Обычный день в деревне, пять окон, одна забытая наклейка — и вся жизнь перед глазами. Какие они были — наши родители, когда мы были детьми? Мы думали — всё знают. А они просто старались, как могли.
Иногда ностальгия приходит очень банально. Скажем, ты просто моешь окна в деревне. Устала, но довольна — целых пять штук, между прочим! А вечером ждёшь хоть капельку похвалы. Но вместо:
— Доча, ты молодец, — получаешь:
— Ну как так можно было помыть окна? Ты их вообще мыла? Нет, серьёзно.
А всё — из-за какой-то крошечной наклейки в уголке, которую я не заметила. Она там столько лет болталась, что я искренне думала: «Может, так и надо?» 😅
И всё. Меня накрыло.
Обычная фраза — и я почему-то вспомнила всё своё детство. Их. Своих родителей. Таких взрослых, как мне тогда казалось. Но ведь когда я родилась, папе было всего 21. Маме — 24. По сути, почти дети. Но уже родители. Мои.
Папа. Человек, у которого можно держаться за палец
Мой папа — скорпион. Строгий, сдержанный, деятельный, горячий. Если делать — то идеально. Если не идеально — зачем вообще?
Он человек дела, а не слова.
В моём детстве он работал. Всегда. Уходил, пока я спала. Возвращался, когда я уже снова укладывалась. Иногда работал даже в выходные. Он тянул семью, кормил, решал, вёз.
Поэтому каждый редкий момент, когда он был дома, я вцеплялась в него всей душой. Хотелось тепла, внимания. Хоть немного ласки.
Помню, как он везёт меня ранним тёмным утром на санках в садик. Я напеваю песенки. Он молчит, но идёт. Помню большую мужскую руку — и я держусь за один его палец своей крошечной ладошкой.
Помню как высоко и захватывающе было кататься из гостей у него на плечах. Рост 1,92, как никак!😃 Мир с такой высоты казался огромным, ярким и каким-то особенно добрым.
Он никогда не говорил «я тебя люблю». Никогда не говорил «ты у меня самая лучшая».
Но если я звонила с просьбой помочь, он всегда помогал, сразу:
— Пап, отвези в школу?
— Пешком иди. Автобусы ходят.
— Пожалуйста…
— Иди пешком!
А потом — звонок через 15 минут:
— Выходи.
Вот такой он. Не про слова. Про действия.
С ним спорить было бесполезно. А я пыталась. Особенно в подростковом возрасте. Упрямство встречалось с упрямством — ссорились до слёз. Но всё равно знала: он — моя стена. Строгая. Надёжная. Молчаливая. Но непробиваемая.
Мама. Та, которая гладила всё и всех
Если папа — это голова, то мама — шея. Мягкая, но сильная. Та, что всё чувствует и всё удерживает.
Моя мама — это вкусные ужины. Это выглаженные вещи. Это спокойный голос, когда все кричат. Это та, кто уравновешивает. Та, кто жалеет после «люлей» от папы. Та, кто всегда рядом, даже если ты не звала.
Она работала бухгалтером. Успевала по дому, на работе, с нами. И никогда не жаловалась.
Когда родилась моя дочка, она приходила каждый день. С едой. С заботой. Просто — потому что знала, как это. Никто не просил. Просто приходила сама.
Но была и другая сторона. Она делала всё сама. Не просила о помощи. Не делегировала.
Когда родился мой брат, мне было 16. Я почти не сидела с ним. Не потому что не хотела — просто не догадывалась, как сильно мама нуждалась в помощи.
Теперь, став мамой, я понимаю это. И мне стыдно.
Мы казались себе взрослыми. А они — ещё взрослее
В детстве мы смотрим на родителей снизу вверх. Они кажутся такими всезнающими, взрослыми, непоколебимыми.
Но теперь, когда я смотрю на их фотографии из тех лет… Я вижу почти детей. Уставших, старающихся, любящих. Без книг по воспитанию, без курсов «осознанного родительства», без Instagram и психологов.
У них не было времени на фразы вроде «важно проговорить эмоции» или «у тебя травма». Они просто тянули. Вкладывали. Делали всё, что могли — своим способом.
Через усталость. Через молчание. Через работу до ночи. Через горячие обеды и вытянутые руки.
Семья — это не только родство. Это корни, к которым хочется возвращаться
Моя семья — это не только мама и папа. Это целый пласт традиций.
У нас всегда было принято собираться всем вместе: на каждый день рождения, на каждый праздник, на покос, на картошку.
Это — святое. Это про еду на большом столе, разговоры до ночи, про то, как бабушка ставит чайник «ещё разочек», и про детский смех во дворе.
Я обожаю эти семейные сборы. Это мои корни. Мой уют. Моё «дома».
И я очень хочу пронести это дальше, сквозь года. Чтобы у моей дочери тоже была такая крепкая ниточка — туда, где её любят. И где всегда накроют на стол, даже если ты просто зашла на минутку.
И знаете, я благодарна
Я была избалованным ребёнком. У меня было всё. И даже чуть больше.
Но самое ценное — это чувство, что ты не один. Что кто-то тянет, держит, несёт — даже молча.
Теперь я тоже мама. Я тоже устаю. Иногда тоже молчу, когда надо бы сказать.
Но я учусь. Учусь говорить. Обнимать. Не только быть — но и быть рядом.
Мои родители — не идеальные. Но они мои. Они настоящие. И я молюсь за них. И каждый день благодарю.
За жизнь. За силу. За пример. И за ошибки — тоже. Потому что именно они сделали меня такой, какая я есть.
💬 А вы какими помните своих родителей?