Глава двадцать первая.
- Знак защиты? – удивилась Вэйт. – Действительно, к чему бы он мне, я вроде не подвергаюсь опасности.
- Это уд-диивительное искусство, - развела руками Йора. - У высших свои п-представления о том, что нам важно. Возможно, пойдёт в-время и ты порадуешься тому, что знак есть.
- Спасибо, - с пониманием кивнула Вэйт, - в любом случае, это очень красиво и изысканно. А про защиту, будем надеяться, что она мне не понадобится.
Они попрощались с Тэйк и Йорой и погрузились в мешанину бала. На каждом углу происходило что-то интересное. Вот там крутят яркие кольца жонглёры, там акробаты идут по тонкой натянутой леске, там показывает чудеса молодой маг.
- Как же здесь много народу, - поразилась Вэйт, - и большинство из них новички?
- Те, кто живут в Городе меньше года, - подтвердила Вериспуга.
В ажурных стенах то тут, то там появлялись двери, выпускающие новых гостей, чтобы через мгновение вновь исчезнуть. Вэйт уже нацелилась на столик со сладостями, как вдруг приятную музыку сменил удар гонга.
- Дорогие гости, - на лестнице стоял высокий мужчина в форме какого-то офицерского чина и с длинной половиной бороды. - Я, генерал Полубород, рад приветствовать вас в своём замке. Надеюсь, приём соответствует вашим ожиданиям. Все новые жители нашего Города сейчас находятся в зале, и я думаю, что пришло время для Заветного розыгрыша. Наверняка все вы помните, как в улиткомобилях брали в руки зачарованные карточки. Они заколдованы всего на одно задание: считать самую сильную мечту на тот момент и воплотить её в себе. По старинной традиции мы исполним самую амбициозную, самую красивую и самую наивную мечту. Начнём же.
Гонг ударил ещё раз.
- Самая амбициозная мечта, - огласил генерал Полубород, - прочитайте, у кого появилась в руках карточка.
- Я хочу, чтобы в городе появилась стража, которая будет отлавливать лаккерсов, и хочу возглавить её, - уверенно прочитал здоровенный парень с синими волосами.
- Да будет так, - генерал картинно развёл руками, - с завтрашнего дня будет издан соответствующий указ.
Ещё один удар гонга.
- Самая красивая мечта, - огласил Полубород, - читайте.
- Я хочу, чтобы Главные часы расписали лучшие художники Города, - мелодично пропела девушка чуть старше Вэйт, - чтобы они из символа страха превратились в образ возрождения Города.
- Прекрасно, - генерал Полубород даже зааплодировал, - всегда любил красивые мечты. И, наконец, - удар гонга, - самая наивная мечта.
Неожиданно в ладонях Вэйт что-то засеребрилось. Она опустила глаза и увидела, что держит в руках ту самую карточку, которую брала в улиткомобиле. По крайней мере, она была очень похожа на ту. Правда, на этой был текст. Вериспуга пнула её локтем:
- Читай.
- «Хочу, чтобы гигантские улитки перестали гоняться за крошечными кроликами, - неуверенно прочла девушка. - Пусть тиули станут домашними любимцами, а хищным улиткам маги наколдуют воображаемую приманку».
- И да будет исполнено, - радостно провозгласил генерал Полубород. – Три самых необычных желания сбудутся сегодня и останутся в истории Города навечно. А теперь продолжайте праздновать, дорогие, этот вечер для вас.
Он взмахнул рукой, и музыканты вновь заиграли какую-то веселую мелодию. Вэйт быстро сместилась с центра зала, чтобы не мешать танцующим.
- Не хочешь потанцевать? - удивилась Вериспуга.
- Не знаю здешних танцев, - призналась Вэйт.
- Да, мы, признаться, как-то не подумали тебе сказать о том, что это может пригодиться, - покраснела подруга. – Ну ничего, к следующему балу я лично научу тебя главным движениям.
- А у вас часто бывают балы?
- Несколько раз в год точно. Именитые горожане любят праздновать всякие радостные события, - пожала плечами Вериспуга. – Просто обычно первый бал в честь новичков бывает где-то через месяц. Но тут Главные часы, такое событие...
Она прервалась, потому что в ближнем к ним углу зала явно что-то происходило. Из толпы людей доносились крики, чего здесь Вэйт ещё не слышала.
- Пойдем посмотрим, что там происходит, - предложила не менее заинтригованная Вериспуга.
Они как раз успели подойти к собранию людей, как где-то за ней громко хлопнула дверь. Собравшиеся переглядывались с совершенно непонятными эмоциями.
- Что здесь произошло? – уточнила Вериспуга.
