Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Шедевр психоделического фолка, который бесследно исчез на три десятилетия. Линда Перхакс и её «Параллелограммы»

Как и многие другие культовые меломанские раритеты, в момент выхода альбом «Параллелограммы» разошёлся тиражом, близким к нулю. Из-за этого подобные раритеты кажутся особенно ценными, ведь их коммерческий провал намекает на изначальный мизерный тираж. Но история создания «Параллелограммов» настолько необычна, что только добавляет волшебства. Линда Перхакс не была профессиональной певицей. Днём она работала стоматологом в клинике на окраине Беверли-Хиллз, обслуживая таких известных пациентов, как Кэри Грант и Генри Фонда. А по вечерам, в выходные и праздники вела образ жизни хиппи. Как и многие молодые люди, вдохновлённые творчеством Боба Дилана и Джони Митчелл, Линда Перхакс играла на гитаре и писала песни. Однако она была уверена, что обладает особым даром. Она могла видеть звуки и слышать цвета: «У меня синестезия. Я могу видеть, чувствовать и слышать то, что обычному человеку недоступно. Моя чувствительность выше, чем у обычных людей». Одним из клиентов стоматологической клиники ока

Как и многие другие культовые меломанские раритеты, в момент выхода альбом «Параллелограммы» разошёлся тиражом, близким к нулю. Из-за этого подобные раритеты кажутся особенно ценными, ведь их коммерческий провал намекает на изначальный мизерный тираж. Но история создания «Параллелограммов» настолько необычна, что только добавляет волшебства.

  • Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.

Линда Перхакс не была профессиональной певицей. Днём она работала стоматологом в клинике на окраине Беверли-Хиллз, обслуживая таких известных пациентов, как Кэри Грант и Генри Фонда. А по вечерам, в выходные и праздники вела образ жизни хиппи.

Как и многие молодые люди, вдохновлённые творчеством Боба Дилана и Джони Митчелл, Линда Перхакс играла на гитаре и писала песни. Однако она была уверена, что обладает особым даром. Она могла видеть звуки и слышать цвета: «У меня синестезия. Я могу видеть, чувствовать и слышать то, что обычному человеку недоступно. Моя чувствительность выше, чем у обычных людей».

Одним из клиентов стоматологической клиники оказался кинокомпозитор Леонард Розенман. В его резюме на тот момент значились саундтреки к фильмам «К востоку от рая» и «Бунтарь без причины». Манеры и речи Линды Перхакс произвели на него такое впечатление, что он спросил, есть ли у неё другие увлечения, помимо стоматологии.

Перхакс упомянула, что ей нравится петь и играть на гитаре, и это пробудило любопытство Розенмана. В итоге девушка записала для него кассету, и композитор пригласил её на сессию сочинения музыки.

То, что произошло дальше, похоже на научную фантастику. Линда Перхакс возвращалась домой по шоссе незадолго до полуночи, когда увидела нечто: «Огни, свисающие с неба, словно радуга... Прекрасные огни, которые трудно описать».

Она съехала с дороги и остановилась на пустынной заправке, чтобы набросать на клочках бумаги то, что увидела, пока картина не стёрлась из памяти. Вернувшись домой, Линда взяла 12-струнную гитару и решила создать трёхмерную звуковую скульптуру из той красоты, которую только что увидела в небесах: «Я попыталась передать жёлтые и синие оттенки с помощью длин волн и звуков».

Леонард Розенман решил использовать свои связи с дочерней компанией MCA — лейблом Universal City Records, чтобы выбить небольшой бюджет и студийное время для записи альбома своей новой знакомой.

После завершения работы плёнки были переданы независимой компании Kapp, купленной мейджором у её основателя Дэвида Каппа в 1967 году. Линда Перхакс присоединились к славной команде артистов, в которую в разное время входили Луи Армстронг, Фред Астер, Сонни и Шер.

К сожалению, звукозаписывающая компания оказалась сбита с толку сложностью и странностью альбома девушки-стоматолога. Требовалось что-нибудь более подходящее для радио, как у Саймона и Гарфанкела, а тут...

-2

По словам Линды, лейбл всё испортил: «Пластинки были отпечатаны очень плохо. Они убрали высокие и низкие частоты, зажали и смикшировали для AM-радио, звук получился тонким, больше похожим на телефонный. Когда я послушала пластинку, то выбросила её в мусорное ведро».

Разочаровавшись в трюках музыкальной индустрии, Линда Перхакс бросила всё и продолжила заниматься стоматологией.

Лишь в 2000 году «Параллелограммы» были заново открыты любителями виниловой археологии, увлекающимися эйсид-фолком. Линде по почте пришёл компакт-диск с переизданием от Майкла Пайпера, который руководил небольшим бруклинским лейблом The Wild Places. К компакт-диску прилагалась написанная от руки записка: «Если вы та самая Линда, то я вас искал. Вы знаете, что людям нужен этот альбом? Если да, пожалуйста, позвоните мне».

Альбом и правда исключительный. Его заглавный трек построен вокруг искусно сплетённого многодорожечного вокала. Безмятежность окутана тревожной тенью, которая в середине вдруг врывается в звуковое пространство... Открывающая композиция «Chimicum Rain» — пространный гимн природе — соткана из той же мечтательной разноцветной ткани. «Moons And Cattails» в чём-то даже более колдовская, но окрашена в светлые джазовые тона...

Переиздание альбома «Parallelograms» побудило Линду Перхакс вернуться в студию и записать ещё пару альбомов: «The Soul Of All Natural Things» (2014) и «I'm A Harmony» (2017). Оба хороши и демонстрируют завидную вокальную форму певицы в солидном уже возрасте. Но они не могут превзойти таинственную магию «Параллелограммов», которую невозможно повторить...

Надеюсь, вам понравилось! Буду рад, если вы поддержите материал лайком, комментарием и подпиской!