Музей Ван Гога недавно приобрел свою первую работу Анри Матисса, которая ярко демонстрирует влияние постимпрессионизма на становление современного искусства.
На полотне изображена роща оливковых деревьев, написанная энергичными, направленными мазками. Цвета — розовое небо, оранжевая трава — передают не реальность, а эмоциональное восприятие. По этому описанию можно подумать об одной из 15 оливковых рощ, которые Винсент Ван Гог создал в 1889 году на юге Франции. Однако перед нами — «Оливковая роща в Коллиуре» (1905) кисти Анри Матисса.
Этот экспрессивный пейзаж стал частью коллекции музея, чтобы показать, как новаторский подход Ван Гога к цвету и фактуре повлиял на развитие модернизма.
Хотя картина Матисса написана спустя 15 лет после смерти голландского мастера, в ней явно читается его наследие: антинатуралистичная палитра, эмоциональная интенсивность и субъективность, предвосхитившие эксперименты авангарда XX века.
Работа служит примером того, как увлечение Матисса постимпрессионизмом, особенно творчеством Ван Гога, отразилось в его фовистских поисках начала 1900-х. Многие его пейзажи того периода отличаются смелой, почти «психоделической» цветовой гаммой и свободной манерой письма.
Винсент ван Гог умер в 1890 году в возрасте 37 лет, а Матисс впервые увидел его работы лишь в 1897-м. К тому времени французский художник, уже перешагнувший четвертый десяток, еще не добился признания.
Знакомство с наследием Ван Гога произошло в Бретани, где Матисс гостил у австралийского художника Джона Рассела — друга голландца. Работы Ван Гога настолько потрясли Матисса, что Рассел подарил ему один из рисунков: «Стога сена» (1888). Впоследствии Матисс разместил эту драгоценную работу в своей парижской мастерской рядом с полотнами Поля Сезанна и Поля Гогена.
Некоторые исследователи утверждают, что стиль Матисса изменился мгновенно после знакомства с Винсентом ван Гогом, однако он, как типичный модернист, синтезировал влияния. Например, его короткие, раздельные мазки отсылают к пуантилизму Жоржа Сёра, создателя «Воскресного дня на острове Гранд-Жатт» (1884–1886). Однако кураторы Музея Ван Гога видят здесь и связь с графикой самого голландца — его смелыми штрихами тростниковым пером в серии рисунков 1889 года.
Со временем Матисс приобрел три таких рисунка, включая подарок Рассела. Чтобы подчеркнуть эту связь, музей разместил «Оливковую рощу в Коллиуре» рядом с работой Ван Гога «Деревья в саду приюта» (1889). Это сопоставление показывает, как Матисс развивал идеи предшественника, но привносил в них собственную интерпретацию: например, усиливал индивидуализацию мазков и оставлял участки холста незакрашенными, жертвуя цельностью композиции ради большей экспрессии.
Но, пожалуй, главным преобразующим влиянием Ван Гога стал переход Матисса после 1897 года к невероятно яркой, почти «горящей» палитре. «Картина лишена декоративности, но её цвета ослепительны, как взрыв конфетти», — отмечает куратор музея.
Сюжет оливковой рощи отсылает и к общей любви обоих художников к средиземноморским пейзажам юга Франции. Ван Гог писал об этих причудливо изогнутых деревьях: «Шёпот оливковой рощи полон древней, сокровенной тайны». Для него эти образы стали символом утешения во время добровольного затворничества в лечебнице Сен-Реми-де-Прованс.
«Фовистская работа Матисса важна, чтобы наглядно продемонстрировать влияние Ван Гога на последующие поколения художников. Эта картина заполняет важный пробел в нашей коллекции».
Будет полезно - курс о Винсенте ван Гоге