- Да вот повздорили два сыночка высокопоставленных министров, - шепнула ей девушка с лиловой челкой. - Один подошел ко второму и что-то ему сказал, а тот начал кричать и ушел, хлопнув дверью. Это так неучтиво.
- А что сказал? – не поняла Вэйт.
- Кивнул на тарелку, полную жабьих лапок, и сказал что-то вроде: «Не из твоих ли собратьев это сделано?». Я, признаться, не поняла, к чему он это. Но тут начался скандал и яснее не стало.
- Странная история, - кивнула Вериспуга. – Ты что-нибудь понимаешь? – обратилась она к Вэйт.
- Да есть у меня одна нехорошая мысль, - призналась та, - я пока оставлю её при себе.
«Почему у тебя резко испортилось настроение?» - поинтересовалась Ють.
«Ничего подобного», - запротестовала мысленно Вэйт.
«Ну я же чувствую», - Ють была неумолима.
«Потому что у меня есть один знакомый зиморк, который как раз недавно был жабой, - призналась Вэйт, - Такая ситуация вполне могла произойти с ним».
«Это тот в кожаной куртке, из-за которого ты краснеешь и бледнеешь?, - уточнила Ють. - Он ещё и зиморком был? Это, пожалуй, единственное, что могло бы сделать его чуть более симпатичным, но нет».
«Почему он тебе так не нравится?», - удивилась Вэйт.
«Считай это драконьей интуицией, - проговорила Ють. - С ним что-то не так, я ему не доверяю как-то инстинктивно»
Вэйт только хотела возразить, как вдруг почувствовала, что на талию ей легла чья-то рука. Она инстинктивно дернулась, но её держали крепко. Вэйт подняла глаза и увидела совершенно незнакомого парня года на три-четыре старше нее. Он был огненно-рыжим с короткими кудрявыми волосами. Однако прическа была единственным приятным штрихом в его внешности. Слишком маленький нос и узкие глазки не добавляли ему привлекательности. И всё-таки самой неприятной была самодовольная ухмылка на его лице. Парень смотрел на неё сверху-вниз с плохо читаемым в глазах выражением собственного превосходства. Девушка обернулась в поисках Вериспуги, но тут толпа танцующих сместила её в сторону, и она совсем потеряла из вида подругу. А парень меж тем продолжал самодовольно усмехаться.
- Простите, - только и смогла выдавить ошарашенная Вэйт.
- Да ничего, я вполне удобно здесь устроился, - искривил губы незнакомец. – Это же ты читала самое наивное желание, крошка?
- Я, и что? – в голосе Вэйт прозвучала угроза.
- Ничего, это было очень смешно. – хмыкнул парень. – Только новичку могло прийти в голову обеспокоиться о бесполезных тиули, которые отращивают крылья от страха. Но мне показалось это забавным.
- Кто вы вообще такой? – Вэйт медленно, но верно, закипала.
- Ах, прекрасная леди, я забыл представиться, я Лиусс, старший сын первого министра короля, - самодовольно протянул парень.
- Очень рада за вас, и это дает вам право распускать руки? – Вэйт попыталась вывернуться, но юноша держал цепко. – Я, кажется, не просила к себе такого особого внимания.
- Я решил, что такой наивной девочке не повредит полезное знакомство. Ну не гневайтесь, прекрасная леди, давайте лучше потанцуем.
- Нет - отрезала Вэйт. – Я не танцую, особенно с хамами.
- С кем? – иронично изогнул губы Лиусс, - Мне кажется, ты просто стесняешься, не стоит, я люблю раскованных девочек.
В это момент Вэйт почувствовала, как нарисованное хрустальное ожерелье на её шее начало наливаться жаром. Ещё мгновение и оно пылало, при этом визуально не изменяясь.
«Хочешь, я полыхну в него огнем?» - Ють на её груди, кажется, распалилась не меньше защитного украшения.
«Нет, я не хочу, чтобы кто-то знал о тебе, разберусь сама», - быстро подумала Вэйт.
- Ты задумалась, крошка, - продолжал тем временем старший сын первого министра, - думаешь, как бы извиниться за свою грубость и согласиться, чтобы не потерять лицо. Можешь просто согласиться без лишних кривляний.
Вэйт только хотела резко ответить ему, как украшение на её шее раскалилось ещё сильнее. Одна из хрустальных деталей расплавилась и капнула ровнехонько на руку первому сыну первого министра. Он с криком отдернул руку и отскочил в сторону. Вэйт торжествующе улыбнулась.
- Что ты сделала? – возопил Лиусс. - Это какая-то запрещенная магия?
- Просто высшие решили поучить тебя вежливости, - процедила девушка.
