Все части повести здесь
Опасения подтвердились, когда она услышала разговор двух молодых девушек в теплице – они были старше Лили, одного возраста с Тимкой, но тот ушел после девятого класса, а девчонки продолжили учиться дальше.
– У Косыгина такой сын получился – закачаешься – говорила Аля, Алевтина, своей подруге Тамаре – скажи же – симпатичный! Идет в этот раз по улице, я думаю, что за красавчик?!
– Говорят, он в городе какими-то не совсем законными делишками ворочает – откликнулась Тома.
– А чем именно?
– Да кто его знает?
– Может, просто слухи распускают?! Из зависти. Он, говорят, в училище поступил, я слышала, что подрабатывает.
Часть семнадцатая
– Лиль, ну чего ты, а? Я же от всей души!
– Тим... ответь мне честно – ты ни в какую сомнительную историю не попал, а? Просто... все эти большие деньги... это все сомнительно...
– Лилек, ну, в какую историю я мог попасть? Вагоны разгружал по ночам на станции, копил, очень хотел тебя порадовать подарком. А ты отказываешься!
Лиля последний раз кинула взгляд на серьги.
– Нет, Тим, прости и не обижайся. Я не смогу такой дорогой подарок взять. Все это кажется мне плохой идеей.
– А погулять со мной вечером не откажешься?
Она улыбнулась.
– Вот это мне ценнее и дороже, чем разного рода подарки. Конечно, не откажусь.
Когда Вика узнала о том, что Лиля отказалась принять от Тимофея такой подарок, она только руками всплеснула:
– Лиль, ну какая же ты дурочка! Он же... от всей души тебе хотел подарок сделать! Ты разве не заметила, что он в тебя влюблен по уши?!
Лиля нахмурилась.
– Чего ты в любви-то понимаешь? Тринадцать лет, а все туда же – о любви размышлять! Лучше бы книжку лишний раз почитала!
– Лиль, ну чего ты начинаешь? – сестра надула губы – лето же, каникулы. Я же год на «отлично» закончила, что, не имею права отдохнуть?
И это действительно было так – и Лиля, и Вика закончили учебный год на одни круглые «пятерки», что очень радовало бабушку, которая не преминула в очередной раз высказаться своему сыну, когда он приехал по-быстрому проведать мать и дочерей.
– Такие дочки у тебя умницы! Тебе бы, дураку, гордиться, да участие принимать в их воспитании, помогать, поддерживать, советовать! Легкое ли дело – девчонки без матери растут?!
– А я что – не помогаю?! – отец вытаращил глаза – я вообще-то алименты плачу, и так постоянно с подарками приезжаю! У них уже вон – из книг библиотека настоящая, шкаф от пола до потолка, одеты не хуже других, и все я плохой!
– А я тебе разве деньгами пеняю?! Ну и дурак ты, Пашка!
– Мам... Ну что я могу поделать, а? У меня сын, жена, бизнес – мне разорваться, что ли?
После таких встреч и разговоров, Лиля журила бабушку, мягко, осторожно, чтобы не обидеть:
– Ба, ну чего ты ему высказываешься, а потом сама переживаешь? Взрослый он, ты уже мнение его не поменяешь! Нам только смириться остается.
– Мнение! – переживала бабушка – сняла бы я с него портки и розгой по его «мнению» как дала бы!
Слова сестры взбудоражили Лилю. Она и сама не понимала, вызвал ли Тимка в ее душе какие-то... чувства. Она всегда относилась к нему тепло, видела, что он не похож на своего отца, что он... другой. Но была в нем какая-то недосказанность, что ли, что-то скрытное, тайное... А Лиля тайны не очень любила, потому что они могли быть неприятными. Сердечко ее, еще совсем молодой девушки, чувствовало, что что-то во всем этом есть... фальшивое, какая-то... ложь, что ли...
Опасения подтвердились, когда она услышала разговор двух молодых девушек в теплице – они были старше Лили, одного возраста с Тимкой, но тот ушел после девятого класса, а девчонки продолжили учиться дальше.
– У Косыгина такой сын получился – закачаешься – говорила Аля, Алевтина, своей подруге Тамаре – скажи же – симпатичный! Идет в этот раз по улице, я думаю, что за красавчик?!
– Говорят, он в городе какими-то не совсем законными делишками ворочает – откликнулась Тома.
– А чем именно?
– Да кто его знает?
– Может, просто слухи распускают?! Из зависти. Он, говорят, в училище поступил, я слышала, что подрабатывает.
