Иван Лещинский стыдит нас за недостаток патриотизма, выражающийся в нелюбви к отечественным авто. Румыны, к примеру, своими автомобилями искренне гордятся, хотя выдающихся достижений в этой области у них нет. Русский автопром гораздо сильнее румынского… но мы его ругаем. Цитирую (ссылка):
…особым предметом гордости для румынов является тот факт, что новое поколение «Сандеро» является самым продаваемым автомобилем в Европе по результатам 2024 года…
А теперь небольшой шок-контент. Эта модель однозначно ниже по уровню, чем наша Lada Iskra (хотя они и в одной нише) согласно данным открытых источников: по результатам краш-тестов, по самобытности дизайна и стиля, по эргономике и комфорту…
…Очевидные плюсы вроде отличных результатов краш-тестов, оригинального дизайна, дешёвых запчастей или самой удобной в мире системы мультимедиа и навигации…
Автор цитаты прав. Кому лучше от того, что мы ругаем свои автомобили? Уж точно не нам. Это всё равно что бить самого себя кулаком в лицо за то, что в зеркале не Ален Делон.
С мессенджерами сложнее: тут лобовой протекционизм не очень работает, так как самое явление относительно новое и очень запутанное.
1. Общественность пользуется вражеским Вотсапом в том числе потому, что думает, будто защищает тем самым свою переписку. Ошибается, конечно: как я сегодня указал в Школе Капитализма (ссылка), особой защиты иностранные мессенджеры не дают.
2. Вотсап и Телеграм — бесплатные или почти бесплатные. Пользоваться бесплатной услугой и думать, будто это действительно бесплатно, несколько наивно… особенно в условиях, когда их аудиторию можно исподволь ошкурить через политическую пропаганду или кражу личных данных.
3. Должен ли мессенджер читать переписку пользователей? Если там террористы планируют теракт, наверное, спецслужбы должны прочесть и предотвратить. А если в мессенджере планируют убийство? Взятку? Кражу 10 тонн платины? Кражу одного арбуза? Заход «не в ту дверь»? Где находится та грань, когда тайна переписки становится важнее, чем раскрытие преступлений?
Теоретически можно установить правило: допустим, ФСБ открыто читает всю переписку в мессенджере, но реагирует только на террористов и телефонных мошенников из-за рубежа. Все остальные преступления, от карманных краж до супружеских измен, можно обсуждать в мессенджере свободно: товарищ майор будет читать, вздыхать, и забывать. Пожалуй, если мессенджер отработает в таком режиме пару лет, народ туда потянется.
Возможно, стоит привлечь к модерации мессенджера Церковь, благо у неё накоплен огромный опыт решения смежной проблемы — сохранения тайны исповеди.
4. Киберпространство становится всё более материальным. Простите за технологический пафос, но факты отрицать невозможно: с каждым годом всё большая часть нашей жизни протекает «там», с той стороны экрана. Некоторые и вовсе используют квартиру только как место для сна: вся их жизнь проходит «в Интернете», если этим устаревшим словом можно ещё накрыть, как зонтиком, всё то, что мы делаем при помощи пальца, мыши и клавиатуры. А раз так, то киберпространство следует облагораживать, развивать и защищать не менее усердно, чем офлайновые улицы городов.
Нынешняя ситуация, когда русский сегмент киберпространства частично оккупирован нашими открытыми врагами, точно не является нормальной.
5. Сами мессенджеры, впрочем, являются спорным инструментом. Возможно, обществу было бы выгодно отказаться от мессенджеров вовсе, заменив их на электронную почту и прочие цивилизованные форматы общения, не ломающие нормальный ритм работы и жизни постоянным попискиванием.
6. Мессенджер Макс от ВК выглядит пока что довольно странно. Пусть разработчики простят меня за откровенность, но со стороны он не похож на продукт, который тщательно планировали и глубоко прорабатывали, заботясь об удобстве пользователей и о защищённости их данных.
Если уж государство решило делать русский Вичат, мне кажется, гораздо лучше подошёл бы на эту роль Сбербанк.Онлайн.
Подведу итог
Я бы хотел написать что-нибудь умное про мессенджеры, благо я пользуюсь ими каждый день, однако в этом уравнении слишком много неизвестных, чтобы хотя бы подступиться к нему.
С автомобилями всё более-менее понятно: я за здоровый протекционизм, если только он не принимает уродливых форм типа гонений на владельцев старых машин.
С мессенджерами ничего не понятно. Поэтому ставить себе Макс я не буду, если только жизнь к этому не вынудит, однако и громко ругать его тоже пока что подожду.