменили британское восприятие Австралии.
Открытие Кука имело немедленные и далеко идущие последствия. Когда после потери американских колоний в 1783 году Британия лишилась места для ссылки преступников, плодородные земли Нового Южного Уэльса показались идеальным решением. В 1788 году Первый флот под командованием капитана Артура Филлипа прибыл в Ботани-Бей, но вскоре перебрался в более удобную гавань Порт-Джэксон (будущий Сидней). 26 января 1788 года Филлип официально основал колонию Новый Южный Уэльс. Это событие знаменовало начало британской колонизации Австралии, но для коренных народов оно стало началом катастрофы – "Фронтира" (Frontier Wars), насильственного отчуждения земель, болезней, против которых у них не было иммунитета, разрушения традиционного уклада жизни и культуры. Процесс открытия континента европейцами, таким образом, перешел в фазу его завоевания и освоения колонистами.
Последующие десятилетия были посвящены исследованию внутренних районов и оставшихся участков побережья. Мэтью Флиндерс, совершивший в 1801-1803 годах первое плавание вокруг всего континента на корабле "Инвестигейтор", окончательно доказал, что Новая Голландия и Новый Южный Уэльс – единый материк. Именно он в 1804 году предложил название "Австралия", которое постепенно вытеснило "Новую Голландию". Сухопутные экспедиции, такие как переход Грегори Блэкслэнда, Уильяма Лоусона и Уильяма Уэнтворта через Голубые горы в 1813 году, открыли доступ к обширным пастбищным угодьям внутренних районов. Путешествия Чарльза Стерта, развенчавшего миф о большом внутреннем море, исследования Томаса Митчелла, Эдварда Эйра, Людвига Лейхгардта (пропавшего без вести), Берка и Уиллса (погибших на обратном пути) и многих других постепенно заполняли "белые пятна" на карте континента. Этот этап "открытия" был уже внутренним, направленным на поиск ресурсов, пригодных для сельского хозяйства и пастбищ, и маршрутов для расширения колоний.
Историческое осмысление открытия Австралии сегодня невозможно без признания его двойственной природы. С одной стороны, это выдающееся достижение европейской навигации, картографии и науки, растянувшееся на два столетия и потребовавшее мужества, упорства и любознательности от мореплавателей многих наций. Оно вписало последний крупный фрагмент в карту мира. С другой стороны, это история колонизации, которая для коренных народов Австралии обернулась геноцидом, потерей земель, разрушением культуры и вековой травмой, последствия которой ощущаются до сих пор. Открытие Кука, приведшее к основанию колонии, стало точкой невозврата. Исторический взгляд требует видеть не только триумф мореплавания и экспансии, но и глубокую трагедию коренного населения, для которого прибытие европейцев стало не открытием, а началом долгой и болезненной борьбы за выживание и признание своих прав на землю, которую они знали и берегли десятки тысяч лет. Таким образом, открытие Австралии – это не просто событие прошлого, а сложный и непрерывно переосмысливаемый процесс, лежащий в основе национальной идентичности современного австралийского государства.