- Ты ещё пожалеешь об этом, - уверенно пообещал её нежданный поклонник.
- Лиусс, дорогой, - к рыжему парню подошла девушка с копной красных волос, - вот ты где. Я уже обыскалась тебя.
- Да, милая, я как раз искал тебя, чтобы пригласить на танец. - ещё раз смерив Вэйт предостерегающим взглядом, старший сын первого министра повернулся к своей спутнице и, кажется, полностью сосредоточился на ней.
«Потрясающий нахал, - выдохнула Ють, - а эта твоя штука на шее очень неплоха. Я слышала, что лионайтис – очень мощные по своим свойствам изображения, но никогда не видела, как они расправляются с бесцеремонными типами».
«Да, она меня спасла от начала драки, наверно, это было бы не очень уместно на балу», - хмыкнула Вэйт.
- Вэйт! – к ней сквозь толпу пробивалась Вериспуга, таща за собой Бэнту, - как ты? Я, как только увидела этого типа, тут же бросилась за Бэнтой. Он у нее красится и хоть сколько-то уважает. А так он не слушает абсолютно никого, потрясающей наглости персонаж.
- Я так вижу, она прекрасно справилась и без нас, - разулыбалась Бэнта. – Как, если не секрет? Отделаться от Лиусса, наметившего себе очередную жертву, практически невозможно. Хвала богам, я не в его вкусе, а Верис, например, всегда уходит, когда он планирует свой визит к нам.
- Я бы устроила драку, - призналась Вэйт, - но мне помогло древнее магическое искусство рисования, - она со смехом дотронулась до хрустального ожерелья на своей шее.
- Недурная штука, - оценила Бэнта. – Ну то есть, в перспективе, за тебя можно быть совершенно спокойной? Лиусс танцует со своей дражайшей невестой, а от нее так легко не отделаешься, она прилипчива хуже меда и варенья, смешанных друг с другом.
- Да, у меня всё хорошо, можете идти развлекаться, - Вэйт оглянулась по сторонам, пытаясь найти себе какой-нибудь тихий уголок, но в этот момент на кончике её туфель что-то засияло. Вэйт пригляделась: аккуратная, крошечная звездочка. А вон и вторая, буквально в пяти сантиметрах от неё. И третья.
Девушка присмотрелась: из маленьких звездочек выкладывалась изящная, плутающая между столиками и гостями дорожка. Она изгибалась и изменяла конфигурацию, стоило кому-то наступить на одну из остроконечных фигур. И она явно куда-то вела. Причем, что поразительно, начиналась она у её ног и кроме неё, проложенный путь, кажется, никто не видел.
«Интересно, куда она ведет», - задумалась Вэйт.
«Уф, ну неужели не понятно, что вести она может всего в одном направлении? - пробурчала с её шеи почему-то недовольная Ють. - Ты всё-таки ещё слишком мало знаешь о данном мире, как человек, проживший здесь месяц с небольшим».
«Это приведет меня к каким-то неприятностям?» - насторожилась Вэйт.
«Не думаю, - протянула Ють. – А в случае чего я вмешаюсь и всё - ю-ють, снова встанет на свои места».
«Ну тогда я пошла», - мысленно улыбнулась Вэйт. Признаться, её очень занимала эта загадка.
Шаг за шагом по звездочкам она добралась до огромной входной двери, одной из немногих, что не исчезла, когда и неё вышли гости. Оглянувшись и убедившись, что на неё никто не обращает внимания, она прошмыгнула за створки.
Непарадная часть замка была такая же огромная, но куда более скудно освещенная. Но звездочки на полу сияли ярко, и она без боязни проследовала вперед. А вот и ещё одна дверь, за которой скрывается загадочная дорога. Девушка уже потянула ручку на себя, когда услышала за спиной шаги. Мгновение и на плечо ей легла чья-то холодная рука. Вэйт обернулась. Рядом с ней стоял Лиусс, улыбаясь одной из своих неприятных улыбок.
- Куда это мы собрались, дорогая? Я же говорил, что мы ещё не закончили, - прошипел он.
«Ну вот теперь я точно дыхну на него пламенем!» -забурлила Ють.
Вэйт уже приготовилась зажмуриться, ожидая неизбежной катастрофы, как со стороны двери раздалось тихое покашливание.
- А сейчас ты уберешь свои руки подальше и отойдешь на почтительное расстояние, иначе, клянусь богами, этот вечер запомнится тебе надолго, - произнес знакомый спокойный голос.
Вэйт обернулась. На подоконнике соседней комнаты сидел Дэкон. Дорожка из звезд, забегавшая в зал, кончалась ровнехонько в его ладони.