Автор: Георг Бюхнер.
Переводчик: Александр Филиппов-Чехов.
Постановка: Филипп Гуревич.
Уйти от стенки.
В июле этого года состоялся последний показ этого спектакля, но я решила написать о нем, потому что меня интересует творчество Филиппа Гуревича. Многие спектакли режиссера объединяет острая боль за человека и особенно за детей. Сохранив основные коллизии пьесы «Войцек», в новом переводе Александра Филиппова-Чехова, режиссер превратил ее в притчу.
Прощальная речь режиссера Филиппа Гуревича.
Еще до начала спектакля зрители видят, как человек в серых брюках и сером худи бежит по периметру квадратной сцены, которая вспучилась могильными холмами. Он бежит, не останавливаясь, лавируя между ними. Пол сцены отливает холодным пепельным цветом застывшей лавы, припорошенной снегом, словно Апокалипсис уже свершился. Со всех сторон зал постепенно заполняется зрителями, а герой все бежит и бежит. На заднике сцены написана фраза по-немецки, означающая в переводе: каждый несет свой крест. И хотя общее впечатление безрадостное, бег среди могил невольно вовлекает тебя в историю, в которой человек пытается выжить среди хаоса и смерти.
По сюжету пьесы, написанной в 1836 году, Войцек - солдат, живущий в казарме. У него есть девушка Мария, родившая ему ребенка вне брака. Мария красива, и Тамбурмажор (барабанщик), офицер, совращает ее. Войцек, узнав об их связи, заводит ее в лес и убивает, нанеся ей семь ударов ножом. У Войцека был реальный прототип - цирюльник. Солдат был признан вменяемым, его осудили и повесили. В прологе персонаж в черно-белой одежде (Александра Маховикова) излагает примерно эти факты.
Спектакль Филиппа Гуревича расширяет тему, добавляя к жестокости мира мотивы утраты веры и потери смыслов в современном обществе, полном угроз и страхов за близких и за будущее человечества. Сценография Анны Агафоновой и Антона Трошина вводит нас в обезбоженный мир, лишенный гармонии. Задник залеплен серой штукатуркой, и сквозь нее угадываются контуры образа Богоматери.
Войцек Гуревича (Илья Никулин), в отличие от оригинала, не солдат, а обычный незлобивый человек, основная специальность которого - парикмахер, но он не гнушается никаким заработком: красит стены с напарником Андресом, подрабатывает носильщиком, убирает мусор в барах. Войцек все время в движении, словно боится остановиться. Он кружит по сцене: то перетаскивает тяжелое кожаное кресло с места на место, то взваливает по приказу Доктора на спину огромный стол и несет его словно крест.
Герой готов быть жертвой вечно пьяного Капитана (Дмитрий Гарнов) и подопытным в эксперименте Доктора (Роман Фомин) ради любимой Марии (Валерия Куликова/ Варвара Бочкова) и младенца Христиана. Мария для него больше, чем женщина. Это его символ веры. Он любуется девушкой как Богородицей, видя ее с младенцем-куклой, привязанной к ее руке. Герой так и говорит про них: «У меня ничего больше нет на свете!» Ради них он и бежит, а в его голове звучит голос: «Беги, Войцек!».
В спектакле этот жесткий приказ ему отдает безымянный персонаж, словно озвучивающий требование общества и его самого к себе. Недаром он сыплет цитатами из Писания, а про долг ему и всем напоминает надпись на стене. Странного персонажа, приказывающего Войцеку бежать, играет Александра Маховикова, худенькая девушка, напоминающая подростка-мальчишку. Она создает сразу несколько образов: дурачка Карла (он обнаруживает кровь на локте Войцека и рассказывает сказку в самом конце), напарника Андреса, с которым Войцек красит стены черной краской, продавца ножа, хохочущую девочку-проститутку, соседку Маргариту, подталкивающую Марию к измене. Ее волосы вымазаны белой краской, а глаза разных цветов: ярко-черного и серого. Актриса все время меняет голос: говорит то баском, то картавя, то хохочет. Все это производит впечатление многоликой дьявольской силы, которую Войцек, как мистик, ощущает рядом с собой и в себе. Он постоянно рассказывает Марии и Андресу об апокалиптических видениях и голосе, подталкивающем его к самоубийству.
Христианская тема задана и самой пьесой, и задачей, которую поставил себе режиссер: показать, как происходит гибель души человека и разрушение его веры в добро. Почему человек приходит к совершению преступления? Знаком кризиса веры Войцека в благодать мира начинается с его разговоров о пустоте в душе и картинах Содома, которые видит герой вокруг себя. Обкуренный Капитан, таскающий за собой девочку-проститутку, избивает Войцека до крови, молотя его кулаком по голове под жесткую и ритмичную музыку. Доктор заставляет героя на глазах у зрителей мочиться в банку по его команде (в спектакле актер использует клизму). Капитан и Доктор забываются в попойках, изливая тоску и издеваясь над собой: им не уготовано больше ничего, как быть пожизненно капитаном и доктором, а в старости стать «овощами».
