Культ как политический инструмент
В 1937 году, к столетию гибели Пушкина, советская власть устроила невиданную пропагандистскую кампанию. По всей стране прошли тысячи мероприятий, тиражи его книг достигли миллионов экземпляров, а образ "солнца русской поэзии" стал частью государственной идеологии. Но почему именно Пушкин, а не Лермонтов или Некрасов? Ответ кроется в удивительной пластичности его образа, позволявшей и царской, и советской, и современной российской власти использовать поэта в своих целях. Глава 1: Создание канона
После дуэли 1837 года Николай I распорядился: Казалось бы, жест милосердия. Но современные исследователи (например, Лотман, Вацуро) видят в этом начало сознательной канонизации. Из собрания сочинений исчезли: Глава 2: Альтернативы, которых не было
В 1840-х годах существовали поэты, чьё мастерство современники оценивали не ниже пушкинского: Баратынский - Слишком мрачен для канона Вяземский - Чрезмерная сатиричность Тютчев - "Недостаточно русский" Особенно показат