– Может и распускают. Только поверь мне, подружка – дыма без огня не бывает. Ты его одежду видела? Джинсы – фирмА дорогая, футболку явно у барыг брал, а на ногах «Мартинсы», а они стоят, знаешь ли... Нам с тобой трех зарплат не хватит, чтобы купить. Так что неспроста все это. Ну, а то, что учится, так я тебе скажу – одно другому не мешает.
Услышав это, Лиля напряглась. Вроде бы все по делу говорили девчонки, и сама подумала – ну, откуда такие деньги у Тимки? Если правда на разгрузке, так это сколько копить надо, чтобы и «Мартинсы», и серьги ей в подарок купить... Впроголодь сидеть, что ли... Косыгин – старший, она была больше, чем уверена, не помогает сыну. И вообще, она узнала, что Тимка поселился не у Анфисы с отцом, а снял номер в недавно отстроенной, пусть и небольшой, но уютной, гостинице. Опять же, деньги...
Еще она узнала, что в ту гостиницу приходил сам Косыгин – старший, видимо, хотел выпросить у Тимки денег, а заодно попенять ему на то, что даже не заходит проведать брата – мог бы сам и зайти, и подарков привезти, и желательно, денег отсыпать... Но Тимка не воспринял визит отца и просто-напросто спустил его с лестницы. Добродушный жест Косыгина – старшего остался неоцененным по достоинству, и Анатолий поспешил ретироваться.
Все-таки Лиля согласилась на прогулку с Тимом, и вечером они встретились недалеко от их дома. Решив все же сразить девушку наповал, Тимка принес ей букет белых лилий. Она сразу поняла, что цветы он купил, слишком уж магазинными, ровненькими и правильными они выглядели.
– Тим, ну зачем ты потратился? – спросила она укоризненно.
– Ты не приняла сережки, и я решил, что цветы-то ты уж возьмешь, в конце концов ты именинница, как же я без подарка?
Цветы она взяла и всю дорогу, пока они шли к Юре, принюхивалась к их тонкому аромату.
– Они очень красивые. Спасибо, Тима.
У Юры поставили несколько беседок, уютных, сделанных в очень романтичном стиле. Лиля устроилась на скамейке внутри, Тимофей сел рядом с ней и тут же скинул с плеч свитер тонкой вязки.
– Накинь – сказал ей, набрасывая его на плечи – тянет с Юры ветерком, простынешь.
Его забота была приятна ей.
– Лиль, ты чем планируешь после девятого заниматься? – спросил он.
– Поеду поступать в техникум. На бухгалтера. Хочу побыстрее закончить учебу и устроиться на работу, помогать бабушке.
– А жить где станешь?
– В общежитии, конечно.
– Лиль – он взял ее ладошки в свои руки – я квартиру в городе снял... Ты можешь у меня остановиться... Я на раскладушке буду спать, а тебе место отгородим, где кровать стоит. В общежитиях мыши, тараканы, и молодежь пьяная – не дадут спокойно заниматься.
– Тима, это неприлично – она нахмурилась.
– Почему? Мы же брат и сестра, почему это неприлично?
– Мы не кровные брат и сестра – Лиля покраснела.
– Лиль... я... нравлюсь тебе хоть немного? Знаешь, я постоянно в городе о тебе думаю, постоянно! Ты совсем не похожа на...
– На кого?
– Да так, ни на кого... Эти городские курицы – они совсем другие... А ты... Ты серьезная, ответственная, ты... ты лучшая!
– Не вгоняй меня в краску, Тима!
– Я знаю, прости меня... Знаю, что ты совсем молоденькая, и еще не испытывала это чувство – любовь. Поверь, я совсем не похож на своего отца, и я никогда не стану делать так, как он...
– Тим, я уверена в этом, но... что ты хочешь всем этим сказать?
– Мы можем... быть вместе? Встречаться, дружить, помогать друг другу, только... не как брат и сестра?
– Прости! – Лиля вскочила со скамейки – Тим, прости, я... мне пока не нужны никакие отношения, кажется, они будут только мешать! Извини, я не хочу, чтобы ты... не хочу как-то тебя... обманывать. Мне сейчас не об этом надо думать!
Она сорвалась из беседки, не слыша позади его голоса:
– Лиля! Лиля, я тебя обидел? Прости меня, Лиля!