Миром правит злая воля, но у Войцека есть Мария, его свет. Почитание девушки доходит у него до того, что рядом с ней он не может быть трезвым. Герой просто не выдерживает ее красоты и той высоты, на которую он ее возвел. На прогулке с Марией он напивается и способствует сближению девушки и Тамбурмажора, который ее преследует.
Музыкой, сопровождающей первое появление Марии перед ним, становится композиция Джорджа Майкла «Last Christmas» в исполнении пианиста Фабрицио Патерлини. Мелодия звучит так, словно ее исполняют на слегка расстроенном инструменте, и это придает всей сцене атмосферу утраченного чуда. Тамбурмажор с лицом-маской и красивой фигурой, видит в ней черты своей матери и даже влюблен в нее, в ее алые губы, при этом лицо его так и остается застывшим даже в сцене секса с Марией.
Девушка тоже выглядит несчастной. Ни особой живости, ни радости от рождения ребенка в ней нет. Мария не хочет быть собой, ее мечта - стать важной дамой. Поэтому комплимент Тамбурмажора о том, что она в его сережках выглядит как благородная, ломают ее защиту, и Мария соглашается на сожительство с офицером. Раздеваясь перед ним, она даже встает на стул, а ребенка кладет на могилу, которого затем уносит безымянный персонаж с разными глазами.
Внутренний разлад в душе Войцека стремительно раскручивается со сцены измены Марии. Сначала герой, придя домой, обеспокоенный намеками Капитана, видит Марию полураздетой, с красными губами, лежащую близко к краю сцены. Герой взваливает ее на себя и тащит подальше от зрителей, словно беря на себя ее грех, как Христос. А в этот момент с задней стены отваливается штукатурка и обнажается образ Богоматери. Это и есть образ Марии, которую он любит и потому прощает миру и Богу все издевательства над ним. Чем сильнее давление мира зла, тем яростнее борьба Войцека за свою святыню.
Сцена в кабачке на танцах становится для Войцека роковой. Тамбурмажор танцует с Марией, и Войцек, пытаясь разбить их пару, пробегает между ними. Офицер ловит его, бьет, а потом поит до мертвецкого состояния. Чаша страдания Войцеком выпита до дна, а те, кто унижал его - Капитан, Доктор и офицер - еще и бросают в него пустые бокалы. И хотя Мария, жалея его, ложится с ним рядом на пол, унижение от нее и пьяной троицы становится последней каплей, и из чаши Христа он больше пить не будет и крест не понесет.
Люди в обезбоженном мире делятся не любовью, а ножами. Их любовь - это смешение любви и ненависти. Этот парадокс режиссер выразил в сцене купли орудия убийства. Продавец отдает нож и целует Войцека в губы, и Войцек, убивая Марию, тоже нежно ее целует в губы, в шею. Последний поцелуй - в живот, в полной тишине. А следом звучит песня-молитва «Ave Maria» по погибшей душе героя в исполнении Jocelyn Pook. Современный Войцек, совершает убийство не только из-за ревности. Он убивает Богородицу и веру в своей душе, мстя миру Содома.
Утрату внутренней гармонии и смысла всеми персонажами в спектакле передает невероятный по драматизму саундтрек. Грустная музыка барокко озвучивает тоску и боль героев, а потом сменяется грохочущей и неживой электромузыкой, порождающей страшное пространство, где человек оказывается во власти темных сил.
Световой рисунок, созданный художником Павлом Бабиным, тоже впечатляет: сцена окрашивается то в синий холодный цвет при появлении Капитана, то в желтый - в эпизоде измены Марии, но главным остается сочетание белого, цвета смерти, пепельного и черного как отражение тупика.
Главной жертвой в мире без Бога становится семья и беззащитный ребенок. В финале мертвая Мария лежит на холодном, заснеженном полу, среди других могил. Войцек, пытаясь её оживить, берет девушку на руки и снова бежит по кругу, пока его не хватают и не приговаривают к казни. Героя закрашивают черной краской в цвет стены, словно стирают из жизни, и он тоже ложится на пол бездыханный. Мария лежит рядом. Маленький запеленутый ребенок остается совершенно один, о чем рассказывает дурачок Карл (все та же Александра Маховикова) в сказке про младенца, потерявшего родителей. Он отправился искать родную душу за пределы мира, но ни на звездах, ни на солнце не нашлось никого, и он вернулся на землю. Карл уходит, оставив ребеночка лежать на могиле. Сверху сыплется снег, создавая ощущение гибели мира.
Последним акцентом спектакля становится засветившийся образ Богородицы, который снова побуждает зрителей подумать: есть ли спасение для младенца и для нас? На это каждый отвечает своей верой.