Бежала домой очень быстро, чувствуя, как к глазам подступают слезы, закрывая руками лицо. Это были слезы... досады, что ли... Рухнула на кровать, зарывшись в подушку лицом, поплакала немножко от какого-то непонятного, щемящего чувства, которое сдавило грудь, потом решила, что хватит жалеть себя и ныть, встала, кинула взгляд в зеркало. Ну вот что может быть привлекательного в ней для Тимки? Невысокая, тонкая, как тростинка, никаких женственных выпуклостей – округлостей, все какое-то остро-рубленое: маленькая торчащая грудь, резко очерченная талия, совсем не женственные бедра. Волосы светлые, какого-то мышиного цвета, глаза светлые, брови и ресницы чуть темнее, но все равно, блеклые какие-то. Разве что кожа... кожа хорошая, ровная, гладкая, наверное, просто еще не испорченная косметикой... А так – абсолютно ничего примечательного. И такой парень, как Тимка, положил на нее глаз? Да она в жизни не поверит!
Впрочем, он всегда был искренним парнем, она верила ему тогда, когда жили вместе, помнила все те ситуации, когда он помогал ей и Вике. И все равно – она не допустит никого в свое сердце, особенно сейчас! Сейчас все силы надо на учебу, на то, чтобы потом нормально устроиться работать, у нее Вика, которой тоже надо будет учиться, они ведь обещали, что никогда не бросят друг друга и не предадут. И если на мать и отца надежды вообще уже нет, она, Лиля, сможет сделать так, чтобы у нее и у сестры жизнь была достойной. Вон как она умело научилась распоряжаться теми немногими деньгами, что зарабатывала в теплицах. Ей даже накопить удавалось, и довольная бабушка хвалила ее за рачительность и повышенное чувство ответственности.
Им троим много и не надо было из еды – летом свежие овощи и фрукты с огорода, картошки сажали достаточно, капусты тоже, бабуля стряпала свой хлеб – помогал купленный мешок муки и сахара, а также соли. Зимой – бабушкины бесподобные на вкус закатки. В памяти у Марии Ивановны остались еще времена дефицита, когда всего запасали вдоволь, и Лиля старалась, чтобы и эти расходы не ложились только на бабушкины плечи. Та даже поругивала ее:
– Лилька, съезди в город, купи себе вещи! У нас все есть ведь – отец алименты платит, нам хватает! Зачем ты опять крупы набрала – для нее уже в коробе места нет?! Купи себе книжку лучше, или нарядов каких!
– Ба, у меня все есть! Давай я вот лучше в следующий раз для кур куплю крупы!
– А как ты мешок из города поволочешь?
– Тележку возьму.
В итоге крупу для птиц привозил отец на машине.
... – Лиль – сестра гладила ее по волосам – с тобой что, а? Ты сама не своя.
– Да ничего – отмахивалась Лиля.
Она предпочла скрыть от всех свой разговор с Тимофеем. Но он пришел к ней через несколько дней и вызвал ее на улицу.
– Лиля, ты извини меня, пожалуйста. Я слишком навязчив, и тебе со мной не комфортно? – спросил он.
– Нет, Тима, дело вовсе не в тебе. Дело во мне. Я... не хочу сейчас никаких отношений, мне всего пятнадцать, и думать мне надо не об этом, извини.
– Ты даже цветы оставила тогда в беседке, сбежала...
– Я не хотела тебя обидеть, просто все то, что ты говорил, было очень неожиданным.
– А я не хотел тебя напугать. Ты меня тоже извини, не стоило мне так резко признаваться тебе в своих чувствах. Я... Лиля, ты мне нравишься, я к тебе неравнодушен и постоянно о тебе думаю...
– Тим, прости меня. Я не готова тебе ответить тем же, по крайней мере, не сейчас. Очень надеюсь, что ты меня поймешь, и не станешь обижаться. Я могу быть тебе сестрой и другом – но не больше.
– Мне этого мало.
– Я... ничего не могу поделать, Тим.
Он ничего не ответил – ушел молча, ни словом ее не попрекнув. Лиле было немного неудобно – он старался что-то сделать для нее, а она его оттолкнула. Но на лицо была его уязвленная гордость, она это видела. Подумала тогда, что вероятно, любому мужчине не просто услышать отказ...
Это случилось вечером, в тот день она ушла к своей однокласснице и подруге Свете, той самой, Воробьевой, у которой была в семье почти та же самая ситуация, что и у Лили. Светка жила на другом конце поселка, и чтобы вернуться домой, Лиле нужно было пройти небольшой лесок. Лесок этот всегда казался ей мрачным, и она старалась реже ходить через него. Но сейчас хотелось срезать путь, тем более, бабушка уже, наверное, переживает.
Они вышли из-за пышного куста рябинника, их было трое, и сначала девушка их даже не заметила.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.